Давным давно, такие вот дела, Принцесса на горошине сидела, На чём сидеть — кому какое дело, А между тем хорошенькой была. А папенька был рохля, но король, А маменька на венике гадала, И нагадала дочке генерала, Да видно генерала съела моль. И вот судьбы суровая рука (Ах, как она мучительно сурова), Раз нету генерала, что ж такого, Подсунула Ивана дурака. С любовью спорить — нет ужасней зла, Хоть ни чинов у зятя, ни фигуры, Диван, диплом, сто двадцать без халтуры, Но свадьба комсомольскою была. Гостями переполнен тронный зал, Дюймовочка напёрстки наполняла, И мальчик с пальчик весело плясал, И счастье ничего не омрачало.

И я не для тебя, и ты не для меня, И что там говорить, понятно всё и ясно, Зря вспоминаю я свет нашего огня, Свет нашего огня, сгоревшего напрасно.

Я глупые слова твержу тебе опять, Но что тебе слова, ты выше слов и мнений, Ты понимаешь всё, как грустно всё понять, Без радости придя, уходишь без волнений.

В глазах твоих уже нездешняя печаль, И мысли далеки, лицо совсем чужое, Торопишься сказать, что расставаться жаль, Что время уведёт, обманет, успокоит.

Шаги узнаю я из тысячи шагов, Из миллиона глаз глаза твои узнаю, Но ты твердишь: пройдёт беспечная любовь. Беспечная любовь... А разве есть такая?

овца барану дорога, любовь взаимна, без изъяна, но мучает вопрос барана: из-за чего растут рога?

Что судьба? Судьба — химера. Что дела? Дела — зола. Что любовь? Ау, Венера, Почему с другим пошла? Прочь истерику гитары, Визг ненужных тормозов, Только фары, небо, фары... Будь готов! Всегда готов.

Я верил в дорогу сиреневым садом, Там солнца достаток и радости много, И милую, нежную, лучшую, рядом Вести через всё, что откроет дорога. Да кроме любви столько всякого вздора, И радость урывками, малая малость, А вместо сиреневого коридора Заборы, заботы, разлуки, усталость. Но разве забыть, как наивно мечтали? Я крикну из ада, из чёрного круга: Спасибо за то, что сквозь долгие дали Мы все-таки очень любили друг друга.

Любовь, а может быть тоска-зануда, Но снова на свидание ведёт Зима, метель и ожидание чуда, Ступенек скользкий лёд. Твоё окно. Ты ждёшь меня, я знаю, Душа светла и глупо рвётся в высь. В тепле уютном мило утопаю, Так, по привычке просто, обнялись. Не заходил? Дела. Опять простуда? Такой пустяк, до свадьбы заживёт… Зима. Метель. Святая вера в чудо. Ступенек скользкий лёд.

давно

Палые листья — дворникам — сор, Старые письма кучей в костёр, Кружатся дымом, видным едва, Лето — любимым, мысли, слова... Прошлое помнят и берегут Сумерки комнат, тени минут, Чуткие свечи, отсветы слов. Пламя не лечит, если любовь...

О любви не говорю, Фразы рвутся в час прощаний. Я себя тебе дарю Без взаимных обещаний. Слово свяжет нас губя, Промолчи, ведь так честнее. Я тебе дарю себя, Это всё, что я имею.

Вечер затуманенный, спорит страсть с разлукой, Счастье загадали мы, что тому порукой? Частыми печалями полон путь сердечный По любви нечаянной, по любви не вечной...

Снова в памяти дожди, суета вокзала, Ты сказала — подожди, сколько — не сказала, Не забыть мне никогда то, что было с нами, Где же ты, моя беда с грустными глазами...

Вечеру холодному дела нет до лета, Радость редкому письму — скверная примета, Частыми печалями полон путь сердечный По любви нечаянной, по любви не вечной...

Бросьте аплодисменты, В лица алчные снова: Критики — импотенты Художественного слова! Родиться — это не мало, Счастье было и есть! Как меня задолбало Твердить эту божью весть. Проснитесь, прошу, проснитесь, Бог есть любовь, вообще, Хоть краешком прикоснитесь Не к мухам в своём борще... Попробуйте, полетайте Без жажды повыше влезть. И помните, знайте, знайте: Счастье на свете есть!

Не найдёшь зимой цветов, сколько ни аукай, Ходит нежная любовь под руку с разлукой. Снегопадная пора заведёт, обманет, Ожидание с утра лишь окно туманит. Были дали дальние, были голубые, Но цветы хрустальные — ломкие такие, Частыми печалями полон путь сердечный, По любви нечаянной, по любви не вечной.

Опять игра в слова и взгляды, В любовь и праведность игра. Но то, что Вам сегодня надо, Мне опостылело вчера. Все эти вздохи без волненья И жар неискренний в руке Я б променял без сожаленья На славный вечер в кабаке. Там нежность хрупкого бокала Сто крат честнее, видит бог. Но как бы не было, а стало, И снова я у Ваших ног...

Как мне тебя найти И как себя сберечь На жизненном пути, В нечаянности встреч, В обыденности слов, В крикливости одежд, В неисполнении снов, Желаний и надежд, Боясь любви желать Упасть в покатость плеч. Так страшно не узнать. Узнать, и не сберечь...

Два бокала шампанского — всё торжество, Неужели об этом мечтали? А вокруг никого, и в душе никого, И надеяться души устали. Как случайно к руке прикоснулась рука, Как дыхание свечи качает... Но весна далека, и любовь далека, Без любви даже чёрт не венчает. И на тысячи дней только злой снегопад, И на много шагов только стужа. Как-то все просто так, как-то всё невпопад... Но без этого, видимо, хуже.

Такое дело, пьянка надоела, Не знаю, сколько промилле в крови. Тут к месту поворотик «ближе к телу», Но что такое тело без любви… Нечистый шепчет мерзости на ушко, Зараза муза смылась по делам, По телику привычная порнушка, Где нас имеют, не смотря на срам, Всё та же неказистая природа, Всё те же несерьёзные друзья. Ну, знаю я, в семье не без урода, Но почему уродом выбран я? Да, я не свят, да, мир несовершенный, Да, сколько там до страшного суда? Пойду бродить, бездумный и блаженный, И как обычно выйду не туда…

Мы живём, городские ромашки, Поднимая за это рюмашки, В день зарплаты, по будням и датам Хорошо шебаршиться поддатым! Обыватель затурканный скажет: Посмотрите, он лыка не вяжет, Что вязать, если лыко не в строку, Проще просто отдаться пороку. Прогуляться неровной походкой, Полирнуть все неровности водкой, И шары заливая по брови Ни простуды не знать, ни любови. Наплевать, что закусывать нечем, Что в разнос сразу сердце и печень, Требуха не важнее умища, Состояние нужнее, чем пища! Назюзюкаться славно до точки, В клумбе спать, где трава и цветочки, Подскажите мне, умные, ну-ка, Кто она, эта мымра зюзюка? Перемешивать красное с белым, Быть лихим и вовсю угорелым, Получить за порыв и дерзание Алконавта высокое звание!

Я не ёжик, хоть и пьяный, Я красавчик хоть куда, Если был бы обезьяной, Вот была бы лабуда! Мне б не надо было денег, Я б не знал, что есть душа, А сейчас торчу, как веник, Перегарами дыша.

Впрочем, всё не так уж сложно, Жил Максим, и хрен же с ним...

Улетаю, осторожно Превращаясь в серый дым. Хоть немного — полетаю, С летним ветром подружу, Вы дождитесь, обещаю: Всё, что видел, расскажу. Про любовь и про картошку, Как ромашка пьёт росу, И как встретил бабку Ёжку С бородавкой на носу.

Всё только начинается, в руках у вас диплом, Запомнится надолго эта дата, Сегодня соберётесь вы за праздничным столом, Завидую вам искренне, ребята!

На Институтской улице, где яблони цветут, Прошло пять лет, и это время свято, Вы навсегда запомните ваш первый институт, Экзамены, зачёты, рефераты.

Отец ваш Юрий Павлович и Филимоныч зверь, Смешно, но грустно с этим расставаться, Не раз ещё всё вспомните, но позже, не теперь, Так не забудьте им в любви признаться.

Недели долго тянутся, а годы так летят, Всё будет, и удачи и утраты, В очередной раз встретитесь лет через пятьдесят, И скажете "мы славные ребята!"

Темнота заоконная На подушку упала, Вдруг любовь незаконная Неизбежною стала. И в минуту молчания Воровской этой встречи Я целую в отчаянии Твои нежные плечи...

Все мечтают о принце на белом коне, Где же взять столько белых коней? И скучают принцессы в гранёном окне, Среди серых дождливых дней...

А любовь — она здесь, а любовь — она вот, И не надо далёко ходить... Но колотит плотник кривой эшафот Для того, кто хотел любить.

Завтра будет день-балдень, А потом работа, Вот собраться в лавку лень, А пивка охота. Выходной на выходной, И вдобавок праздник, Я какой-то никакой, Старый безобразник. То ли лето, то ли жар, То ли, блин, жар-птица, Но горит в душе пожар Перепохмелиться. Незнакомая, прошу, Не ругай заочно, По трезвяне напишу Хуже, это точно. А пока: любовь-морковь, И вино в рюмашках... Нет, постель мне не готовь, Я посплю в ромашках.

Говорят что любовь — лишь химия, Невпопад судить не берусь, Помню я глаза твои синие, Помню губ малиновый вкус. Это лето всей жизни стоило, Жаль, что время наносит хлам, Заметелило, успокоило, Развело по чужим углам. Но ведь было, и не в чем каяться, И спасибо за всё судьбе, Я ночами, моя красавица, Часто думаю о тебе...

Надо-то, надо — такую малость: Чтобы дождей и любви досталось, Чтобы сирень цвела под окошком, Чтоб на коленях урчала кошка... Только нет дождика, нет сирени, От телевизора злые тени, Сколько же можно терпеть такое, И называть этот хлам судьбою? Рядышком души, да мы не вместе, Не подарю я цветы невесте, А виртуальные наши встречи Как не забавно, увы, не лечат. Может я смог бы, мне очень надо Ветреным вечером — звездопада, Ранним рассветом твоё дыханье! Что же мы делаем снами, с нами...

Не бывает осени без лета, Не бывает лета без любви. Только позови, и я приеду, Я приеду, только позови. Вместе будем, вместе погадаем: Что нам надо, чёт или не чёт, Задушевных слов цветная стая Крыльями закат перечеркнёт. Моет окна дождиками август, Хочет листья летние сорвать. Может быть хоть чуточку, понравлюсь, И сумею сердце своровать? Ах ты, голова моя седая, К седине, все знают, бес в ребро. Нет, не вечер, вечность всё прощая В речке растворяет серебро...

Опять с надеждой визави Гоняю мышку по экрану, В душе залечивая раны От не случившейся любви.

Нет, я не тот, простите, я не тот Кто сможет Вас и холить и лелеять, Такой вот никакой вот обормот Умеющий сомнения посеять. Ленив как кот, да вовсе не Баюн, Хотя могу цеплять за словом слово, И пролети хоть триста местных лун Я буду любоваться ими снова. Наверное, мне проще созерцать, А что потом, могу ли это знать я? Но боже ж мой, прекрасна Ваша стать И в платье, и тем более без платья!

Не допускайте снежности, Пусть жизнь в любую полосу, Любовь — романс для нежности На два взаимных голоса...

Смоет дождик, заметёт порошею Все следы, но память сохранит: Вот она стоит, моя хорошая, Грустно о разлуке говорит.

Где она, любовь, когда потеряна? Не понять, когда закрыла дверь, А ведь было нежности не меряно, Было счастье, где оно теперь?

Может, заболело, нами брошено, Может, беспризорником живёт: Холодом обиды заморожено, На ресницах иней, в сердце лёд.

Всё пройдет, растопит лето горести, А разлука принесёт покой, Наших судеб искренние повести Перепишет кто-нибудь другой.

Идём втроём, я, ты и осень, Но только каждый по себе, Не по асфальту — по судьбе, А груз прошедшего не бросить. В переплетеньи мокрых брызг Смешалось горько — кривобоко: Друзья, ушедшие до срока, Любовь, разбившаяся вдрызг. Ну как всё это объяснить? И лишь наедине с собою Поплачем тихо над судьбою, Чтоб, как ни странно, дальше жить.

Что судьба? То пальба то гульба? На три четверти, в небо и выше. Одному — всё вообще лабуда, А другому — убейся, не слышит.

Дрель, иголка, да этим ли жить, Снова ищем, что в мире бесспорно, Только очень уж тонкая нить, Грань, что между любовью и порно...

А итог, это знает лишь Бог, Оставляет наивным надежду. Недотрога роняет одежду, Усмехается страсти цветок.

Вернуть бы десять лет, а лучше двадцать. Когда я мог и плакать, и смеяться, Когда хотел и верить и любить. А так? Зачем на этом свете жить? Всё было, будет, есть, и всё пройдёт. Вам интересно? Мне такая скука. Ну да, ещё есть Пушкин как наука, А у Чапая с Анкой пулемёт. Я не могу. И просто не хочу. Мне скучно, бес, подбрось немного перца! Стихи сентиментальные кручу, Надеясь хоть случайно отогреться, Напрасный труд. Кто выгорел дотла Не загорится свечкою пасхальной. Любовь? Была. И как ещё была... Хотя, увы, была не идеальной. Но это так. Всё было, всё пройдёт. Прискорбно сознавать, что ты не птица. Ох, мне бы в руки этот пулемёт, Чтоб расстрелять себя. И вновь родиться.

Мы жарко горели, в любви угорая: Три капельки ада на капельку рая И ложечка счастья на грусти стакан. Рецепт не для всех! Я, наверное, пьян.

К чему всё идёт, неужели не знали? Напиток из нежности, страсти, печали Блаженно растёкся по стенкам души. Задёрни окошко и свет потуши.

От любви угорелая, До отчаянья смелая, Для души, не для тела я Это всё затевал, Домик лодкой качается, Сердце нежностью мается, Не всегда понимается Что нашёл, что искал.

Не спеши за стаканами, Мы без этого пьяные, Твои щёки румяные От меня, от тепла? Не могу быть застенчивым Этим праздничным вечером, Мы с тобою повенчаны, Вот такие дела.

А потом только шепотом, И не важно нам что потом, Мы ж не делимся опытом, Мы же в омут с моста, Сердце прыгает мячиком, Что там после назначено,

Кто выдумал, что это навсегда, Пожар любви и нежности истома, Пройдут недели, месяцы, года, И вам захочется уйти из дома. И заблудиться в темноте ночной, И никогда назад не возвращаться, Зачем? Как это просто, боже мой, Чтобы опять и верить и влюбляться.

Ну хватит лирики, и так уж забодал. Всё про любовь, в твои-то, старый, годы. Вон, настроение скачет от погоды, А что, свободы бог тебе не дал? Всё врёшь, юлишь, ужак на сковородке. Ждёшь компромисс, где только нет и да. Но на пороге страшного суда Тебе для храбрости не капнут водки! Там взвесят всё, и как всё объяснить? Кого ты там любил и с кем лукавил? Где честен был, а где играл без правил? Судьбы своей запутал насмерть нить...

Ах, старый бес, наверное, всё так. Но пару тысяч лет назад, ты тоже Не только кувыркался, строя рожи, А чувством сердце зажимал в кулак! Тот, кто любил, другим любовь простит. Запутался? Не думаю. Всё проще. Ведь даже в летней соловьиной роще Не каждый вечер соловей звенит. Он может петь, когда он хочет петь. А я люблю. Она об этом знает. И крылья мне никто не обломает! Из рая в ад? Ну что ж, тогда — гореть!

Цветёт лишь на холод черёмуха. На зиму любовь зацвела. А бес не в ребро, а без промаха Под сердце. Такие дела.

Прописано вперёд на много лет: Кто бог, кто чёрт, кто ангел, кто поэт, У каждого был рай, что в шалаше, А капельки невинности в душе Мы променяли на адреналин, Тому причиной множество причин... Какая глупость, все эти любови, Когда кусаем губы мы до крови, А уж слова, что это в первый раз, Давайте обойдёмся без прикрас. Что говорить, ведь каждому известно Что пресно жить совсем не интересно, Что медленная проза бытия Ведёт к изрядной дозе пития. Нет логики. Душе покой не нужен, А телу лень, ему бы плед да ужин, Что бог, что чёрт, что ангел, что поэт, Противоречье многих тысяч лет.

Не вникая в банальности слов Я вздохну за закрывшейся дверью, Я ведь знаю, что это любовь, И что ты моё счастье, я верю.

Я люблю, только жадной не будь, Я люблю, это мало и много, Не ревнуй, отпускай на чуть-чуть, У меня лишь любовь и дорога.

А куда? Знает лишь звездопад, А зачем? Самому не понятно, Все дороги приводят назад, Как с билетом: туда и обратно.

На страшный суд вещественной уликой Притащат ангелы твою ко мне любовь, Ту, что была покорной и великой, Нежнее ласки, выше всяких слов.

Да, узнаю, и признаюсь покорно: Я грел её дыханием нежным губ, Не шутки ради, не от злобы чёрной, Не потому, что был настолько глуп,

А просто так. Поймёте или нет вы, Мне было скучно. Было всё равно. Ну, словом так, когда берут билеты На старое знакомое кино.

Не верь словам, слова солгут, Верь трепету прикосновений, Верь счастью ласковых мгновений Таких застенчивых минут.

Не повернуть минут назад, Так не гадай, что после станет, Судьба закружит и обманет, Когда обманываться рад.

Не верь судьбе, не верь словам, Верь нежности прикосновений, А по углам всё гуще тени Любви и грусти пополам...

В старом домике, в деревеньке, Где по чердакам пыль да веники, Зайчик солнечный кувыркается, Что задумали, всё сбывается.

Ах истома ты, невозможная, Безрассудная, осторожная, Ласка нежная легче пёрышка, Мы любовь свою пьём до донышка.

Жар по холоду от нескромности, Души грешные в невесомости, И огнём горят, и не боязно, Хоть ведро воды лей колодезной,

И не надо знать, чем закончится, Тишина с моста в речку смотрится, В лето — летечко, в деревеньке, А чердак снесло, вот же, веники...

Остановилось время На пластинке виниловой И цепляет иголка за имя Так когда-то любимое

Когда любовь придёт, Внезапно Наступит завтра...

Время — инеем синим На пластинке виниловой, Из динамиков — имя, Так когда-то любимое.

Выбирать между двух берегов? Ставить парус: наивность? Удачу? Если то запоёт, то заплачет Эта глупая птица — любовь.

Правый берег по праву надёжен. Левый берег как радостный сон. Компромисс, как всегда, невозможен, Как немыслимо спутать имён.

Ласка, ночь... это не было, было? Ласка, день, нет ни мыслей, ни сил... Всё забудем? Меня ты любила. Все забудем? Тебя я любил.

Я ничей, хоть порвите на части. Скромно в очередь встану в аду. А пока: то напасти, то страсти, Поцелуи у всех на виду,

И не важно, что будет, то будет, И так весело в этом огне. Обыватель, конечно, осудит, А в душе позавидует мне.

Угорать от любви — не от пьянства, В гороскопы не буду смотреть. Правит лодочкой непостоянство Вдоль по речке, до острова "смерть".

Прикусил я травинку случайную, А она оказалась горька, Мы с тобой повстречались нечаянно, Справа поле, а слева река.

Трын-трава ты, трава окаянная, До чего ж ты меня довела, Вновь любовь невозможная, пьяная Прямо в душу, такие дела.

Был четверг, после тёплого дождика, Значит сбудется всё, чего ждёшь, Вдоль тропинки цветы подорожника Да как в песне, высокая рожь.

Чем поладили? Вам это надо ли? Я и так слишком много сказал. Провожал я любовь, звёзды падали, И туман по колено стоял.

Слезой дождинка по стеклу, Дождинкой по щеке слеза, Нет, я тебя не обманул, Я просто правды не сказал.

Я ничей, как проснувшийся в марте ручей, Я ничей, убежал, как с ладошек вода, Я ничей, я дыхание тонких свечей, Что горели, когда ты была молода.

Мимо речки "Любовь" прямо в речку "Беда" Унесло меня, глупой наивности вслед, Заблудился, дороги назад не найду, Буду биться о берег три тысячи лет.

Я вернусь, если только меня подождёшь, Белым облаком, нежностью, счастьем, как знать, Выходи мне навстречу, под ласковый дождь, Буду каждою каплей тебя целовать.

Критиков простуженные вопли Да поклонниц визги — пополам, Авторы размазывают сопли Про любовь, морковь и прочий хлам. Прицепив не в тему бабку Ёжку Сразу вспомнят про её кота, А потом, очухавшись немножко, Скажут: ну вот это — красота!

Утром и похмелье, и прозренье, Ах, судьба сурова, без прикрас: Листиком с нетленным сочиненьем Подавился старый унитаз.

Пусть я простой педальный конь, Не прав, мой рыцарь, ты, Меча об латы перезвон — Напрасные понты. Зачем тебе старик дракон, Давно он травку ест, И с незапамятных времён Не похищал невест, Подразучилась тварь летать, Хоть внешне и страшна, Но любит вечер коротать С бутылочкой вина. Скачи хоть трижды тридцать дней, Ристалище ищи, Набьёшь на з... своей Мозоли да прыщи. Продай ты хилый свой доспех, Купи себе кларнет, Увидишь, ждёт тебя успех И перезвон монет, Принцессы нежной глупый взгляд, И куртизанки зов, А лет так через пятьдесят Найдёшь свою любовь. Пришли другие времена, Кольчугу рассупонь! А, в прочем, мне всё это на... Ведь я педальный конь.

Хочу весну, чтоб всё иначе, А сердце непонятно скачет От песен, слов и сарафана. Жаль, телефонная мембрана Не передаст твоё тепло. А может, время не пришло? Зачем, зачем всё это с нами? Мы жили головой и снами, Писали каждый о своём, А вот теперь, как мы живём? Адреналиновые бури, И думать о тебе до дури, И где тот май, который мой? Как я хочу сейчас с тобой...

Опошлят. Каждый о своём. Но есть любовь. Мы так живём. Да, повторился. Автор. Право. Но. Нежность. Ночь. Не надо "браво".

Туман упал с каким-то странным вздохом, И кто поверит, что сегодня — май, Повыше нос, а что, совсем не плохо! Не так уж плохо, ты не привирай. Не сказаны слова, не спеты песни, Львы замерли, смотря на парапет Где мы забыли души, интересы, И начатую пачку сигарет. — Всё будет! — Ладно. — Всё пройдёт! — Я знаю, Зачем шуметь, черёмуха цветёт. — Я с каждым маем больше понимаю! — Прости, но это — високосный год. * Небыли, ад, атрибутика дна, Ангел не любит весеннюю кашу, Синее небо вечерним закрашу, Холодно, если в постели одна? Сырость сознания маем согреть Не удаётся, и не поддаётся Просто понять, что менять нам придется Слово «любовь» на понятие «смерть»…

Холодный вечер, мелкий дождь, И ты тепла напрасно ждёшь, Качает ветер свет свечей, И ты ничья, и я ничей... Холодный

вечер... Жизнь без любви — пустой стакан, Я был тобой беспечно пьян, Но словно тень над головой: Ты не моя, а я не твой... Жизнь, без любви?..

Но как забыть твоё тепло, Кто может знать, что всё прошло, Кто так решил, что я ничей, Качает память свет свечей... Мне не забыть... Жить... Холодный вечер...

В солнечной Австралии странные дела: Злая крокодилиха кролику дала! Ах, ручонки потные, мысли про любовь? Душка крокодилица отдала морковь!

Ей, как плотояднице, овощ ни к чему, Сделала приятное, типа по уму, Вот они, случайности, жаль бывает так: Кролик был талантливым, но слегка дурак.

Сколько нас, наивненьких, позванных к столу, На морковку ловится, лесть и похвалу... Кроко-крокодильница не любила драм, Выдержала паузу, и сказала "АМ!"

Кто в домино играет, кто в слова, Эмоции почти одни и те же, Жаль, чем быстрей седеет голова, Тем про любовь задумываюсь реже.

Живёте в копоти, не любя. Кого корите? Устройте праздник. Флакон себя Смелей дарите. Дарите нежность как божий дар, Остыть не смея. Не ошибётесь. Душа — радар. Пускай темнеет. Но если радость — короткий сон, Себя корите. Ненужной страсти пустой флакон В куски колите. Любовь — свободна. Она в умат. Она не вянет. От прежней горечи аромат Нежнее станет.

Электронные осенние письма Разрисованы оранжевым цветом, Только память зацепилась и киснет: Ах какое же вчера было лето.

Было лето, ещё как было лето, А сегодня — на сентябрь два билета, Ты свободна? Так пойдём, погуляем, Два квартала, от любви до трамвая.

Погуляем, пошуршим бабьим летом, Два билета, повезло, два билета, На афише — невозможное небо, Под ногами то ли пыль, то ли небыль.

Только зря ты, я совсем не про это, Ведь всего-то, на сентябрь два билета... Билетёрша ничего не сказала, Два билета на двоих. В разных залах.

Баритон, нежно Твоя душа ни в чём не виновата, Наивным сном любовь твоя была, Но день угас, и за спиной заката Холодный вечер, злая мгла.

Обманом были вздохи и признанья, А ты наивно сердце отдала, Осталось только разочарованье, Холодный вечер, злая мгла.

Засыпал снег знакомую аллею, Зачем грустить, ну что ты в нём нашла, Пускай его, а не тебя лелеет Холодный вечер, злая мгла.

Тут как-то раз зашла ко мне удача, Зашла удача на закате дня, Конечно, было б нынче всё иначе, Но только дома не было меня. И что теперь твердить "какая жалость", Моя удача и не мне досталась.

Потом ко мне зашла моя беда, Вся из себя, изысканное зло, Я был в отлучке где-то, как всегда, Моей беде со мной не повезло. Но радость ни к чему изображать: Тут повезло, а там не избежать.

Потом ко мне зашла моя любовь, Но не дождавшись, гордая, ушла, Теперь хоть плачь, хоть петлю приготовь, А не вернуть, такие вот дела. Что толку слёзы лить и горевать, Конечно я б дождался, если б знать.

За ними приплелась моя судьба, Но тут уж я нарушил этикет, Её рабом не стану никогда, И промолчал, как будто дома нет. Но знала она точно, где тут ложь, Свою судьбу никак не проведёшь.

Что было делать, я её впустил, Она вошла, взялась за телефон И обзвонила всех, кто приходил, Хотя не каждый был бы приглашён. Ну, значит, намечается гульба: Беда, любовь, удача и судьба...

Мы выпили от пуза, понятно, что не квас, Но тут явилась Муза, и свара началась, Сказать пытался: тихо, мол, типа всё путём, Она же давит психа, и норовит ногтём. Заначку с гонорара отдал, ей всё не так, Удары не подарок, (в два кирпича кулак), Не скрыть за сковородкой всех мест своих святых, Я проклял пиво с водкой, отведав за троих. Я проклял древних скифов, придумавших Парнас, Махал гитарным грифом, а в двери прёт Пегас, Скотина любит сено, не любит под седлом, Пора пером по венам, дурдомом стал мой дом. Вот был бы я прозаик, по клавишам стучал, И сочинял про заек, а про любовь — молчал, Явилось вдохновение, осталось не у дел... Строчу стихотворение, душе на опохмел. Пускай всё это грубо, судьбину не виня Утру рубахой губы, не трогайте меня, Зовёт закатом небо, в углу стоит метла, Зачем ты меня, мама, поэтом родила.

подражание Митяеву По ночам зудят несуразности: На ветру грехи свои вытрясти, Но по технике безопасности Не положено, значит бог простит,

Я стоял под грузом несчитано, Я курю, где это запрещено… Но обманывать свою женщину Даже мне, обманщику, не дано,

«На дворе — трава, на траве — дрова», Я шептал — люблю, я шептал — слова, Были те — слова, были мысли — те… Выключайте, если уходите.

Развели мосты, и слова не в счёт, Разменял я нЕчет, не вышел чёт, А твоё окно до утра не спит, За свою любовь ты меня прости…

Моя любовь как свечка на костре, Наивных чувств пожар задуть ты можешь, Но всё сильнее ты меня тревожишь Гулянием с собакой во дворе.

Собаке легче, у неё любовь Проста как куст, который метит часто, Когда увижу, закипает кровь Твой профиль что анфас родит любовь.

Я не поэт, но жду что ты войдёшь Ко мне, наивному, подаришь свою ласку Собаке, в миску супа я налью, И мы с тобой сольёмся без прикрасу...

Призрачные образы любят горевать, Розы вазам розданы, мысли про кровать, Знойная проказница, в темени минут Мне какая разница, как тебя зовут. Отзвенело зимнее, Лезет трын-трава, Вся любовь — лишь химия, Да движенья два.

Накопилось глупой фальши, Где любовь была светла, Я не видел, что там, дальше, За околицей села, Были веселы и смелы, Только снегом замело Наши замыслы и смыслы, И в придачу — всё село. И на санках не проехать, Где там сдуру, всё всерьёз, Я смеялся, не до смеха, Я ревел, да не до слёз. Были — небылями станут, Сны приснятся на четверг. Ох, обманут нас, обманут, Человек ты, человек.

Не лови меня на слове, я с утра уже готов, Все любови не до крови, ласки не до синяков. Сигаретного тумана узелочек развязал, Не Каренина ты, Анна, и кончай базар вокзал, У меня остатки силы, у тебя избыток слов, Не забыла? Что там было? Я с утра уже готов.

А мне по барабану, что запад, что восток, Пока на дне стакана плескается чуток, Хоть краскорастворитель, хоть фирменный бурбон, Я просто небожитель, допью и выйду вон.

Галактике навалом скандалов от пьянчуг, Одних уже не стало, другим всё недосуг, До ручки не до стенки: дойду и поверну, Чтоб выплеснуть оттенки на новую луну.

В прострации — любови, ещё чуток налей, Всё больше стало крови, всё меньше снегирей, Ребята, всё чревато, и запад и восток, Заткните уши ватой, найдите уголок,

Порадуйтесь на небо и непустой стакан, Вот жаль, в Париже не был, путёвка в Магадан, А там, у Магадана — зелёная волна, Лежат на дне стакана чужие ордена,

Атланты держат небо(С), а я держу фасон, Все времена, где не был, простят, и выйдут вон, И я за ними выйду, и дружно станем в ряд, А прошлые обиды мне каверзы простят.

Опять провокатором обзовут?

Сеновал соломинками колется, Захотел романтики — лови! Не случалось непонятней повести Чем о неслучившейся любви. И не спится, и не водкой катится, Кран бы на ошибках закрутить, Жизнь, она такая каракатица, Не понять и лейкой не полить.

Ну ведьма, и чё? Зато хорошо готовит. А я у неё за пазухой — шмель в меду. Вот только не надо мне про любови, А самые ярые — лезьте, я с лезвием жду.

Помнишь, как нам тешилось, как мечталось, До любви полшага, ну совсем малость, Но судьба решает как ей жить легче, Просто подставляет не твои плечи.

Нежно в душу умными глазами косим, Ну давай по честному: бокал бросим, Лето недопито, а уже осень, И куда мы якоря к зиме бросим?

А зима сойдёт с ума, флаг ей в перец, Ни на радость ни на боль не надеюсь.

Снова лето, и шелест листьев Гладит ласково мне плечо, Я иду такой, независим, И не думаю ни о чём. Было много таких, как это, Было много таких, как сон, А любовь ушла незаметно, Возле клавишей, в унисон.

У меня сегодня вторник, У тебя уже среда, Ты смеёшься: вот негодник! Я в постскриптум: навсегда. Вдруг негодник будет годен, Неназойлив и лукав, Мы в который раз проходим Про правописанье прав. Падать в небо проще с крыши, Ты боишься высоты? Мыши? А при чём здесь мыши, Если души вы-мы-ты... Я под банный лист подстрижен, Кровь любовь, и все дела, Любишь? Очень. Ненавижу. Не просил. И не дала. Так со вторника на среду Ненавязчивый четверг По следам, да не по снегу, Нету правил. Правил нет...

Это глупость, которой не кончиться, Это сказка, смутившая явь. Небыль былью привычно морочится, Мне хоть щелочку в небо — оставь. Я устал от игры, А игра до поры, По пирам — топоры, И зудят комары. Мне привычней бездомная вольница, Небо куполом — краше всех крыш, Ты ведь знаешь, о чём тебе стонется, Ты ведь знаешь, о чём промолчишь. И не вправо, не в бровь, Всё гульба да любовь, Всё бы твой, да на явь, Ради бога — оставь. Я не знаю, что дальше получится, Сказки, присказки, глупые сны, Не моя ты, моя ты попутчица, Разве только дожить до весны. А уж там — заживём, По любви, о своём, зазудят комары, только я — вне игры.

Мне навыла волчица-пророчица Долю глупую, серую явь, Небо былью привычно морочится, Небыль в омуте, облаком вплавь. Я устал от игры, Топоры да костры, Ладно, ноги шустры До поры. Мне привычна бездомная вольница, Звёзды куполом — краше всех крыш, Жаль, ночами всё та же бессонница, Что надумаешь, то промолчишь. Не налево, так в бровь, Всё гульба, не любовь, За забором — стена, Без окна. Не моя ты, моя ты попутчица, Хоронили, а всё-таки жив. Я не знаю, что после получится, Сказки, присказки, новый наив, Заживёт, поживём, По любви, при своём, Угорю от жары, Комары…

Тучи, мрак, а мне смешно и грустно, Разменял судьбу на пустяки. Возвращаться в дом, где стало пусто, Неудобно. В общем, не с руки. Да, любовь, да, небо на ладони, После — слёзы, тысяча причин Чтобы я тебя неверно понял, Погоди, минутку помолчи, Я не прав, и ты не виновата, Может быть как прежде, да не так. Звон в ушах. Поверх упрёков — вата. Жизнь — театр? А вышло: жизнь — бардак. Выберем что лучше, выйдет хуже, Соглашаться проще, но, потом? На асфальте дождь. На небе лужи. Холодно, и никому не нужен. Выбрал сам. От прочего — зонтом.

Знойный мачо из жаркой Италии Очень нежно любил гениталии: Он им зонтик купил и шампунями мыл, И с утра обувал их в сандалии. * Прокатился приказ по стройбату: Обходиться в командах без мата. Капитан прочитал, генерала послал, Да, вот именно, на... На лопату. * Про начальство придумалась фраза, Неприличность я выкинул сразу: Если в тексте звезда, это вам не, ну да, Это орган такой, для оргазма. * Коровёнка была непорочна, Про любовь знала только заочно, Привозили раз в год ей в пробирке приплод, Но пастух объяснил очень сочно.

Пухом тополиным выстелен июнь, Одуванчик спелый: полечу, лишь дунь, В зареве заката замерла река, Томно и тревожно, значит, жив пока. Ну не хмурьте брови около холста: Небыли, любови, суть да суета...

Возможна любовь необычная — к трём апельсинам, Возможно любить свою родину просто и мудро, Возможно пристойно любить у калитки рябину, Возможно мечтать, полистав перед сном «кама-сутру»

А вы не мечтайте, ведь всё в этом самом не ново, Любовь — это то, что по Марксу, дано в ощущенье, Влюбляйтесь, сердечные, снова и снова и снова… Ведь завтра не будет… Измене не будет прощенья.

Проста технология: плоть жмёт желанием — леской, Рыбак рыбака, уж рыбачку увидит — за милю, Умею любить, а в словах рассказать не осилю.

Хотя, ерунда, и она всё поймёт, без сомненья, Разрежет любовь на полоски и сварит варенье, Отечество любят в манере пристойной и светской.

"Как жаль, моя любимая, как жаль..." Ю.Визбор

По линиям гадаю на руке: Когда дороги наши разойдутся? А нужные слова всё не найдутся, И капелькой обида по щеке.

Как можно было многое принять, И обмануться, и опять поверить, И сохраняя в сердце благодать Изменами любовь свою не мерить,

Идти с тобой, свободно и легко, Не замечая зависти и сплетен, И был бы мир любовью нашей светел, А прошлые обиды — далеко,

Но... не помогут лучшие умы, И слёзы обязательно прольются, Мы знаем, что дороги не сойдутся, Осталось два дыханья до зимы.

По линиям гадаю на руке: Когда дороги наши разойдутся? А нежные слова всё не найдутся, И капелькой — обида по щеке.

Выпал первый робкий снег, Он растает, но вернётся. Где от стужи оберег, Где украсть кусочек солнца? Чудеса, да не мои, А случись, так не поверю. Две недели до любви, Ровно месяц до потери. Всё приходит и пройдёт, Упадёт осколком слова, Только каждый Новый год Я загадываю снова.

Вся виртуальная любовь — кошмар и ужас. Как будто я среди цветов сижу, натужась.

Смотрю в твои глаза и улыбаюсь осени, По лету бабьему легко гулять вдвоём, И если вдруг запнусь слегка, Я знаю, есть твоя рука, Мы столько лет с тобою рядышком идём.

Встречать рассвет нам вместе не наскучило, И нежность губ любимых все еще пьянит, нам повезло не сжечь мосты Среди случайной суеты, Для нас двоих одна мелодия звучит.

Бывает все, мы пережили многое, Жизнь полосатая, но Бог свидетель сам: Любовь осталась и жива И до сих пор свои слова Диктует нам на зависть разным дуракам.

Есть в книге интересные моменты, Идея в ней одна, без дураков: Трагичная судьба интеллигента В нелучшем из приморских городов.

Здоровый образ жизни уважая Служил, не пил и гири поднимал, Но жадность и завистливость чужая Сыграла злую шутку, он "попал".

Бригада рэкетиров дело знала, Любовь разбита, спрятаться не смог, Интеллигент! Живи без криминала! (Пришлите миллиончик в Таганрог).

На выдохе надуманной судьбы Обманом перетянутые фразы, И я хотел поверить, если бы... Наверное, ты не права ни разу.

Любовь нежна, как майская хвоя, Когда задёрнет вечер шторы в доме, Наивное: "давай же я твоя" Звенит, пока тела себя не помнят.

Зря утро чертит профиль на стекле, На зеркалах — рефлекс бездушных комнат, Порыв, увы, банальной ночью скомкан, Лишь пара "невидимок" на столе.

Не потеряешь — не найдешь, Найдешь не то, что потеряешь, Пойдешь — пути не разберешь, Вернешься — дома не узнаешь. А старый сад как старый сон, Наивных мыслей представление, А этот "он" уже не он, Он был давно, одно мгновение. Бледнеют сонные цветы, Не отдохнув, пора в дорогу, И эта ты — уже не ты, А жизнь идет, и слава богу, Все километры долгих дней, Все киноленты судеб ваших Храните в памяти своей, А кто-то вновь ладошкой машет, И удаляется, и вновь Вам улыбается и тает... Такая странная любовь, Ей целой жизни не хватает.

Моей любимой и единственной жене посвящается Я, запивая спрайтом водку, Неровно топаю по стриту, Недалеко, однажды, Воланд Смутил посулом Маргариту. Мне всё попроще и покрепче, Боятся в гости даже черти, А тем, кто скажет: время — лечит, Не верьте, господа, не верьте. Наступит день, и в гроб. Прохлада. Сыра подушка в изголовье, Опилки. Прямиком до Ада. Любил придумывать любови.

Время инеем синим По пластинке виниловой, Из динамиков — имя, Так когда-то любимое,

Половинка луны. Половинка меня. Половинка любви. Половинка огня.

А иголка всё пилит По пластинке виниловой, И цепляет за имя, Так когда-то любимое,

Кто же это сказал, Чей-то враг, чей-то друг, Кто придумал вокзал Не для встреч, для разлук.

Время пылью шипит По пластинке виниловой, Да любовь не простит, Что забыла любимого,

И назад не придёт, Даже если внезапно Ты посмотришь вперёд, Там ненужное "завтра".

Половинка луны. Половинка меня. Половинка любви. Половинка огня.

Мне небо пало оторопью чайной И вся любовь сошла на разговор, Ну вот такой дурында неприкаянный, Емеля мелет, я сметаю сор.

Гулял с делами порознь, Проспектам мял бока, Знакомые здоровались, "Ну, здравствуй" да "пока", Какие к чёрту жалобы, Раз истина в вине,

Для телефона двушку Который век ищу... Не угостите девушку? Ведите, угощу.

Я? Уже по дороге к дому.

Там привычно впадаю в кому У экрана и монитора: Телевизор и старый комп. Слева новости, справа вести, Накатить бы так граммов двести, Только в душу не надо лезть, и, Сам залезу, купите гроб.

Не, хотя, хоронить-то рано, Я, как та ещё обезьяна: Есть граната и нет банана, Или пряника от судьбы, Буду нервничать и метаться: Счастье где-то, а мне — усраться, Или нет никакого счастья, Абы, около, без борьбы?

Все идут по дороге к лету, Собирая в кулак приметы, Жизнь, конечно, немного «Лего», Но, скорее, как «Индезид», Я к вам тут, на дороге: «Здрассте, Акварели, любови, страсти, Не возьмете мои напасти?»

Блок системный опять шумит.

Да не страшны нам темы скользкие, Недавно вспомнилися мне Мои любови комсомольские, В кустах сирени по весне! Со стороны — порвёшь животики, А я таким наивным был, Уроки первые эротики Совсем наощупь проходил.

Рысь шагов сплетается с ритмом улиц Шум шагов мешается с ритмом улиц, Я иду, весь такой, на себя любуюсь, Только дождик нарочно промочит ноги, И в итоге совсем не мёд. А ведь это: всего-то, настало лето, Пру походкой выпившего корнета, (Под рукой стрекоза из кордебалета,).. Только надо душе два по сто не это, Если три, то совсем пройдёт. Ищешь, мечешься, скачешь, а что в итоге? Врёт Глонар: "здесь направо", а нет дороги, И какое, к чёрту, дано не многим, Были, пробовали, всё муть. Мышкой шмыгнут воспоминанья, И ведут совсем уже не желанья, Нет соломки, не знал заранее, Дождик, лето, любовь чуть-чуть. А любовь — это лето, заботы, чудо, Целовать, ревновать, вместе бить посуду, А покуда вместе — тепло и томно, И причём тут какой-то дождь, Шум шагов мешается с ритмом улиц, Я иду, весь такой, на тебя любуюсь, Ну молчу, ну стесняюсь, слегка сутулюсь, А ты слов моих молча ждёшь.

Мы отдохнём, когда нас закопают, Ну а пока покоя не дают: Соседский кот и запах яблонь в мае, Рабочий день и водка "Абсолют".

Всё было: и попойки и пожары, Вся жизнь прошла как несколько минут, Хотя не вся, ведь я не очень старый, И мне пока покоя не дают

Соседский кот, назначенные встречи, Открытый взгляд и мой нескромный взгляд, Какой дурак сказал, что время лечит, От нежности в душе не найден яд.

Кто выдумал, что счастья не бывает? Хочу любви, надеюсь и боюсь. Лукавый взгляд, и снова сердце тает, Потом пусть закопают, ну и пусть.

Сорвало крышу. Тема не нова, Но в данный час до тошноты причастна К игре в слова. Уж эти мне слова, Стремящиеся к вечности напрасно. Поэты!.. Между прочим, тоже был. Вперёд, ловить Пегаса, компас в руки. А между нами улицы разлуки И нежности невыдуманной пыл. Забыл, любовь давно уже прошла По переулкам, пять минут обхода, Чтобы меня, морального урода Не встретить. Я же выгорел. Дотла. Осталось вспомнить и зарифмовать Как ты пришла, как нежничали страстно, А может, это было не напрасно? Да-да, я знаю, вёл себя ужасно, И старую скрипучую кровать Я просто выдумал для рифмы в данном месте. Допустим, мне милее два по двести, Чтоб обмануть себя на два часа. Сорвало крышу, но спасать не лезьте, Могу, в конце концов, попсиховать, Да, муки творчества, да, абсолютный бред, А что же вы хотели, я ж поэт! По рыжим листьям осени лиса Крадётся к нежности. Поймает, не поймает? Меня сам чёрт порой не понимает, А я наивно верю в чудеса.

Зря жду, когда на кончике ножа Судьба преподнесёт кусочек счастья. Мой возраст, осень, водка и ненастье: Кури да не тужи, грусти в окно. Желание природой нам дано, Чтоб полной ложкой хапнуть в одночасье, А уж потом пусть плющит и колбасит, И можно за границу рубежа. * Неправильный подход? Да, автор врёт. Когда не врёт, то всё равно лукавит. Потом, конечно, многое поправит, Но смысл будет далеко не тот. * Джульетты? Были, как зовут, не помню. Их нравственность меня с ума свела. Когда соприкасаются тела И тени смело шторят стены комнат, Но: невтерпёж и замуж? Я сбегал. Ну, не всегда, ну, ворошить не стоит, У всех дела, заботы и тела Которые лелеять нужно нежно. (Где рифма побанальнее?) Небрежно Дарил подружке чувственный оскал, И уходил, такие вот дела. Флиртуем, спутав: где любовь, где страсть, Зажав в уме заветные желанья… * Есть я, есть осень, есть воспоминанья, Мы все не постелили, где упасть. * Что-то не так, и карма не роздана? Щас пройдут с освежителем воздуха, Пять минут, и не будет запаха. * Жили эхово, сдохли ахово.

Осколки случайных фраз, Обмылки ненужных слов, Обломками битых ваз Венчается нелюбовь.

Да что там потом, все с опытом, Зачем навзрыд говорить, Для нашей любви хватит шепота, Всё сбудется, может быть..

Хотел махнуть сто грамм — не пьётся, Валяю Ваньку — не даётся, Боярыня, благослови Для жизни, счастья, и любви! А кто уж с кем, не уточняю, И двери попой открываю )

Осень — просто осень, ну подумаешь, пришла, Ну бывает, холодно и грустно, Жизнь-то не кончается, не стороной прошла, Зацепила, чтоб ей было пусто. И любови были, увлечения за так, И судьба пинала, было больно, Я катался колобком, не умный, не дурак, Мне казалось: главное, что вольный. Знаю, если осень, то пора подбить итог, Только это очень-очень лично: Ошибался, куролесил и шутил, как мог, Скоро Новый год, и всё отлично.

Окна плотно затянуты инеем, Сердце в герцах от глупой любви.

Новый год — святое дело, Врать и верить надоело

* Прошло ласкательное лето, Опять мороз под тридцать пять, Ищу тепло, иду нырять В ил, то-есть в омут интернета: Там, на неведомых лужайках, Следы невиданных друзей, На фотке попа, подпись "Зайка", И приглашение в музей. Кого не знал, того не жалко, Кому-то нагрубил, (любя), Скучает на ветвях русалка, (Не надо строить из себя). Кто был дебилом, стал поэтом, Бывает, что наоборот, Про всё, тем более "про это", Админ не выдаст, Гугл найдёт. Но, время к празднику. Смеркалось. Хвоста русалка застеснялась, Слёз не было, в подол сморкалась, И по-рыбацки изъяснялась, Но, нынче праздник, "Новый год", И надо всё наоборот. * А я не грустней груздя, который на вилку влип, Кто скажет, что так нельзя, послушайте рюмки всхлип. * Здрасьте, Дедушка Мороз, Ноги вытирайте, Знаю, знаю, красный нос, Ну и отдыхайте, Вот огурчик, вот стакан, Пиво, водка, виски? Утро серое. Туман. Счастье по английски.

Ни слова про любовь:

Зачем вы так благоговейно Над жаркой чашечкой глинтвейна? От виски, водки и портвейна Один и тот же перегар. Для блеска глаз и от простуды, Нет-нет, я укорять не буду, И утром вымою посуду, Я мавр. Увы, четвёртый, а не третий, Среди цветов и междометий Меня не сложно не заметить, Статист. Шучу, смотрю и понимаю, Неловко душу пропиваю, Зачем живу, и сам не знаю. На бис?

Похмелье, кофе, на работу, Нет, мы не люди, бегемоты.

Любовь в халатике из ситца, Я верю, счастье ей приснится

Может это и не стихи, мысли.

А весна, пошла бы на, не согреет, И Судьба ехидно вниз батареет, Звёздно, поздно про любовь, Суть да тело, Отпущу твою судьбу, прогорело. * Быть ласковым мне радостно, Быть верным — поводок. Меня глухие граждане Читают между строк. Полуслепые совести, Мне жаль их, так следить, Во всех грехах и повестях Покаюсь, так и быть, Про сны, про лето на снегу… А про романы — ни гу-гу. * Откуда я помню, взялось и взялось, Откуда у хлопца испанская злость, Откуда у парня нерусская страсть, Что рифмы, продумайте смысл слова «пасть» * Я сижу на декабре, Снег листаю во дворе, Мне какая разница, Жизнь — сплошная … Пятница. А не думайте плохое, Ум кипит, душа в запое, То, чего не может быть, Однозначно победит. *пародия: Ты, не могу смотреть в глаза, Ты, что не слово, то слеза, Ты, ясность глаз и колкость рук, Ты, из рекламы: что, а вдруг? * Я любови свои помню, И в надежды свои верю, К чёрту тени теней комнат, Думай. Я? Как-то так, за дверью.

А весна пошла бы на, не согреет, Хоть спиной, хоть чем другим к батарее, Звёздно, поздно про любовь, Суть да тело, Отпущу свою судьбу, прогорело. ё* Быть ласковым — нерадостно, Быть верным — поводок. Меня глухие граждане Читают между строк. Полуслепые совести, Мне жаль их так следить, Во всех грехах, для повести, Признаюсь, так и быть. ж* Есть одна мечта, та, что искренне, Жаль, она судьба не моя, Смотрят в небо правды да истины, У меня забот до ...

Что любовь, какая-то мутация, Века два, и вымирает нация. * Чего не буду? Бить в гостях посуду. * Я не серо-бурый, не чалый, Неудачливый конь в пальто. Рифмы: Можем начать сначала, Было лето, и всё не то. Про любовь мне втирать не надо, Тело, и много брызг. Я видел ворота ада, Весело, зашибись.

А ради чего мне сражаться, скажите, мой Сир? Любовь, как улыбка, мелькнёт, и её не поймать. Мне очень хотелось бы перед повешеньем знать: Кому подчиняется этот придурчивый мир?

Рябиновый иней, нет места стихам от простуды, И в горле першит, и шагается с жизнью не в такт… Дурак я, дурак, мне мерещится¨сколько я буду? А всё остальное придумаем, если немного не в такт. А яблони будут цвести, наши яблоки, вместо мелодий, Им, яблокам, падать, и кто их заставит всё знать.. Мы просто проснулись среди всепонятливых улиц. Любовь? Ты иди, а я так себе, буду ходить погулять.

Твои руки нежнее травы, Твои губы вкуснее рассвета. Весь в осколках уставшего лета Я лежу, не поднять головы. Ты летаешь на отсветы снов, И никто над тобою не властен Между призраков прошлого счастья... Это поиски смысла "любовь". Спрячет прошлое злюка метель, Да, гуляли, намёками, снами, Жаль, не капля я, ты мне не камень, Но когда-нибудь будет апрель.

Темнеет рано, а светлеет поздно, Зима, метель и водка на столе, Такое чувство, что на сдачу роздан, Но хорошо слегка навеселе.

Я вам совру: хожу не по ножу, И в личной жизни всё всегда отлично, На грабли наступать уже привычно, Про счастье и любовь пишите в личку, Отвечу, может быть, для куражу.

Зима, метель, знакомо, где-то было, Зима, но нежность! Нежность, но зима. Всем тем, кто сходит от любви с ума, Пусть хватит сохранить на это силы.

А счастье, это бантик для кота, Игра надежд, и часто без одежды, Но мы не раскрываем то, что между, Любуемся природой. Красота!

Морали нет. Колите на цитаты. Ни я, ни ты, ни мы невиноваты Количеством и качеством «Нельзя». Хотелось пешке юркнуть до ферзя, А не успел. А может и не зря.

Я от сумы ничуть не зарекался, Пока живу, живу, как я хочу. И не в любви, в сочувствии признался, В созвучии признался. Помолчу. Меня ты помнишь? Я в быту несносен, Жгёт утром горло жуткий перегар, А в комнате звук искренних гитар, А за окном несбывшаяся осень. Что, всё прошло? Согласен, но не верю. Заметили? Ни слова про кровать. Стою, боюсь нажать звонок. За дверью Застыла ты, боишься открывать.

Стихи? Рифмую по теченью. Здоровье? Печень в решето. Любовь? Бывали увлеченья, Что страсть, что нежность, всё не то. Рисунок: рюмка, огуречек, Был, да и вышел человечек.

Не пачкайтесь вдоль дороги, Там муть и немного жаль, Оххонюшка криворогий Да на разворот печаль. Налево сподручней очень, Удобно, как во взгляд глядеть, Кому никакая осень, Кому не по теме смерть, Давайте продолжим блажить, Свалите, все, кому вновь, А я подарю каждому Любовь!

Змий зелёный, мой слушатель грустных стихов, Мысли искренне бродят по кругу, Побуяню чуток, сочиню про любовь, Предпоследний аккорд про разлуку.

Ну дойдёт же до вас, то, что здесь — это там,

Свой последний аккорд посвящу дуракам, Строчкам — нежности, глупостям — вечер,

Мысли по локоть в слякоти, И на душе г... темно, Дамы, в подол не плакать, Цирк уезжает, но * Желания прут на запах: Несбывшееся жевать. Бывали все в зоопарках? Попробую описать: Спешите увидеть, граждане, Гражданки, вам скидка есть; Вот совести непродажные, Обида лезет на шест, Всегда на арене глупость, Бессменно коза-любовь, Есть жадность на вашу тупость, Жуёт, как стадо коров. Надежду не надо лапать, Вот злость можно чуть позлить. Куда же ты в нежность, лапоть, Баранками соблазнить?.. * В анализах обнаружится С рифмами лёгкий флирт. Пусть критик от злости тужится: "Где зоопарк, где цирк?!", Снег принесли синицы, А мне пора на вокзал. Задумчивые страницы, Записывал? Написал?

Такая моя планида, Придумывать куражи. Улыбка, она для вида. Понравилось? Флаг держи.

Ты мне наговорила, я смолчал. Прошла любовь, начало всех начал, Пылал кораблик юности бумажный, И капитан, неловкий, но отважный, Искал стихам придуманный причал. А в юности кузнечик был зелёный.

Когда потащат к чёрному костру, Дай Бог мне вспомнить все мои любови, И губы, что целованы до крови, Всё остальное попросту сотру, Там подмигнёт мне, ёрничая, чёрт, Мой ангел улетит, слезу стирая, Да, жизнь была совсем не первый сорт, Но жизнь была. Зачем мне кущи рая?.

Когда мой голос, внутренний, конечно, Вдруг возвопил как тысяча котов, Я понял, что к финалу не готов, Мне б водочки сто грамм и огуречек. А если вам приспичит позвонить, Автоответчик бодро выдаст фразу: Ушёл в туман, пивасика купить, И от себя добавит: вот зараза.

Когда чужие лица крутят пьесы, Когда вокруг и ангелы и бесы, И от могилы затекут бока, Я попрошу: налейте молока.