Давным давно, такие вот дела, Принцесса на горошине сидела, На чём сидеть — кому какое дело, А между тем хорошенькой была. А папенька был рохля, но король, А маменька на венике гадала, И нагадала дочке генерала, Да видно генерала съела моль. И вот судьбы суровая рука (Ах, как она мучительно сурова), Раз нету генерала, что ж такого, Подсунула Ивана дурака. С любовью спорить — нет ужасней зла, Хоть ни чинов у зятя, ни фигуры, Диван, диплом, сто двадцать без халтуры, Но свадьба комсомольскою была. Гостями переполнен тронный зал, Дюймовочка напёрстки наполняла, И мальчик с пальчик весело плясал, И счастье ничего не омрачало.

Что судьба? Судьба — химера. Что дела? Дела — зола. Что любовь? Ау, Венера, Почему с другим пошла? Прочь истерику гитары, Визг ненужных тормозов, Только фары, небо, фары... Будь готов! Всегда готов.

Ё — моё, а за моё дайте мне хоть половину, А вторую половину дайте так, ведь пропадёт. В невеселое житьё я судьбу свою подкину, С разворота прямо в тину, пусть соленого хлебнет. Ну а если что не так, ё — моё берите просто, посмотрите, покрутите, потрошите, не беда, Только видите ли я — это я, такого роста, Просто жить — ужасно просто... Так всего вам, господа!

Что я такое, что я значу? Нет мне покоя, нет удачи. В сплетнях базарных, в шуме листвы, Среди бездарных, хуже, чем вы...

Лета малиновый полог, Солнца слепой уголёк. Радости ветер не долог, Грусти рубеж недалек. Ах, сумасшедшие судьбы, Где растеряли тепло? Горечью, грешные губы, Не поцелуем, свело.

Что пожелать далёкой незнакомой? В банальности не хочется впадать, Чтоб где упасть — заранее соломой, А находить крупнее, чем терять!

Счастья напиться до донышка, Солнышко, солнышку — солнышка! Радости напропалую! В общем, удачи, целую!

Что с вами, вы сегодня не в себе? Что с вами, сомневаетесь в судьбе? Что с вами, удивлённые глаза? Ну что ж вы, в нашем возрасте нельзя...

А может это лето виновато, А может скуки повседневный хлам, Как жаль, что не звонил из автомата, И воли не давал своим... Словам.

Да, я придумал все, ну что ж такого? Ведь сказки это не игра с огнём, И доброго в них больше чем плохого, Как впрочем, и во всём, чем мы живём.

Что наша жизнь, забавы и заботы, Проходят дни, и где-то там итог, Всё верится, что повстречаешь что-то... Не то, что вы подумали, не то...

А впрочем, как сегодня солнце светит! И зелень сумасшедшая кругом! И я ведь не бросаю слов на ветер... Автоответчик, блин, магнитофон.

Душе доступны все услады рая, Неведомы ни боль, ни страх, ни ты, Как радостно парить, не умирая, И слушать, как растут вокруг цветы. Ложиться тенью, зеленеть над лугом, Не нужен хлеб и не построен дом, Пройти который раз привычным кругом, И видеть необычное кругом. Наивность сохранит от огорчений, Незнание теплей ночной воды...

Но... Разрывая рой ограничений Рву воровски запретные плоды, И! Рвется власть души над грешным телом. Слепой полёт в колодец голубой. Скрутило рот лимоном недозрелым Познание, открытое судьбой. Не откровенье — оторопь. Понятна Змеиность слов и бессловесность змей. Всё свет и тень. На солнце вижу пятна. Блаженна нежность? Ненависть хмельней! Угарна ревность, жадность одиночки, Пожар порывов, горечь передряг... Нет рая, ад! Ад мной испит до точки, Девятый круг хронически набряк.

Но... Нежность. Ночь. Луна. Усталость тела. Влюблённость глаз и неподвижность рук. Звезда летела — падала — звенела... И это всё в тебе, последний круг. Теплом дыханья, трепетом тревоги Себя с тобой соединив навек, Живу. Дышу. И не ищу дороги. И это всё. Всего-то. Человек.

За порыв, за надрыв, За попытку взлететь — Топоры да костры, Что крамолу жалеть! Чёрный выгорел круг У распятья — столба, Сердце бьется: а вдруг? Только вдруг — не судьба. Вдруг давно для других. Пламя лижет, урча, Из ладоней моих Гвозди взглядов торчат. Жгут огонь не спеша, Смехом сводит живот. Впрочем, это душа. Тело вовсе не в счёт...

Который день не пишется, но пьётся, Хотя и не до тяжести в ногах. Синица — рифма в руки не даётся, А журавли балдеют на югах.

Не ад, не рай, а серая усталость. Зачем копчу на этом свете свет? С лихвой досталось, но ещё осталось Так много и удачи, и побед,

Не время горевать, ещё не вечер, Кто выдумал: что можно, что нельзя? Я верю, что не встреченную — встречу, И загляну в знакомые глаза!

Всё сыплется противный дождь в оконной раме. Ты до сих пор азартно ждёшь, что будет с нами, Но быть не может ничего. Всё было, было И вдохновения торжество, и мрак могилы. Апрель. Промозгло, но тепло. Кто б знал заранее Что одного быть не могло: двух душ слияния. Мне не такое по плечу, дела, заботы, Но знать сегодня не хочу ни с кем, ни кто ты. Быть нелюбимым и любить — судьба поэта. Спасибо, нежная, за то, что было это...

Всё только начинается, в руках у вас диплом, Запомнится надолго эта дата, Сегодня соберётесь вы за праздничным столом, Завидую вам искренне, ребята!

На Институтской улице, где яблони цветут, Прошло пять лет, и это время свято, Вы навсегда запомните ваш первый институт, Экзамены, зачёты, рефераты.

Отец ваш Юрий Павлович и Филимоныч зверь, Смешно, но грустно с этим расставаться, Не раз ещё всё вспомните, но позже, не теперь, Так не забудьте им в любви признаться.

Недели долго тянутся, а годы так летят, Всё будет, и удачи и утраты, В очередной раз встретитесь лет через пятьдесят, И скажете "мы славные ребята!"

Рвите по струнам, бросьте трепаться, Ну-ка, Фортуна, выше два пальца, В доску весёлый вертится крик: Понт, даже голый, славный мужик! Вовсе не вечер, я не заплачу, Огненный ветер пью за удачу, Свят или светел? Пусть поседел, Если есть пепел, значит горел! Все мы лишь гости этого дня... Кто будет после, после меня?

Понимаю, что нам не встретиться, Не найти в суете следа. Не столкнутся два полумесяца, А столкнутся — совсем беда. Ты же солнечная и яркая, Я же пьяница и поэт, Задарила судьба подарками, Только толку пожалуй нет. Вот, придумал в причуде аховой: Счастлив тем я, что довелось Видеть взгляд твоих глаз распахнутых, Помнить запах твоих волос. Лет бы в двадцать, когда наивными Начинали весь этот путь, Когда дождики были ливнями... Я люблю тебя, не забудь.

Говорят что любовь — лишь химия, Невпопад судить не берусь, Помню я глаза твои синие, Помню губ малиновый вкус. Это лето всей жизни стоило, Жаль, что время наносит хлам, Заметелило, успокоило, Развело по чужим углам. Но ведь было, и не в чем каяться, И спасибо за всё судьбе, Я ночами, моя красавица, Часто думаю о тебе...

Надо-то, надо — такую малость: Чтобы дождей и любви досталось, Чтобы сирень цвела под окошком, Чтоб на коленях урчала кошка... Только нет дождика, нет сирени, От телевизора злые тени, Сколько же можно терпеть такое, И называть этот хлам судьбою? Рядышком души, да мы не вместе, Не подарю я цветы невесте, А виртуальные наши встречи Как не забавно, увы, не лечат. Может я смог бы, мне очень надо Ветреным вечером — звездопада, Ранним рассветом твоё дыханье! Что же мы делаем снами, с нами...

Да пошло оно всё! Что встали? Не такой я убогий вроде! Ваши чувства — от гениталий, Ваши мысли — не по погоде. Пусть расхристанный и в раздрае, Пусть бездомная кошка рядом, Мне не катят мечты о рае, Я сегодня доволен адом. Слышьте, сытые, ваше время, Не помрите, прошу, от смеха! Только я уже выбрал тему: Вдоль по венам ножом проехать. Не дождётесь, я не заплачу, Я спокойней чугунной тумбы. Я сегодня свою удачу Взяв за хвост, суну носом в клумбу. А потом под не летним ливнем Непонятностями заверчен Буду в небо смотреть наивно, Слушать, как прорастает вечность.

В байках всё прекрасно, в жизни пресно. Вроде можно счастья попытать, Но кому, скажите, интересно Столько дней на волке проскакать?

Прёт от леших мерзким перегаром, Промолчу, чем пахнет водяной, Да и та Яга уж не задаром Вам клубочек выдаст заводной.

А ещё кикиморы в болоте, Комары, отсутствие харчей, На сюжетном глупом повороте Ждёт настырный старенький Кощей.

Порубил сундук, сломал иголку, Меч-то — кладенец, и все дела, Выдал долю загнанному волку, Тут Горыныч палит всё дотла.

Три башки, а ум как у младенца, Ну нельзя зверушку забижать, И пришлось мне мокрым полотенцем Пасть его тупую завязать.

Ни в каком кошмаре не приснится, Это ж, сколько времени и сил, И сдалась мне эта Василиса, Лучше бы с Алёнушкой дружил.

Устал я, видит бог, От глупости и фальши, От гадостей друзей И нежности врагов. Переступлю порог, А что там будет дальше, Со стороны видней, Но ко всему готов. И пусть меня возьмут За жабры, или душу, Раскрасят, промычат Про глупую судьбу, Мной этот институт Закончен, я не трушу, Неловко лишь торчать В берёзовом гробу. И нет прекрасней сна Чем сон о всяком вздоре, Нет холоднее дна Чем этот, до поры Когда рукой достать От радости до горя, Где слабые сильны, А сильные добры.

Смоет дождик, заметёт порошею Все следы, но память сохранит: Вот она стоит, моя хорошая, Грустно о разлуке говорит.

Где она, любовь, когда потеряна? Не понять, когда закрыла дверь, А ведь было нежности не меряно, Было счастье, где оно теперь?

Может, заболело, нами брошено, Может, беспризорником живёт: Холодом обиды заморожено, На ресницах иней, в сердце лёд.

Всё пройдет, растопит лето горести, А разлука принесёт покой, Наших судеб искренние повести Перепишет кто-нибудь другой.

Идём втроём, я, ты и осень, Но только каждый по себе, Не по асфальту — по судьбе, А груз прошедшего не бросить. В переплетеньи мокрых брызг Смешалось горько — кривобоко: Друзья, ушедшие до срока, Любовь, разбившаяся вдрызг. Ну как всё это объяснить? И лишь наедине с собою Поплачем тихо над судьбою, Чтоб, как ни странно, дальше жить.

Здравствуй рыжая знакомая осень, Как делишки, не тая расскажи, Ну давай с тобой по листику бросим, Пусть их ветер по двору покружит.

Видно выпала забавная фишка, Мы сегодня повстречались не зря, Между лужами ты скачешь вприпрыжку По дорожкам моего сентября.

Кто придумал вдруг, что ты золотая, Это в небе тополя так желты, Пёстрых листьев перелётная стая, Пёстрых судеб исполнение мечты.

Что судьба? То пальба то гульба? На три четверти, в небо и выше. Одному — всё вообще лабуда, А другому — убейся, не слышит.

Дрель, иголка, да этим ли жить, Снова ищем, что в мире бесспорно, Только очень уж тонкая нить, Грань, что между любовью и порно...

А итог, это знает лишь Бог, Оставляет наивным надежду. Недотрога роняет одежду, Усмехается страсти цветок.

Сигарета горькая. Пепел горкою. Коньяка кривая волна. Что я про судьбу свою думаю, Ах, какая нынче луна.

Мы, кажется, поверили судьбе? Не стоит так наивно обольщаться. Быть рядом и душой соприкасаться Совсем не то, что слушать "Экс Бэ Бэ". Ну, как тебе холодненький ушат? А мне твоё дежурное "целую"? Да, нежен, блин, и искренне психую Среди глупейшей лужи лягушат.

Да, любим, бьёмся лбом о стену, Прощая всё, враньё, измену, Себя не жалко, а в душе: Ну где тот рай, что в шалаше? Как жаль, что память не остыла, Но жить лишь тем, что раньше было, Прости, такая маята! Начать бы с чистого листа... Я знаю, сложно. Невозможно Судьбе поверить. Осторожно Ногой нащупываем брод. Вот это тот, или не тот? Зачем гадать, что будет — наше. Полна наивным чувством чаша, Как пронести, не расплескать? Что будет завтра? Надо знать?

Ну хватит лирики, и так уж забодал. Всё про любовь, в твои-то, старый, годы. Вон, настроение скачет от погоды, А что, свободы бог тебе не дал? Всё врёшь, юлишь, ужак на сковородке. Ждёшь компромисс, где только нет и да. Но на пороге страшного суда Тебе для храбрости не капнут водки! Там взвесят всё, и как всё объяснить? Кого ты там любил и с кем лукавил? Где честен был, а где играл без правил? Судьбы своей запутал насмерть нить...

Ах, старый бес, наверное, всё так. Но пару тысяч лет назад, ты тоже Не только кувыркался, строя рожи, А чувством сердце зажимал в кулак! Тот, кто любил, другим любовь простит. Запутался? Не думаю. Всё проще. Ведь даже в летней соловьиной роще Не каждый вечер соловей звенит. Он может петь, когда он хочет петь. А я люблю. Она об этом знает. И крылья мне никто не обломает! Из рая в ад? Ну что ж, тогда — гореть!

Ты думаешь мне надо знать Кто друг, с кем флирт, а с кем кровать? Не одинока ты, я знаю, И не ревную, не мечтаю Сесть навсегда на первый ряд. Коньяк и горький шоколад? Так я алкаш, мне водка ближе, Кому Тюмень, кому Парижи. Лишь об одном спрошу, скажи: Со мной, для тела? Для души? Я не наивен, много знаю, Судьбы подарки принимаю Как счастье. Ошибаться жаль. Прости. Вокруг пока февраль. Придет апрель, устроит лужи, Тогда тебе я буду нужен? Или в коллекцию, в альбом, И мысли вовсе о другом? Да знаю я про твой ответ, Вот это да, вот это нет, Здесь ничего, одни дела. Какой же нежной ты была... Куда отделаться от тела... А я хотел. И ты хотела.

Нет, мы не оторвёмся, вышел срок Когда душа была светла и свята, Когда не волновала нас расплата, Забор высок и крепок поводок.

Что, подкопать? Пролезть и воровать? Вот был бы псом, всё было бы иначе. А нынче солнце с крыш сосулькой плачет, Припомнились ненужные удачи, Давай по сто, и скажем "наплевать".

И будем жить. И будем не любить. Не будем вспоминать, что не досталось. Твой трепет? Он прошёл. Такая малость. Что, не со мною сонная усталость? Так обрывай запутанную нить!

Кто выдумал судьбу в полоску? Она в комок. Сжигаю жадно папироску Страстей и строк. Свивая память с небывалым, Палю огни, Врезаюсь грубым самосвалом В пустые дни. А там торопятся к диванам, В уют, интим. Остыньте, не штормит в стаканах, Ужасен грим.

А как хотелось — снегом белым — в твое окно, И что ты с этим станешь делать — мне все равно…

Не верь словам, слова солгут, Верь трепету прикосновений, Верь счастью ласковых мгновений Таких застенчивых минут.

Не повернуть минут назад, Так не гадай, что после станет, Судьба закружит и обманет, Когда обманываться рад.

Не верь судьбе, не верь словам, Верь нежности прикосновений, А по углам всё гуще тени Любви и грусти пополам...

Радость горькую забыть, Домик старенький забить, Чаю крепкого налить, И в дорогу. Рядом жить — сойду с ума, А сума, так не тюрьма, И кобыла не хрома, Понемногу... Что по полю мне, что в лес, Пусть ведёт беспутный бес, Руки есть и ноги есть, Счастья нету, К чёрту память ворошить, Чему быть, тому и быть, Разменяю свою прыть Как монету. Может в городе другом Есть такой же старый дом Где живёт лукавый гном, Судьбы моет, Мне ни сказки, ни мечты, Только б знать, ну как там ты, Я пожёг свои мосты, Сердце ноет.

Выбирать между двух берегов? Ставить парус: наивность? Удачу? Если то запоёт, то заплачет Эта глупая птица — любовь.

Правый берег по праву надёжен. Левый берег как радостный сон. Компромисс, как всегда, невозможен, Как немыслимо спутать имён.

Ласка, ночь... это не было, было? Ласка, день, нет ни мыслей, ни сил... Всё забудем? Меня ты любила. Все забудем? Тебя я любил.

Я ничей, хоть порвите на части. Скромно в очередь встану в аду. А пока: то напасти, то страсти, Поцелуи у всех на виду,

И не важно, что будет, то будет, И так весело в этом огне. Обыватель, конечно, осудит, А в душе позавидует мне.

Угорать от любви — не от пьянства, В гороскопы не буду смотреть. Правит лодочкой непостоянство Вдоль по речке, до острова "смерть".

Не надо громких слов, о вечности — не надо, Вам даром дарит жизнь многообразье тем, И юности рассвет, и россыпь звездопада, Запомните, скажите: "Счастлив тем". По омутам судьбы надёжных карт нету, Над глубиной души — лишь неба высота, Так не меняйте жизнь на мелкую монету, Которая зовётся суета. Учитесь понимать осенних листьев шёпот, Учитесь узнавать, где правда, а где ложь, Умейте принимать ошибок грустный опыт, Пока не потеряешь, не найдёшь.

Ну что, слетала на шабаш? А я-то думал праздник — наш. Известно: женщине — не верьте, Её под бок толкают черти. Вот зацепила! Чтобы я Изображая соловья Запел? Запел. Как в детстве было. Меня всегда судьба любила, За всё приходится платить. Я счастлив был тебя любить. Нет, не жалею, вспоминаю. Красивых слов на север стая Твой узелок назад несёт. Что скажешь? Что нас дальше ждёт?

Который день удачи нет в делах, Пою никак, не попадаю в ноты, Запутываюсь в струнах и словах, Всё суета да глупые заботы.

Лукавый бес, как не пыхтел, не спас, Но чтобы я в запой, так это враки, И не смотрите, что смотрю сейчас Глазами потерявшейся собаки.

Хочу, могу и буду просто жить, Настанет судный день, за всё отвечу. Но вот узнать, поверить, полюбить... А, как там говорят? Ещё не вечер.

Нам тысяча лет, мы взрослее своих отражений. Всю тысячу лет мы искали, друг друга не знав. Мы ниже травы, выше слов и сложившихся мнений, Не бог нам судья, не указ нам церковный устав.

Судьба — не судьба, если нам это вовсе не надо, Друзья да враги, ах, какая вокруг суета, Я жизнь променяю на страстную ночь звездопада, Я в бога не верю, но есть назначенье креста.

Что рай или ад, всё наивно и слишком не прочно, Кому разбирать, кто был нежен, кто искренне груб, Зачатие было, придумали, что непорочно, Распятие было — распахнутой нежностью губ.

Скачут козлами между машинами Серые люди, маски мышиные, Удача — дача, там урожай, Деньги кончились, хоть рожай, Рай? Это там, это вовсе не вам, Вы повзрослели, вам не до драм, Дети, внуки, отвисшие руки От пакетов, покупок, харчей, Муки творчества? Что за штуки? Это, видимо, для бичей? Над Москвой однозначно смог, Над Тюменью опять течёт. Дал же бог, что поднять не смог, Дал же чёрт отвечать зачёт...

Но если убежать от суеты В тот уголок, где только я и ты, Где нежности прилив ласкает душу, Я снова повторю, а ты послушай: Люблю. Люблю! Что? Нет банальней тем? Ах, критики, пошли вы нынче, право, Не тема здесь, а сладкая отрава, А вы-то, сами? Да, а вам зачем...

Критиков простуженные вопли Да поклонниц визги — пополам, Авторы размазывают сопли Про любовь, морковь и прочий хлам. Прицепив не в тему бабку Ёжку Сразу вспомнят про её кота, А потом, очухавшись немножко, Скажут: ну вот это — красота!

Утром и похмелье, и прозренье, Ах, судьба сурова, без прикрас: Листиком с нетленным сочиненьем Подавился старый унитаз.

Мы сами себе напридумали разных концов Для писем, для песен, стихов и волнующих сказок, Но автор — судьба, и финал у неё не готов, Ведь даже в стакане вода не кончается сразу.

Пять капель течёт, золотого, как небо, вина, Пять капель души, что наивно и искренне верит, И слёзы — вода, у воды нет понятия дна, Есть дно у кастрюли, но разве кастрюлями мерять.

Находке не радуюсь, кто-то другой потерял, Удачу ценю, и пускай меня строго не судят, У каждого будет и дом, и билет, и вокзал, Вот только конца этой жизни, конечно, не будет.

Меня в аду поджарят? Вот ведь чушь. Ещё вопрос, есть ад или нирвана. Не верю я в переселенье душ, А воплощенье в вечность — слишком странно. Меня вела судьба? Какая муть, Я сам её таскал по всем напастям. Пора на тормоз, душ, потом заснуть. Жаль, душ душе не прибавляет счастья. Хотя полезен всем холодный душ, Он может привести в порядок тело, Но не погасит то, что не сгорело, И это так не нАдолго, к тому ж...

Любил. Люблю. Надолго? Не скажу. Ответишь? Не соврёшь? Хоть как, поверю. Снежинкою случайной покружу, И лягу белым ковриком под дверью.

Я насмешник и обманщик, Потерявший где-то душу. Не найду, сыграю в ящик, А найду, наверно струшу. Лето — спелым виноградом И душистым сеновалом, Так хотел стать конокрадом, А пришлось стать коновалом. Обломали. Не дороже Мне рассвета — тёплый вечер. Не дождётесь, злые рожи, Вон вам всем, с горы навстречу. Как на счёт покуролесить Под полбанки да гармошку? И судьбу свою повесить, Пусть проветрится немножко.

всё, что было около, было, да не стало. Лето ломко смолкло, За спиной упало. Дремлет даль успехом, Лентой голубой, Или глупым смехом Над самим собой. А удачи горка- Только куча пыли. Если станет горько, Гляньте, это вы ли? Было лето около, Пелось без труда, Клокотало, смолкло, Вот ведь где беда.

Ругать не умею, жалеть не желаю, Жизнь катится, словно по рельсам состав, Я помню, как ждал окончания мая, И нёс ахинею, привычно не прав. Смешной гороскоп мне пророчил удачу: Немножечко тополь, немножечко лев, Давно уже вырос из возраста мачо, Шутом был на свадьбах своих королев, Но, всё ерунда. Хочешь светлого? Пиво. Большого и светлого? Вымой слона. Уж рожь распрямилась, отплакалась ива, Вот только тревожит зануда Луна. Для смеха — повыть? Не добавится толку. Что было, то было, о чём тут жалеть? Но буду искать в стоге сена иголку, Пока не достанет костлявая…

ну никуда без бармена Уныние — вообще оно, его я выброшу в окно, хандра — мура, сложнее лажа, не облажаться бы, кто скажет: вот это да, вот это нет, здесь ты сапожник, здесь поэт... (Сам у себя — не плагиат.) А я обманываться рад, Я верю в нежность, ласку, смело Дарю себя. При чём здесь тело, Когда звенит строкой душа! Наивность? Как ты хороша! Удачу в санки посадив, Себя конём вообразив... (Прости, великий, пару строк, Но лыко в строку, видит бог). Что, конь в пальто? Да ну вас, право, Рифмовок сладкая отрава Ведёт туда, где белый лист Как первый вдох, где воздух чист, Где робко рук прикосновенье... Где я — творец! Замри, мгновенье! Додумай, или додыши То, что на донышке души... Что? Плагиатор? Графоман? Да ну вас всех. Бармен, стакан!

Мы теряем, теряем любимых людей, Ах судьба, ну хотя бы на год… И какой там заумный тупой лицедей Нам пророчит, что горе пройдёт… *

Но надо жить, во чтоб ни стало, Вино и память — пополам. Мы улыбаемся устало Своим оставшимся друзьям. Друзья поймут, подставят руку, Укроют зонтиком от туч, И злую, горькую разлуку Закроют памятью на ключ. Нам надо жить. Ещё не вечер. ОНИ поймут. ОНИ простят, И поминальной службы свечи Совсем иначе догорят…

Рощи золото — звон парчи, Днями тёплыми не обманется. А колёса стучат в ночи: Устаканится, устаканится. Этот поезд меня везёт По знакомой унылой местности, Не на месяц и не на год, К неизвестности, к неизвестности. Проводнице рубли за чай, Только этим навряд согреешься, Вот бы встретиться невзначай. Зря надеешься, зря надеешься. Может, выбрал не свой билет? Неужели нельзя надеяться? Кто сказал, что выхода нет? Перемелется, перемелется. Вылью водку в пустой стакан, Выпью. Что там судьбой обещано? Полустанок есть и стоп-кран, Моя женщина, моя женщина. Я залезу в запретный сад, Плод сорву с кожурою твёрдою, Не возьму судьбу за рога — Так удачу за хвост подёргаю!

подражание Митяеву Путаница прошлого, глупый сон, Вовсе не исполнилось, что хотел, Я сегодня выключил телефон, Я сегодня осенью заболел,

Глупые наивности мне прости, Мокрыми тропинками — не к тебе, Липнет одиночество: «по пути!» И ногами норовит — по судьбе,

Осени непрошеной мишура, Листья тополиные не шуршат, Ветер надрывается: «жить пора, А душа приложится, что душа»…

Путаница с прожитым, глупый сон, Жалко, не исполнилось, что хотел, Я сегодня выключил телефон, Я сегодня осенью заболел…

разве важно?

Слишком холодно стало, Не вокруг, по судьбе. Ты, наверно, устала, Я иду не к тебе. До противного просто: В омут катится день, По просёлкам — погостов Больше, чем деревень. Всё заботы да даты, Да случайные сны. Наши души не святы, Вот и нет им цены.

Топчу судьбу не первый год, Ни званий ни наград, Сказали просто: всё пройдёт, А я поверить рад, Ушла жена, прошла война, Привычным стал кабак, А я всё жду когда пройдёт, А я всё жду когда пройдёт, А я всё жду, когда пройдёт, Куда? А просто так...

Наивных рекрутов таких На пятачок — вагон, Надежда, вера, гонор, псих Торчат со всех сторон, Не нужен дом, гори огнём, Пропили ордена, И маршируем день за днём, И маршируем день за днём, И маршируем, день за днём, Куда? А просто на...

В неповторимый этот строй По глупости вступил, Я отрицательный герой, Иду, что было сил, Уймись статист, не крикнут "Бис" Мамзели, что тужить, Мы не опустим морды вниз, Но это жизнь, да, это жизнь, А лучше нас — не родились, Мы любим Просто Жить!

Я не помню ни дня, ни адреса, Помню, клёны в пыли сутулятся, Затуманенная до абриса Убежала в даль чья-то улица. Я не знаю себя по имени. Память смыло приливом прошлого. Неизвестная, ты прости меня, Невозможная и хорошая. Побирушкой живу, не нравится. Руки знают, судьба артачится. Отыскаться бы, не прославиться, Отовсюду ответ: не значится.

Я не помню ни дня, ни адреса. Я не знаю себя по имени. Побирушкой живу, не нравится. Ты хорошая, ты найди меня?

Кого-то бы в кому, кому-то в окно, Кто скажет "Как здорово!", кто-то — "Говно", Но шутим в закрытые намертво двери, И, что бы там ни было, глупо, но верим... Мы верим в удачу, а как же иначе, Надежду лелеем, а что она плачет? Заразен азарт, зажигателен вдрызг Среди утомительных будничных брызг...

Течёт, всё смывая, простая вода. Не я. Не тебе. Не приснюсь. Никогда.

Ипо так ипо, попотам гипо, Склепы — нелепо, в наше-то время, Глупо шагая в ногу со всеми: Ну да ваще паццталом типа...

Этот поезд слишком скорый для меня. Всё вы видите, с талантом не родня. А я помню, говорила бабка мне... Ну уж бабку-то я знаю, Шагане!

Чтобы зря не изнашивать стены, Для прохода придумали двери. На котлеты прокручены звери. Для вампиров — талоны на вены.

Но это — детали, А прочие стали Выглядывать в дали Пугаясь огня. Время циклично. Ты не цинична. Стелешь привычно Степь для меня.

Во поле ли чистом запутались смыслом, Судьба коромыслом на плечи легла, Дорог не нарушу, дала, так не душу, Зачем да чего да насколько тут зла?

С разбега. Я: капкан, полынья? Нет во сне оберега. Нежность снега я, Нежность снега.

Можешь ходить на курсы у-шу, Можешь молиться Кришне… Запах вишни я, Запах вишни.

Каям раскаянье не дано, Гердам не рушить троны. Так условно всё, Мы — условны.

Лето — нелепо в нашей зиме, Сказка за сказкой канет. Сон обманет тебя, Обманет.

Кто ты, любимая не моя, Тени судьбы на веки? Человеки мы, Человеки…

А между тем ещё струна Рояля старого звучала, И так хотелось — всё сначала, И так решалось — всё до дна,

На щёки — ямочки и мел, Наивный мельтешил поручик, Он интеллектом не замучен, Но утешение имел.

И каждый вздох и каждый взгляд Имели множество значений, Судьбы, сугробов и сомнений Сплетались тени невпопад.

Ты где, серебряный мой век, Ещё струна рояля плачет, Всё повторяется. Иначе. Танцполом нервных дискотек.

На дно не тянут ордена, Я в том же звании, поручик, Нас время ничему не учит, И всё такая же луна…

Меня судьба носила, хотя я не просил, Костлявая косила, случайно откосил, Ехидничать не надо, даёшь благую весть, Хочу дожить до ада, забавно, что там есть. Замаливают в храмах естественную суть, Одни шагают прямо, другие — как-нибудь, Садил сады — аллеи, от дома — только дым, Увы, не стал умнее, а просто стал седым. Омлет готовят куры, наивно, не со зла, На лоб глаза амура: ну не берёт стрела, Не то, чтоб толстокожий, но душу не найдешь, Настырные вельможи устроили гудёж, Расслабились не хило, рубах порвали — жуть... Я помню всё, что было. И не хочу вернуть. А завтра — будет завтра, хмельнее, чем вчера, Воскликнет юный автор: забавная игра, На френч наклеит стразы, и зарифмует жесть, А я состарюсь разным. Что выросло, то есть.

Тут как-то раз зашла ко мне удача, Зашла удача на закате дня, Конечно, было б нынче всё иначе, Но только дома не было меня. И что теперь твердить "какая жалость", Моя удача и не мне досталась.

Потом ко мне зашла моя беда, Вся из себя, изысканное зло, Я был в отлучке где-то, как всегда, Моей беде со мной не повезло. Но радость ни к чему изображать: Тут повезло, а там не избежать.

Потом ко мне зашла моя любовь, Но не дождавшись, гордая, ушла, Теперь хоть плачь, хоть петлю приготовь, А не вернуть, такие вот дела. Что толку слёзы лить и горевать, Конечно я б дождался, если б знать.

За ними приплелась моя судьба, Но тут уж я нарушил этикет, Её рабом не стану никогда, И промолчал, как будто дома нет. Но знала она точно, где тут ложь, Свою судьбу никак не проведёшь.

Что было делать, я её впустил, Она вошла, взялась за телефон И обзвонила всех, кто приходил, Хотя не каждый был бы приглашён. Ну, значит, намечается гульба: Беда, любовь, удача и судьба...

У ты какая! В ворота рая Тот, кто себя за шиворот прёт? А девочка в розовом очень искренне Истово слёзно и даже письменно Ножками дрыгает, детство вспомнила, Её — подзатыльником — успокоила? Где пилотаж? Написать: аццтой, Сама дура, заткнись, не вой, Вытри сопли, ваще, отстань! Нежнее надо. Усатый нянь.

Духи — не для него, на плоской — эпатаж, А здесь-то каково, Париж и Эрмитаж Синонимы почти, и слишком далеки. Зато сугробы есть, и есть игра в снежки, Не парься, посмотри, хоть форточку открой! Совсем не Гербалайф прописан нам судьбой. Суббота — не судьба. Ошибки? Кто тут свят? Как вечности семь нот под фонарём блестят...

Где баранки в кайф, Кому жизнь не лайф... Во — знаю. Хочется Го. Дру-гого. Иначе. Можно "без сдачи", С наших-то... Таксист усмехнётся. Алиса, Алиса, на дне колодца Не всегда листья. А скоро март, и кролик проснётся... Улыбкой лисьей: Как яблочко, не горчит? Миндаль? Жаль... Чипы запаяны в чужой сон. Слышишь звон? Я тоже. Проснулись храмы. Так славно...

странные-странные сны. до весны триста тридцать три раза изменится лестница. перепутаются этажи. да, вот яблоко, на, держи, и не забывай, что всем надо жить, даже тем, кому куражи сбили планку Планка, ну, как его... закопают всех одинаково. а пока — ползут облака, а те, кто потом и со стороны — переиначат странные сны...

Не стоИшь, спишь. Беспокоен сон: Чей-то стон, битых стёкол звон, Прыгнул в окно с первого этажа Глупый мальчик для куража... Глинтвейн под брют, привиделся Брут, А стоит подумать пару минут: Жизнь — хороша. Смотреть не спеша На поле поляну лес — настоящие. Не стоящие ни гроша Веб-голоса — забыть. Жить. Пока — спать. Пусть приснится книжка, Кресло-качалка, плюшевый мишка На тумбочке (не больничной). Всё отлично! Странное слово: отлично...

Шорохами по комнате Мысли в углах, непоняты, сны, по погоде снежные, глупостями нежны. Вылепили ладонями То, что не делят долями, Только не успокоили, Вот оно — "хны" да "хны".

Нас пронзительный взгляд не пронзит. Рубежи правды-кривды — условны. На границе эмоций и слова Плачет глупая крошка Лилит. Наши шкуры по граммам в развес. Имена позабыты и стёрты. Мы — драконы. Мы были (до чёрта) Властелинами смутных небес.

Время — без запаха, смысла и имени. Мятной конфеткой удачу не выманить. Лирикам — плоские лоджии с лыжами. Были драконы. Драконы не выжили. Их послесловие после исправили, В сказки смешными страшилками вставили, В жизни без прошлого — проще, не правда ли? Были. Летали. Любили. И падали...

Всё переврут воители наши. Пошло припишут душам упавшим Выгоды славы, выверты слова, Всё повторится снова и снова. Хлипкими стали наши потомки, Прячась от света ищут потёмки, Наши ошибки вкривь повторяют: Падают, любят, но не летают.

Ну вазмитте миня в ТОНГ!

Рука судьбы сдавила горло, И замерла души струя, Моё мгновение замёрло Когда её увидел я.

Она такая, из трамвая, Среди старушек и козлов, Кудрями бабочкой порхая Легко сошла на останов

А я от пива был в нирване, (с братками выпили на ты) И потекло моё признанье На гений чистой красоты (С).

Но эта нежная, небрежно Смахнула все слова на пол, Весьма изысканно и нежно Сказала: да пошёл, казёл!

И вот тогда я понял: Лёша, Не прыгай выше головы, Какой бы не был ты хороший, Но пиво гадкое, увы+

Пусть удача меня оставила, И обид вокруг до *я, Я играть не буду по правилам, А иначе буду не я.

Кто сказал, что образы — повторны? Знаю, было много тысяч раз. Иноки в ночи мехами в горны Загоняли непристойность фраз, Девственница, перед брачной ночью, Думала: ну вот и от*берут… И узнаю… Образы — порочны Десять миллионо-лет-минут. Нам осталась: нежность и усталость, Нам досталась горечь и печаль, Я сотру себя, такая малость, Я бы верил в Бога. Нету? Жаль. * Ну, ходил по воде, и носил её решетом. Ну, баюкал закат и выкатывал утро раннее. Успокоился. Свыкся. Обзавелся котом. Да кому это нужно, чужие переживания. Просто жить — не престижно, не денежно, всё равно Что под душем курить. А душе-то какая разница? Надоело быть вычурным. Вымытое окно Смотрит в небо, но ангелы — только блазнятся. Значит рано. Что раны, позарастут, Настроение? Тронет, без грусти проигнорирую. Надоело — быть, выглядеть, смысла — ни там ни тут. Выйду во поле, сам себе ямку вырою. Зря ходил по воде. Зря носил её решетом. Своё счастье не видел, а счастье нежилось около. Улыбалось глупому выдумщику. Потом Задождило, водой утекло и смолкло. * Правы все, все образы повторны: Амбразуры или образа, Иноки судьбу вдувают в горны, А слеза младенца — лишь слеза. Всем дано: на ладан да на запад, Каждому рассвет и листопад. Тлен нетленен, но имеет запах. Хочется обнять тебя и плакать. Впереди командировка в ад.

Не вспомнить, что было после, Не снять, чего не надел. Судьба, словно старый ослик Везёт, куда не хотел.

Помнишь, как нам тешилось, как мечталось, До любви полшага, ну совсем малость, Но судьба решает как ей жить легче, Просто подставляет не твои плечи.

Нежно в душу умными глазами косим, Ну давай по честному: бокал бросим, Лето недопито, а уже осень, И куда мы якоря к зиме бросим?

А зима сойдёт с ума, флаг ей в перец, Ни на радость ни на боль не надеюсь.

Плыли лебеди мимо наледи, Плыли-верили, только надо ли, Пели лебеди — лебединое, Были белые, между льдинами.

Целовал-любил, на сносях забыл, Заждалась, ждала, много вынесла, Плыли лебеди, да не выплыли, Не свою судьбу значит выбрали.

Замела метель, да прошла давно, Жаль не тает лёд, и в июле жжёт, Слёзы высохли, не горит окно, А на сердце гнёт, а душа всё ждёт.

Плыли лебеди мимо наледи, Плыли белые, да не выплыли, Столько лет прошло, помнить надо ли, Не свою судьбу значит выбрали...

Дышу последним днём июля Под серым прессом облаков. Судьба ехидничает. Пуля: Ты не готов? На стыке слов и настроений, Слогов, не сложенных в стихи, Среди соблазнов и сомнений, Прости грехи? Наив, банальность, то, что пОшло, Где кромкой хриплая кровать, Но, впрочем, это было, в прошлом. Дай додышать?

не только за себя

Мне навыла волчица-пророчица Долю глупую, серую явь, Небо былью привычно морочится, Небыль в омуте, облаком вплавь. Я устал от игры, Топоры да костры, Ладно, ноги шустры До поры. Мне привычна бездомная вольница, Звёзды куполом — краше всех крыш, Жаль, ночами всё та же бессонница, Что надумаешь, то промолчишь. Не налево, так в бровь, Всё гульба, не любовь, За забором — стена, Без окна. Не моя ты, моя ты попутчица, Хоронили, а всё-таки жив. Я не знаю, что после получится, Сказки, присказки, новый наив, Заживёт, поживём, По любви, при своём, Угорю от жары, Комары…

Тучи, мрак, а мне смешно и грустно, Разменял судьбу на пустяки. Возвращаться в дом, где стало пусто, Неудобно. В общем, не с руки. Да, любовь, да, небо на ладони, После — слёзы, тысяча причин Чтобы я тебя неверно понял, Погоди, минутку помолчи, Я не прав, и ты не виновата, Может быть как прежде, да не так. Звон в ушах. Поверх упрёков — вата. Жизнь — театр? А вышло: жизнь — бардак. Выберем что лучше, выйдет хуже, Соглашаться проще, но, потом? На асфальте дождь. На небе лужи. Холодно, и никому не нужен. Выбрал сам. От прочего — зонтом.

Нет зонта, снова дождь, неприкаянный, Золочёной незваной порой, Я гуляю без комплекса Каина, И не очень-то трезвый порой. Ах, Философ, все эти амбиции, Роли в руки, судьбу провести? Два суровых сержанта милиции Знают лучше, куда по пути. Столько прожито да наворочено, Манит новый крутой поворот, Да не золото, что позолочено. Хочешь водки? А будешь? Ну вот. * Злые критики в зените: Бу-бу-бу да бу-бу-бу. Не открою, не просите, Мне уютненько в гробу. Вечность, мудрая невеста, Наконец-то дождалась, Нет таким на свете места, Окочурился вчерась. Музы томные рыдают, Рдеют гвОздики гвоздик, Землекопы понимают: Я воскресну. Я привык. * Слова — лжецы. И надо ли винить Поэтов, что имеют место быть?

Нелепо начинать роман с начала, Когда последний перевёрнут лист, Шутил июль, весёлый пианист, Но… Осень за окошком зазвучала: Пронзительно, дождливо, о своём.

Себе соврать? пенять судьбе, к погоде Привязывать калейдоскоп потерь? Жалеть, что ничего не происходит, Так было славно, весело, теперь По осени гоняет ветер листья, И ноты «снег» никак не избежать.

Пронзительно, наивно, о своём, Прищурилась судьба улыбкой лисьей, Текут секунды, образы и смыслы, И… Продолжение следует. Живём.

Принца ждала, а припёрся какой-то конь. Замок, оно конечно, аж два окна. Знаки судьбы рисуют тебе ладонь, ты их стираешь и снова сидишь одна. Знать бы да подстелить бы, а может, пусть? Конь, он ведь тоже лошадь, почти как ты, помнит всего Онегина наизусть, жаль, забывает к дате дарить цветы... Конь заходил опять, но не снял пальто, видно стесняется, (вроде бы все свои). Лето болеет осенью. Под зонтом холод и пожелание: доживи

(наивная лирика) Не проси, я «прости» не скажу. Ах, наклон головы и улыбка, Умиляют и манят, и лгут, Ты принцесса, а я просто плут, Значит, нежничать глупо и зыбко…

Возвращаться, когда тебя ждут, Как весною ждут первые листья… А по осени листья сожгут, И опять мельтешенье минут, Я напрасно мечтал возвратиться. Не дано. Ну судьба, не смешно. Стали старше и злей, поумнели? Чувства прошлые смотаны в жгут, Скоро май. Заблужусь-ка в метели.

Буду пить… Загляну по пути, Пошучу, поболтаем… Прости.

Прихватив бутылку пива я гулял по парапету, Мне была по барабану виртуальная жара, Я влюбиться собирался, я ладошкой гладил лето, И портвейном похмелился прямо с самого утра. Две задумчивых ромашки нарезали по дорожке, Нарезать дорожку с пОнтом, понимаю, не легко, Шаловливые чертята на гарнир сварили рожки, Знать не зря я пил неделю, и не зря — не молоко. Расставался и встречался, до упада налетался, Горячился, но случайно спотыкнулся и остыл. Приходите на поминки, кто не очень-то зазнался, Только в слух не говорите: ах, каким он парнем был. Не планирую покаместь, это так, промежду прочим, И рублём не озабочен, и судьбой не обделён, И готов по пионерски, и как лезвие заточен, Но лимит уже на грани... Вот такой приснился сон.

Гораздо проще быть самим собой И не грубить обиженным судьбой. Любить, лелеять, ошибаться, злиться, Простить, дожить до пенсии, напиться.

Время тёмной воды Нас несёт по теченью. Тени чёрной звезды В небе вместо свеченья. Мы без боли давно По земле не ходили, Небо мерили дном Там, где нас не любили. Здесь искали мы свет Что не видим без тени, Свой счастливый билет В переулках сомнений... И с вокзалов судьбы От зрачков циферблатов Время тёмной воды Нас уносит куда-то.

Если хочется сказать — не молчи, Если хочется налить — не пролей, Если хочешь уходить — вот ключи, Уходи, но возвращайся скорей.

Без тебя моя судьба — не судьба, А с тобой моя судьба — пара строк, Ты не думай, я совсем не слаба, Да и сам-то: не король, королёк,

Птаха певчая, лети, не сдержать, Жаром пёрышки и страсть в голове, Но когда-нибудь вернёшься опять, Чтобы рядом: босиком по траве.

Есть в книге интересные моменты, Идея в ней одна, без дураков: Трагичная судьба интеллигента В нелучшем из приморских городов.

Здоровый образ жизни уважая Служил, не пил и гири поднимал, Но жадность и завистливость чужая Сыграла злую шутку, он "попал".

Бригада рэкетиров дело знала, Любовь разбита, спрятаться не смог, Интеллигент! Живи без криминала! (Пришлите миллиончик в Таганрог).

Каждому возрасту время — клин, На зеро в озеро как ни кинь, Полетит камешком: шлёп да шлёп, Близко мой краешек, мать их чтоб,

Тихо у озера на заре, Старому шулеру жить в игре, Камушек блинчиком: шлёп да буль, Мне за всё выпало: гнутый рубль. * На зеро в озеро как ни кинь, А судьба роздана, кляп да клин, Но летит камешек: шлёп да шлёп, Близко мой краешек, мать их чтоб, Мать их чтоб вымыла добела, Чтобы не выла и чтоб смогла, Детки по кочечкам прыг да скок, Судьбы по строчечкам, всем свой срок. Тихо у озера на заре, Грустно жить старому в сентябре, Камушек блинчиком: шлёп да ня, Мне зеро выпало, вот …..

На выдохе надуманной судьбы Обманом перетянутые фразы, И я хотел поверить, если бы... Наверное, ты не права ни разу.

Любовь нежна, как майская хвоя, Когда задёрнет вечер шторы в доме, Наивное: "давай же я твоя" Звенит, пока тела себя не помнят.

Зря утро чертит профиль на стекле, На зеркалах — рефлекс бездушных комнат, Порыв, увы, банальной ночью скомкан, Лишь пара "невидимок" на столе.

Не потеряешь — не найдешь, Найдешь не то, что потеряешь, Пойдешь — пути не разберешь, Вернешься — дома не узнаешь. А старый сад как старый сон, Наивных мыслей представление, А этот "он" уже не он, Он был давно, одно мгновение. Бледнеют сонные цветы, Не отдохнув, пора в дорогу, И эта ты — уже не ты, А жизнь идет, и слава богу, Все километры долгих дней, Все киноленты судеб ваших Храните в памяти своей, А кто-то вновь ладошкой машет, И удаляется, и вновь Вам улыбается и тает... Такая странная любовь, Ей целой жизни не хватает.

Это не про промежность и мимо монет, Я запутался. Может, поможете? Нет? Вот судьба: постоянно мимо. В плоском гриме пошлые мимы Пантомимы за аплодисменты Повторяют заученно: Чьи мы? Скорость набрав Попытаюсь взлететь, Буду не прав, И в навязшей всем рифме себя утоплю: Я люблю, я люблю, я люблю, Я! Люблю!!!

Я распутаюсь. Хлам, эти игры в слова. А в себе разобраться — совсем не халва.

Я иду по ягоду, да беду несу, Я беда и ты беда, смешинки на носу, Такое впечатление Что светопреставление В лесу.

Мама моет раму, пиво ждёт футбол, Я люблю блондинку, а блондинка рок-н-ролл, На этой маленькой планете, Где от чувств бывают дети, Слабый пол…

Я ботинки голубые не ношу давно, В этом танце все вторые, первым быть смешно, А на маленькой планете, Где росли в капусте дети, Снег взошёл.

Мама раму вымыла, закончился футбол, Меня подружка кинула, такой вот рок-н-ролл, Но маленькой планете Где блондинки верят йети, Всё равно.

Я бреду, несу беду, руки до колен, Рама Кришна харе, но пиво тянет в плен, А завтра снова пятница, Что сбудется то сладится, Сразится несуразица Со всем…

Чужие крылья, чужие роли, На хвост привычно насыплют соли, А главный герой За правду горой, (пока). Стена прогнётся, струна порвётся, Мне усмехнётся кусочком солнца Знакомый бес: — Не ходи, птенец, В облака.

Всё потом станет опытом, Принцем быть слишком хлопотно, Мне играть — даже нравится, Сон к судьбе прикасается, Роль играть — не дрова рубить, Шепотом в уголке курить.

Пусть игла — по винилу лишь, Поняла, так помилуешь, Впереди? Хоть себе не лги, Не ходи, по воде — круги, Было счастье, летальное, Берегли, да летали ли,..

Из всех разномастных азий Балы, дуэли, лёгкий флирт, Баталии, амуры, спирт, За свой проникновенный труд Гусары денег не берут! Простите, я сегодня дерзкий. Поручик. (Просто, а не Ржевский)!

Когда ни уму ни сердцу, И время идти ко дну, Пробило на водку с перцем, Не хочется одному. За солью зашёл товарищ, Приятель, друган, сосед, Спросил его: "уважаешь?" А он промолчал в ответ.

Что ж вы, друганы, продавцами стали, Были мы юны — лихо выпивали, Выпили до дна, да неймётся Лиху, Бродит у окна, подливает психу. Пить или не пить, разве в этом дело, Скучно стало жить, истомилось тело, Сердце выдаёт два неровных герца, Хоть ныряй под лёд, чтоб душой согреться...

На селе — навеселе нынче население, Слёзы речки на весле, чудное мгновение!

На кой нам споры о судьбе, давайте слушать "Экс Бэ Бэ", Вам валерьянки или розу? Не выдержу, скачусь на прозу.

Ответов — ноль. Теряю спора градус. Я в пьянстве жил или по жизни пил? Вот так: белеет одинокий парус, А ветру дунуть не хватает сил...

Утро наступит, туманное, злое, Время похмелья, прозрения и света, Вспомним напитки и время былое, Ты выходила ко мне неодетая... Было — не стало, и к чёрту фантазии, Кошек кормили, котят было — вёдрами, Я предложил бы тебе безобразия, Но Вы откланялись томными бёдрами..

Не сыпь мне соль на сопли, Не говори на взрыв, Зачем затихли вопли, Окно ещё болит, Я выпал, выбив раму, Я нежен был, но зол, Сломала ты нирвану, Промолвив в след: козёл....

Из всех разномастных азий Досталась судьба — Сибирь. Не любят тут безобразий, Но любят разлить пузырь.

Я такой вопрос задам: Сколько можно пить за дам, Если дамы на работе, А у нас ещё "Агдам"?

Что ответить, господа, Вы свернули не туда, Алконавты — похмелятся, А непьющим-то беда, Было время, без затей Настрогали мы детей, Нынче внучка тянет ручки, Вот за это и налей!

Нам, гусарам, не к лицу Быть бухими на плацу, Рюмка лишняя винца Доведёт и до венца, Нынче я опять напьюсь! Эх, приврать не отучусь )))

Сотню правил 3 выпад Сотню правил: как жить, Огрызаться и умным казаться, Заучил наизусть, Но слова — это только слова. Спрячу в осени грусть, Разомну её в пыль между пальцев, Но себя не обманешь, Желтеет моя трын-трава. Сам я выбрал судьбу Быть шутом на потеху прохожим, И словами жонглирую, Глядя в улыбки без лиц, Доживу до весны, Вот тогда, может быть, подытожу, И сложу самолётики Из сокровенных страниц...

Я лечу на северо-запад. И не то, чтобы странствий запах Поманил, но юга достали, Только телу тепло, душе Ближе севера акварели, Косолапые мишки, ели, Ну не спрашивайте, что ели, Шутка плоская, а вообще Я — лечу! Сам собой довольный, Вслед мне целятся колокольни, В них веками камень намолен, Да не каждый служитель свят, Но какое мне, в общем, дело, Не по чину я нынче смелый, Если холодно, это тело, Если хочется, это я. Мы увидимся. На минуту. Перекинемся парой фраз. Я сыграю роль баламута, Ты сыграешь мадам — соблазн, И расстанемся без печали. Нет, чтоб это сказать в начале, Даже зрители заскучали, Ожидали, что будет страсть. Страсти будут в другом романе, В том, где он тебя не обманет, Но потом нелюбимым станет, А сегодня жизнь удалась, Я лечу на северо-запад. * А удача — такая птица, Вдруг случайно в четверг приснится, А за хвост её хвать, и нате, Не полати, а небеса. Вроде всё так совсем случайно, Небо серое, цвета чаек, А гляди-ка, мы с ней летаем, Начинаются чудеса. Не Иванушка, что уж там уж, И лягушек не сватал замуж, В подворотне придурком вырос И не чаял и не гадал, Но удача, уж так бывает, И медведь сверху вниз летает, Сон приснился, сбылось, случилось. А над кладбищем галок гвалт.

Я? Уже по дороге к дому.

Там привычно впадаю в кому У экрана и монитора: Телевизор и старый комп. Слева новости, справа вести, Накатить бы так граммов двести, Только в душу не надо лезть, и, Сам залезу, купите гроб.

Не, хотя, хоронить-то рано, Я, как та ещё обезьяна: Есть граната и нет банана, Или пряника от судьбы, Буду нервничать и метаться: Счастье где-то, а мне — усраться, Или нет никакого счастья, Абы, около, без борьбы?

Все идут по дороге к лету, Собирая в кулак приметы, Жизнь, конечно, немного «Лего», Но, скорее, как «Индезид», Я к вам тут, на дороге: «Здрассте, Акварели, любови, страсти, Не возьмете мои напасти?»

Блок системный опять шумит.

Когда ноябрь на пороге, Когда промозгло на дворе, И возраст вытирает ноги На лет затоптанном ковре, Хандре найдётся сто дорожек, А отступать — уже предел. Влюблялся, аж мороз по коже… Да жаль, судьбу не разглядел.

Когда срывает тормоза, Всё прошлое — считай, неправда, Беда всегда со счастьем рядом, И вроде можно, да нельзя. Живём, наперекор судьбе, Хоть бес в ребре и колет шило, Так хочется забыть, что было... Эх, умереть бы, на тебе.

Не умерев, наверно, не проверить, А умирать не хочется пока. Один вопрос: какому бесу верить? И надо ли кому-то в жизни верить, Когда вокруг такие облака.

Я не прожил и трети из прожитых лет, Пережитков скопилось навалом. Мне бы маленький домик в провинции "net", Чтобы розы по зелени алым. Сколько слов ни крути, а наверно помру Неожиданно, с кем не бывало, Перекрасят забор возле дома на "ru", Где я мелом писал: за*... Прочитав позабудут, и плюнут тайком, Всех уже эта тема достала, И построятся в очередь к домику "com", Подождите, всё дело за малым. Мне дано пережить каждый прожитый год, Ну не зря же цыганка гадала, Не собрал я все камни, что в мой огород Между делом судьба накидала.

Когда я был ролью, а ты — собой, На мои колени примостилась судьбой, Было просто, легко, хорошо вдвоём, Но закрались сомненья в размахе крыл, Ты писала стихи, а я только пил, Тебе хотелось тепла, мне — за окоём.

Так бывает часто, всё славно вроде, Мы ласкаем счастье, оно уходит, А зачем, куда, почему, не спросить: ушло, Ты за ним, а поздно, смотри на небо, Там сияют звёзды, их путь неведом, И зазря кричать: "Не единым хлебом!" в стекло.

Тело ломит напролом, телу нужен тёплый дом, Тело мило улыбается за праздничным столом. Тело требует уют, телу суету суют, Тело тискают ладошками и шёпотом поют. Я, так думаю, душа — только тем и хороша, Что за всем происходящим наблюдает не спеша. Убаюкана судьбой, спит она, само собой, Ей приснился одуванчик, почему-то голубой... Не будите, ни к чему, что ей в суетном дыму, Проще кошкой на окошке, чем окошком — самому.

Увязли в предсказаниях пророки, Считают числа, чресла теребя, У света нет конца, проходят сроки, А глупый Рок бормочет про себя: Конечно, есть всевидящее око, Но мал размах карающей руки, На сцене мельтешит дитя порока, И в горькой глупо тонут мужики. Во все века в семье не без урода, Менять привычно совесть на уют, Но рано или поздно — перед Богом, А там по четвергам не подают.* Судьба лишь равнодушна, не жестока, Зашёл инфаркт, и вот она, черта. На свете есть всевидящее око, Но нет предупреждающего рта.

Пегасу не пойдут хомут и вожжи, Емеля мелет, варится лапша.** Читали? И что скажете? О то же. А что спросить с такого алкаша? Всё суета, слова горохом скачут, Чтить нечего, не читана мораль, А Таня уронила в речку мячик, Жаль мячик мне, а девочку не жаль.

*-четверг — чистый ** на уши, неужели непонятно?!.

Ниточкой к памяти прошлое ластится, Крутит клубочек, по датам скользя, Я хулиганистый, ты безобразница, Прошлое рядом, да только нельзя… * На самом кончике пера Трепещет взлёт моей Жар-птицы, А жизнь — беспечная пора, И никогда не повторится. Не ровен час, не властен суд, Как плиты в памяти — утраты, Друзья приходят и пройдут, Они ни в чём не виноваты. В беде соломки не готовь, Ложь затыкает уши ватой, Не трогай прошлую любовь, Она ни в чём не виновата. Пожар души в сплетении тел — В прошедшем времени — лишь дата, Стремился, веровал, хотел, Так в чём Жар-птица виновата? Судьба сурова и щедра, И справедлива, и жестока, Вчера — для всех уже — вчера, А завтра, кто их знает, сколько. * Пусть не однажды споткнёмся, но выстоим, Кто нам посмеет навеять итог, Бросим монетку и радости выспорим, Чижику — водки, сверчку — свой шесток… Памяти — «завтра» дорожки неведомы, Гуси бабуси спасут третий Рим, Делимся радостью, прячемся бедами, Может, не зря в этой жизни горим? * Глупо просчитывать промахи в прошлом, Глупо сжимать в кулаке естество, Малое нажито, многое прожито, И для чего, для чего, для чего?!! * Но тихо-тихо нежностью шурша, «Всё образумится», твердит душа.

нынче

Зря жду, когда на кончике ножа Судьба преподнесёт кусочек счастья. Мой возраст, осень, водка и ненастье: Кури да не тужи, грусти в окно. Желание природой нам дано, Чтоб полной ложкой хапнуть в одночасье, А уж потом пусть плющит и колбасит, И можно за границу рубежа. * Неправильный подход? Да, автор врёт. Когда не врёт, то всё равно лукавит. Потом, конечно, многое поправит, Но смысл будет далеко не тот. * Джульетты? Были, как зовут, не помню. Их нравственность меня с ума свела. Когда соприкасаются тела И тени смело шторят стены комнат, Но: невтерпёж и замуж? Я сбегал. Ну, не всегда, ну, ворошить не стоит, У всех дела, заботы и тела Которые лелеять нужно нежно. (Где рифма побанальнее?) Небрежно Дарил подружке чувственный оскал, И уходил, такие вот дела. Флиртуем, спутав: где любовь, где страсть, Зажав в уме заветные желанья… * Есть я, есть осень, есть воспоминанья, Мы все не постелили, где упасть. * Что-то не так, и карма не роздана? Щас пройдут с освежителем воздуха, Пять минут, и не будет запаха. * Жили эхово, сдохли ахово.

Ползут по комнате злые тени, Творится, видимо, колдовство, А я с работы, хочу пельмени, И независимо из кого. Судьба за пятки клыком цепляет, Я на царапины не ворчу, А бог всё видит, и он всё знает, Что я с работы, и жрать хочу. Унылый ангел с другого света Твердит про прошлое и судьбу, Да дайте мне, наконец, котлету, А всех, кто в перьях, видал в гробу. Свет отрубили, видать надолго, Судьба провинции — не сварить,

Есть чувство ритма, есть чувство долга, Есть чувство нежности, не ревнуй. Мух жалко, сварятся, кому есть? Вот вам весть.

Не спеши, я прошу, не спеши, Недосказано и недопето, Разве наше последнее лето Зря искало не тела, души... У тебя? Понимаю, судьба, У меня обстоятельства круче, Но не будем всё сваливать в кучу, Всем вокзалы, огни, поезда, Но сегодня, сейчас и теперь На секунду, минуты не надо, Постоим в суете листопада? Убегай, вон открытая дверь.

Так и живу, сам с собой и с судьбой в раздрае, Видел не раз и себя и других в гробу, Словно ночую пьяным в чужом сарае. Только не надо всё сваливать на судьбу. Лето не кончилось, просто оно устало. Лето вернётся, как множество лет назад. Помнишь, как в августе неба нам было мало? Помнишь, смотрели и думали? Невпопад..

Ни к чему обсуждать мои качества, Мои хочества и чудачества, Я живу, никого не трогаю, И хожу своею дорогою. Поучать, доля тех, кто юн, Кто не понял ворчанья струн Возле тёплого грифа. Лихо? Щерилось из угла Бормотало, что всё зола, И что с ним-то гораздо лучше… Случай Свёл нас и вмиг развёл, Выбирать из нескольких зол Не хочу, не могу, не стану. Птицам — небо, коту — сметану, Я высказался дотла. А вы знаете, что зола — Удобрение для растений. Да, гений, Но стеснительный, блин, И если с судьбой один на один, Я ей уступлю дорогу, Которая прямо к Богу. Нежности хочется хоть чуть-чуть, Только она выбирает путь Не взирая на лица, Блудница, Иду, улыбаюсь, мне легко, Я её встретил!!!

День недели — никакой, на судьбу махну рукой, Ночь недели интересней, а пока: Не за рупь, не за пятак, всё берите, просто так, Утром капните мне в кофе коньяка.

Намечается раз вод, мышка с нами не живёт, И кукушка не уверена в ку-ку, То ли осень, то ли ночь, то ли ёжику помочь, Как барсук, развешу душу на суку.

Где заботы, там дела, раньше б мышка помогла, А теперь — тоска, сегодня третий снег, Даже водка не к душе, я как слон на вираже, Только пятками по кочкам: бек-бек-бек.

Ничего, придёт весна, доживу, пошлю всё на, Уберите похоронный пошлый грим, Я не молод и не стар, жаль, что кем хотел — не стал, Встречу мышку — обо всём поговорим. * Лето кончилось. Буду и честен, и смел: Соблазняться любил, соблазнять не умел. .

Я, как муха, завяз между есть и могу, Только жжёт уголёк, тот, что слева, Подобрел, и желаю удачи врагу, Только где ты, моя королева? Сам придумал тебя, лет, наверное, в семь, А потом понеслось, и — забылось; Между мелких забот и навязчивых тем: Не пришлось, не свезлось, не случилось. Я не буду ромашки стелить на снегу, Снег трезвит, в быт навязчивый тянет, Да, конечно живу, да, могу что могу, Уголёк вот никак не отстанет.

Осень — просто осень, ну подумаешь, пришла, Ну бывает, холодно и грустно, Жизнь-то не кончается, не стороной прошла, Зацепила, чтоб ей было пусто. И любови были, увлечения за так, И судьба пинала, было больно, Я катался колобком, не умный, не дурак, Мне казалось: главное, что вольный. Знаю, если осень, то пора подбить итог, Только это очень-очень лично: Ошибался, куролесил и шутил, как мог, Скоро Новый год, и всё отлично.

Я вчера, как баран, прошагал на убой. Жизнь была неприятной и славной. Жалко, зря начал спорить с гадюкой-судьбой, Только счёт-то у нас вышел равный. В небе очередь на получение прав Выпить, выдохнуть, глупо влюбиться. А на сердце удавкой свернулся удав, Сердце мёрзнет, не хочется биться.

Нежная, снежная, небрежно Королева проходит мимо. Я не то чтоб судьбой отверженный, Зарисовка и пантомима:

Так хочется закусить. Удила, или водки стопку? Закуски — море, удила — грызи не грызи... Жизнь прожита, три четверти можно в топку, Слёзы лить и хрюшей лежать в грязи?

Есть множество тем: Туманное утро, Всем известная пошлая "Кама-сутра", Просроченная, как позавчерашний кефир, Миру — мир..

Всё в прошлости. На дне любви — ошибки. Мечты так неоправданны и зыбки, Хотюльки нам самим давно смешны, Надежды в ножны, глупости в штаны.

Живём и дышим. Воздух морозный Рвём зубами, идём вперёд, Ничего никогда не поздно, Отчаянным — повезёт. *У меня башка, как ромашка, Качается, не сломается. А рифмы и признаки их — Псих.

Я приникну взглядом, губами, Я проникну в что для меня, А потом читатели сами Будут дать и жаждать огня.

Мы разные. Небом связаны, Ничем никому не обязаны. Тссс...

Это шутка и зарисовка Кому? Коту. Когда жить неловко А мы куражимся, Да куда уж нам Говорить о нежности и ромашках...

Уходят мужчины, для вас — без причины, Уходят, романтики для... Возможно, без повода? Дома им холодно? Пухом нам будет земля.

Себя испытать и судьбу послать.

В четырнадцать мы все почти невинны, В шестнадцать — ощущение вины, Лет в двадцать никому мы не должны, А в шестьдесят воспоминанья длинны, Бессонница и прочая мура... Пусть будет всем одиннадцать, ура! В трибуну антуражным молотком Судья Судьба пускай стучать не смеет. Есть детский запах: кофе с молоком. Я помню. По одиннадцать копеек. Трамвай — и ёлка. Сто шагов — кафе. Не знал, что продавщица "подшофе".

А пойду я во поле, Да срублю три тополя, Распилю их на дрова, Ох, дурная голова. Чем дурней, тем веселей, Гуси мои гуси, Бульончика налей, А страховка — пусть им.

Кони строем ходят в ряд, И никто вприсядку, Хорошо, на первый взгляд, Только нет порядку. Неположено ежу Задирать лисицу, Ляжу в гробик, полежу, Может жизнь приснится:

Тот край, где рай, Где душой вместе, Струна, рыдай Пока гриф не треснет.

Третью оборвал струну, Мне бы в омут, в глубину, Не подумайте плохого, Только я не утону. Кот не лопает сметану, Подавайте вискас, Я судьбе грубить не стану Ежели не высплюсь!

Не живу, а по жизни кочую. Собираю слова вместо бус. Ну, ещё пару строф зарифмую, И ещё пару губ поцелую, Изумительно нежных на вкус..

А что потом? На страшный суд, Без сожаленья и конвоя. Пусть будет небо голубое Другим, они его так ждут.

Я шёпотом шептал слова... А что ещё шептать? На гильотину голова Легла, как на кровать. Всегда готов на раз-два-три, Судьба, не мучай дам, Меня сегодня не казнят, А завтра пополам.

Судьба — капризная подруга, Её так сложно уболтать, Попросишь год, отвалит пять, Попросишь пять, лишь ночь и вьюга.

Я всех люблю, садитесь на колени, Всех обниму, насколько хватит рук, Но жажда строк до умопомраченья, Желание рожать и жажда мук...

Минус тридцать пять, деревья в инее, Красотища, примерзает взгляд, Мчатся люди, красные и синие, Синих больше, значит победят!

Первый лёд будет помниться, как никогда, Первый мёд позабылся с рассветом. Это строчки, которые есть навсегда. Ради них я родился поэтом. Да, потом будут всхлюпы про жизнь и судьбу, я родился, и жил, мог и выжил. Всех, кто в счастье не верил, я видел в гробу. А которых не видел, на лыжах. Но пойми, поцелуй, это больше, чем чмок, Были, верили в счастье, итог?

Мы не можем к судьбе подстраиваться, жизнь — жесть, Но, спасибо, и ты мне нравишься, и ты есть, А симпатии, только посей их, на раз растут, Не давай им повода. И с приветом. Твой Баламут.

Не тоска, не судьба, просто вечер и водка, Просто грусть и всё меньше друзей, И пытается чалиться медная лодка, Там, где был я и твой и ничей.

Раз — ни за что покоцали, Два — ни за что связали, Закрыты плотно форточки На Муромском вокзале, Тут воробью не вылететь, Душе не проскользнуть, Порядочные граждане, Валите, в добрый путь. Назад дороги точно нет, Нет пристани у дома... Судьба моя, кабриолет,

А вам, что, не знакомо?

А ветер шутил, А вечер про нас, Случайно попал

Может это и не стихи, мысли.

А весна, пошла бы на, не согреет, И Судьба ехидно вниз батареет, Звёздно, поздно про любовь, Суть да тело, Отпущу твою судьбу, прогорело. * Быть ласковым мне радостно, Быть верным — поводок. Меня глухие граждане Читают между строк. Полуслепые совести, Мне жаль их, так следить, Во всех грехах и повестях Покаюсь, так и быть, Про сны, про лето на снегу… А про романы — ни гу-гу. * Откуда я помню, взялось и взялось, Откуда у хлопца испанская злость, Откуда у парня нерусская страсть, Что рифмы, продумайте смысл слова «пасть» * Я сижу на декабре, Снег листаю во дворе, Мне какая разница, Жизнь — сплошная … Пятница. А не думайте плохое, Ум кипит, душа в запое, То, чего не может быть, Однозначно победит. *пародия: Ты, не могу смотреть в глаза, Ты, что не слово, то слеза, Ты, ясность глаз и колкость рук, Ты, из рекламы: что, а вдруг? * Я любови свои помню, И в надежды свои верю, К чёрту тени теней комнат, Думай. Я? Как-то так, за дверью.

А весна пошла бы на, не согреет, Хоть спиной, хоть чем другим к батарее, Звёздно, поздно про любовь, Суть да тело, Отпущу свою судьбу, прогорело. ё* Быть ласковым — нерадостно, Быть верным — поводок. Меня глухие граждане Читают между строк. Полуслепые совести, Мне жаль их так следить, Во всех грехах, для повести, Признаюсь, так и быть. ж* Есть одна мечта, та, что искренне, Жаль, она судьба не моя, Смотрят в небо правды да истины, У меня забот до ...

У тебя своя голова, у меня своя, Мы ведём друг друга вполне этично. Прятать ум за разум для нас — практично, Я по жизни уж, ты моя змея. * Было, было да прошло, словно лестница В небо шла, оборвалась. Околесица Приголубит, всем назло, да не надолго. Одиночка — моя масть, моя каторга. * Я улыбчивый, отзывчивый и добрый, Мне бы телик, чипсы, пиво да диван… Быть шутом перед глазами грустной кобры, Перед вечностью, которой океан… * Я живу, как глупый кот, многожизние. В каждой жизни есть своё многосмыслие. Выпускал из рук синиц в небо — стаями, В след им весело свистел. Кем же стали мы? * Давай закроем двери между нами. Всё было в юности, но это между снами, И жажда нежности, и жар упругих рук, А нынче счастью просто недосуг: Есть юные, весёлые, лихие, Которым первый поцелуй — стихия! Судьба, прошу, меня к ним не ревнуй, А счастье есть: последний поцелуй.

Тюмень

Кажется? Не крестись, а иди вперёд. Боги любят глупых ловить на мёд, Каждый тужится, каждый в душе герой, Но не ты судьбу, а она тебя за собой. Можно бегать по кругу и гнуть в дугу, Можно нервы натягивать в немогу,.. Хоть драконов не трогайте, рыцари славных дел. Я сегодня не гриппом, я осенью заболел, Но скажу вам через её неземную грусть: Вы драконов не трогайте, всё остальное — пусть.

Стихи? Кому они нужны. Важны чины, тираж и слава, А рифмоблудие — отрава, Ей многие заражены. * Поэт словами лезет в душу, Грызёт глаголом, крокодил, А сам неделю не был в душе, Всё по редакциям ходил. По жизни — размазня и нытик, В кармане дырка. В чём итог? Стихи сложил в корзину критик, И этим обществу помог. * Мне нежности, грамм четыреста, И рифмы на сто рублей. Задумано заковыристо, Закончится: ну, налей. "Поэтами не рождаются"... И что теперь, падать ниц? Вот взять бы судьбу за яйца, Да нет у судьбы яиц.

В чём суть судьбы? Сказать, что решено. А боги в гольф играют, им не спится, Игре мешает глупая синица, Хотел сказать живите — суждено, Какие узнаваемые лица.... От а до я длинней чем я до а. Вам не понять, по шею вы не в теме, Среди берёз, борозд и настроений Не налегайте водкой на вину, Лягушки ластятся, а мне ни тпру ни ну, Такие глупости: судьба со мной напротив, ( спаситель ангел был неповоротлив, Не выспался, я тоже, что теперь?) Тихонько за собой закрою дверь.

Ну нужно же критикам поморщить извилины, Может и мне пригодится. * В зомбоящике балык да икра, Мне б минтая, котик жрал на ура, А ещё бы среди дат и имён Вспомнить запахи наивных времён. Не по Сеньке шит камзол, а кому? Я на пенсию ушёл как в тюрьму, Та же пайка, да жулью за жильё, Комсомольское ты счастье моё. * Мысли серые дождём сеются, Тучки радугу ждут родить, Детям времени в радость верится, А так хочется просто жить. * Я с гранатами не брал высоты, По гранитным берегам нёс цветы, Память каменная вспомнит не так, Отмахнётся: ну ошиблась, пустяк. Я с тех пор живу в таких пустяках Что не выдумает совесть и страх, Так неловко на сидении судьбы,.. Помечтал? Бери весло и гребы. * Мысли серые солнце высветлит, Всем светя, не пряча лица... И не нужно жить, чтобы выжить, Нужно просто жить до конца.

Как рожи похожи на лица, Явились, незваные, в сон: Чиновник, собачка, девица, Зелёный от злости вагон. Колёса стучат, не смолкая, Стаканы без чая звенят, В дороге от ада до рая Укоры с грехами стоят.

В дороге от рая до ада Похоже, но чуть веселей: Разносит всем рюмочки яда Весёлый, до чёртиков, змей. Кому анекдотик расскажет, Кому простыню подоткнёт, Трубы паровозная сажа На рожи похожие льнёт.

Мелькаются зимы сквозь лето, Судьбы напридуманный хлыст Бьёт в спину: пора стать поэтом, Пусть больно, скажу: от..... Колёса, колёса, колёса, Мне нравится эта езда, Пойти в никуда, это просто, Сложнее пойти в никуда.

Смотрю в окно и себя калякаю; Фломастер выцветет, вам достанется Старый, но чистый лист. Нет похорон на бис. Грусть насмешливо улыбается: Не связывайся с Бякою.

Бяку баюкаю, заболела, У Бяки буки болит душа. Куплю сочувствий на три гроша, И бублик с маком под пудрой белой.

Градусник ртутный подмышкой грею, Говорливой судьбой контужен, Скорую вызвать, так не успеет, Память позвать, будет только хуже...

Осень, а мне не грустно, Я принимаю время Вытянуть пусто-пусто, Чтобы другим везло: Клюнет удача в темя, Имя не спросит, в сене Мыши шуршат (не в теме), Трём четвертям назло. Счастье — такая лажа, Радость — корабль бумажный, У кочегаров сажа, У капитана сон. Памятью лыжи смажем, Может приснится даже Розовый в клетку слон.

Спорить с судьбой не стоит: Квасится в кадке горе, Радости возле лампочки, Счастье как ремесло.

Поднесла судьба привередина Кучу глупостей да потерь, Настроение ниже среднего, Ну не на ночь его за дверь. Сам же выбрал занозу в заднице: Мысли в рифму, и два по сто, Осень, пенсия, поздно каяться, И не хочется, если что. Прочитали рифмовку вы мою, Парой строчек понятней, ближе? Хоть и на ночь, посуду вымою, Мусор вынесу, в неглиже уже, Ну да ладно вам, не в Париже.

Настроенье проспится, встанет, Перегаром прохожих бесим, У судьбы не кончилась плёнка-память, У меня не кончились песни.

Разбить бы возраст на части, И в каждой удачно жить. Жаль, что удача — не счастье, На жалости буду пить. Злых ангелов слишком много, А добрых откуда взять? Ну, бог ты, почил немного, А спиночку почесать?

Дал же бог убогому, Да судьбой ошибся. Рифмовал немного я, Да башкой ушибся.

Пусть рубашка ближе к телу, Тело к телу — озорней, Не жалей о том, что сделал, Так учил Хемингуэй, Пусть зануда Заратустра Мелет неучам сквозь сон, Бабка тяпает капусту, Дедка гонит самогон. Само время выйти в поле, И на время положить. Классики живут в неволе: ( Полки, запах алкоголя, Украшеньем — злая доля). Меньше б лапали их, что ли, Да, и грабли надо мыть.

Строчки быть могли вступленьем, Наступлением на щит, Осень морщит настроение И веткой шебуршит. Я бы, мне б! Да бы мешается, Вся жизнь на одного!, Не поймать судьбу за яйца, Она полу не того.

Сатурны валторны успели едва подхватить, И в звуках засыпавшись ждали гладильщиков платья, Среди пострадавших три горничных, лошадь и сватья, Какая такая моя путеводная нить? Года не годятся, им холодно возле меня, Века, сковородкой приласканные, ждут, что будет, Так чёрт учудил среди тысяч изменчивых судеб, Дав мне самому непонятный осколок огня!

Ну зашибись, протёр глаза — тут осень. Конечно, пить неловко при судьбе, Заснул вчера, проснулся в сентябре. Вокруг аплодисменты: браво, просим!.. За упокой утопленных котят Не служат, как по людям, рады смерти, Подвинусь, прилетели к чёрту черти, Наивными глазёнками глядят. Незваный меч метался всех сберечь, Ну так то были б слёзы выше плеч.

Мне местами нравится, а местами нет: (Ты танцуй, красавица, в цокоте монет). Судьбы не рисую, словом не сужу, (а чего рифмую, так для куражу).

Чудовищ сон ужасней, чем вагон Наполненный фантазиями мраком, Судьба, смеясь, себя поставит раком, Несбывшееся посыпая маком Отцепит неприснившийся мне сон.

Заря не знамя, утро опоздало, Пророчества не любят лишний шум, Судьба споткнулась, и бегом за малым, Большое подготавливало штурм.

А вот потом, кто слопал суп с котом, И пошлости в интимности признался, Судьба задира сложит в кукиш пальцы, А я скажу: мы встретимся, потом.

Сколько раз придумывал небыли, Намекал судьбе между строк, Вдоль по небу летели лебеди, Как всегда, несёт поперёк.

Придумаю, приснится, зарифмую. Вам от меня? А мне от вас зачем? Придурочной кукушкой в ус не дую, Скользя как слизень между скользких тем. Что непонятно? Солнце лижет пятна, Улавливайте, где судьба, где вы, Мечта не водка, чтоб туда-обратно,

Кому судьба как мачеха, кто сам себе дурак, Одним-то сладко, остальным-то кисло, А я пенсионер уже, гуляю просто так, Удобный, как корове коромысло.

Я никакой для жизни и для смерти ни к чему, Меня футболят шариком пинг-понга, Листаю дни, но все они ни сердцу ни уму, А рифмы — погремушка для ребёнка.

Но знаете, мне нравится с балкона вдаль глядеть, Не хочется считать, где чёт, где нечет, Смерть, это тоже женщина, попробуйте ей спеть, А жизнь вам предположит рядом вечность.

* К чему я это? Так, зарисовка дня. Старый, седой, и сегодня ездил за водкой. Надеюсь что вы вдруг вспомните про меня, Мальчика, неуча, что получил селёдкой.

* Мимо мгновений, мимо любимых дам, Мысли летают, морщась от чёт до нечет, Если бы М было с водкой напополам, Можно, минуточку, память судьбу не лечит.

* Помните? Помните. Память такая тварь, Не увернуться, возраст давно не детский, Шустро шуршит страницами антиквар, Мне по записи — королевство.

Жил как все, за годом год, Не ходил спиной вперёд, Знал где выход, а где вход, Всё ж написано, А удача по усам, Седина по волосам, Нету места куражам? Чёрта лысого.

Деревья вокруг, сорок лет скоро старому дому, Пейзаж подрастает под шелесты шин и шагов, Мой поезд отходит, но поздно мне жить по другому, Грустинки снежинками падают между стихов.

Ладошку подставлю, снежинка грустинка растает, Судьбу загадаю, чтоб мёдом она не была, Боюсь высоты, но встаю возле самого края, (Здоровье не то, чтобы лихо косить под орла.)

Стихи ни о чём. Мало смысла и образов мало. Другой бы кто спорил, а лирику — стопка и спать, Но есть предложение: залезем, давай, под одеяло! Да я не про это, там в ладушки можно играть.

Как смыслы метались, совсем как от веника мыши, Берёзы белели, осины февраль укачал, А то, что подумали вы, я случайно услышал, И чувства, как мог, между рюмками зарифмовал. * Машины шуршат, переплавка им будет итогом, Деревья растут, кто им может расти запретить, Однажды я встану босой перед Господом Богом, Захочет ли он хоть в кого-то меня превратить?..

Зигзаги судьбы (без пятнадцати пять) Решили, что будут хотеть и желать, Вершить! Отвалите, заразы. (Рифмуется с унитазом).. Всё самое главное я не сказал. Не то, чтобы смыслы от взглядов зажал, Но рано мне в мнимые двери, Где больше чудес, чем поверий.

Мысли по локоть в слякоти, И на душе г... темно, Дамы, в подол не плакать, Цирк уезжает, но * Желания прут на запах: Несбывшееся жевать. Бывали все в зоопарках? Попробую описать: Спешите увидеть, граждане, Гражданки, вам скидка есть; Вот совести непродажные, Обида лезет на шест, Всегда на арене глупость, Бессменно коза-любовь, Есть жадность на вашу тупость, Жуёт, как стадо коров. Надежду не надо лапать, Вот злость можно чуть позлить. Куда же ты в нежность, лапоть, Баранками соблазнить?.. * В анализах обнаружится С рифмами лёгкий флирт. Пусть критик от злости тужится: "Где зоопарк, где цирк?!", Снег принесли синицы, А мне пора на вокзал. Задумчивые страницы, Записывал? Написал?

Такая моя планида, Придумывать куражи. Улыбка, она для вида. Понравилось? Флаг держи.

Весна прошлась по почкам, била вскользь, Черёмуха распустится к июню, К судьбе привык, не распускаю нюни, Живу как все, навзрыд и на авось.

На луну не время выть, На судьбу без толка, С детства душу бередит Песенка про волка. Спал и с краю, и один, И в лесу и в поле, А волчок не укусил. Обманули, что ли?