Глупое завещание
Минус тридцать пять, деревья в инее, Красотища, примерзает взгляд, Мчатся люди, красные и синие, Синих больше, значит победят!
Первый лёд будет помниться, как никогда, Первый мёд позабылся с рассветом. Это строчки, которые есть навсегда. Ради них я родился поэтом. Да, потом будут всхлюпы про жизнь и судьбу, я родился, и жил, мог и выжил. Всех, кто в счастье не верил, я видел в гробу. А которых не видел, на лыжах. Но пойми, поцелуй, это больше, чем чмок, Были, верили в счастье, итог?
Другие списки8 строк только в части списков
Вещь сохранилась в 2 списках, и они расходятся: другая редакция. Сверху — как в одних списках, снизу — как в других. Какой из них позднее, архив не говорит, поэтому ни один здесь не назван черновиком.
Есть только в части списков
Быть собой, и не спиться, достаточно сложно. Между песен чужих прохожу осторожно, Голой пяткой: где тина, где край, Ты, душа моя, не умирай!, Я ужом не хочу и занудой не буду, Ну, давай заплачу, но давай бить посуду, Чтобы вдребезги! Ты не пришла. Легче с кем-то? Другая зола?