Там, далеко, не имеет значения где, Двое бродили, подставив под звезды ладони, Им повезло, им досталось по яркой звезде, В синем тумане, где бродят усталые кони.

Знаю, на завтра в тумане не видно следа, Где они нынче, по всякому в жизни бывает, Да и звезда, только тем, кто поверил, звезда, Так, уголек от костра, да и тот догорает.

Было давно, так давно, что не вспомнить лица, Двое бродили, и звезды им путь освещали, Только дорога и небо и ночь без конца, Только дорога, и ночь, и немного печали.

Где бы водки взять да коня украсть, Под весёлый свист прокатиться всласть, Чтобы бубенцы звоном до зари, Чтобы знать: на руках нынче козыри...

Но в который раз оборвал струну, Водка кончилась, всё ни тпру, ни ну, И костёр горит, только жара нет, А душа опять прёт на красный свет,

То ли спать пора, то ли вешаться. Снова звон топора стал мерещиться, На чужую дверь точат ножики, Не в цене теперь мы, острожники...

Хоть бы ты подошла, душу вынула, Отряхнула пыль, чисто вымыла, Только эта масть не моя опять, Не коня украсть, хоть бы водки взять.

Собака лает, ветер носит, заведено из века в век, О чем? Никто ее не спросит. Собака тоже человек...

Дремлет комп, мурлычет кот, или всё наоборот, Мышка бегает по ссылкам, виртуальности несёт. Виртуальные друзья, виртуальная семья, Кто сейчас стучит по клаве — я, а может и не я?

Потягуши у кота, он мурлычет: маята, комп не будет лопать вискас, разве это не черта? Может, хватит заливать, в непонятностях витать, Отпустил бы лучше к кошке из квартиры номер пять...

Душе доступны все услады рая, Неведомы ни боль, ни страх, ни ты, Как радостно парить, не умирая, И слушать, как растут вокруг цветы. Ложиться тенью, зеленеть над лугом, Не нужен хлеб и не построен дом, Пройти который раз привычным кругом, И видеть необычное кругом. Наивность сохранит от огорчений, Незнание теплей ночной воды...

Но... Разрывая рой ограничений Рву воровски запретные плоды, И! Рвется власть души над грешным телом. Слепой полёт в колодец голубой. Скрутило рот лимоном недозрелым Познание, открытое судьбой. Не откровенье — оторопь. Понятна Змеиность слов и бессловесность змей. Всё свет и тень. На солнце вижу пятна. Блаженна нежность? Ненависть хмельней! Угарна ревность, жадность одиночки, Пожар порывов, горечь передряг... Нет рая, ад! Ад мной испит до точки, Девятый круг хронически набряк.

Но... Нежность. Ночь. Луна. Усталость тела. Влюблённость глаз и неподвижность рук. Звезда летела — падала — звенела... И это всё в тебе, последний круг. Теплом дыханья, трепетом тревоги Себя с тобой соединив навек, Живу. Дышу. И не ищу дороги. И это всё. Всего-то. Человек.

Я не ёжик, хоть и пьяный, Я красавчик хоть куда, Если был бы обезьяной, Вот была бы лабуда! Мне б не надо было денег, Я б не знал, что есть душа, А сейчас торчу, как веник, Перегарами дыша.

Впрочем, всё не так уж сложно, Жил Максим, и хрен же с ним...

Улетаю, осторожно Превращаясь в серый дым. Хоть немного — полетаю, С летним ветром подружу, Вы дождитесь, обещаю: Всё, что видел, расскажу. Про любовь и про картошку, Как ромашка пьёт росу, И как встретил бабку Ёжку С бородавкой на носу.

Всё только начинается, в руках у вас диплом, Запомнится надолго эта дата, Сегодня соберётесь вы за праздничным столом, Завидую вам искренне, ребята!

На Институтской улице, где яблони цветут, Прошло пять лет, и это время свято, Вы навсегда запомните ваш первый институт, Экзамены, зачёты, рефераты.

Отец ваш Юрий Павлович и Филимоныч зверь, Смешно, но грустно с этим расставаться, Не раз ещё всё вспомните, но позже, не теперь, Так не забудьте им в любви признаться.

Недели долго тянутся, а годы так летят, Всё будет, и удачи и утраты, В очередной раз встретитесь лет через пятьдесят, И скажете "мы славные ребята!"

Все мечтают о принце на белом коне, Где же взять столько белых коней? И скучают принцессы в гранёном окне, Среди серых дождливых дней...

А любовь — она здесь, а любовь — она вот, И не надо далёко ходить... Но колотит плотник кривой эшафот Для того, кто хотел любить.

Лопухами, без дорожек, Пробирался пьяный ёжик. Что ж ему бухнуть нельзя? Есть у ёжика друзья: Медвежонок да волчонок, Что шпана шпаной с пелёнок, Вечеринка удалась, Даже мышка напилась.

Я лежу среди поляны В состоянии нирваны, Глажу ёжика рукой, Сам такой же, никакой...

Я сегодня с лёгким понтом Погулять решил под зонтом, Знаю, надо под зонтом, Но оставлю на потом. Состояние качанья — Это вам не кое-что, Заглянуть хотел к нирване, А навстречу конь в пальто. По дороге, не спеша, Крыша, шифером шурша, И чего она рванула, Денег нету ни гроша. Это бред или шиза? Намечается гроза, Спит косой на мягкой клумбе, Значит, поднял рюмку за... Гуси, белый да рябой, Не согласны на убой, Вот и спрятались в канавке, И оттуда ни ногой. Я по краешку хожу, С головою не дружу, Очень трудно в этих байках Жить нетрезвому ежу.

Опять с надеждой визави Гоняю мышку по экрану, В душе залечивая раны От не случившейся любви.

Нет, я не тот, простите, я не тот Кто сможет Вас и холить и лелеять, Такой вот никакой вот обормот Умеющий сомнения посеять. Ленив как кот, да вовсе не Баюн, Хотя могу цеплять за словом слово, И пролети хоть триста местных лун Я буду любоваться ими снова. Наверное, мне проще созерцать, А что потом, могу ли это знать я? Но боже ж мой, прекрасна Ваша стать И в платье, и тем более без платья!

В байках всё прекрасно, в жизни пресно. Вроде можно счастья попытать, Но кому, скажите, интересно Столько дней на волке проскакать?

Прёт от леших мерзким перегаром, Промолчу, чем пахнет водяной, Да и та Яга уж не задаром Вам клубочек выдаст заводной.

А ещё кикиморы в болоте, Комары, отсутствие харчей, На сюжетном глупом повороте Ждёт настырный старенький Кощей.

Порубил сундук, сломал иголку, Меч-то — кладенец, и все дела, Выдал долю загнанному волку, Тут Горыныч палит всё дотла.

Три башки, а ум как у младенца, Ну нельзя зверушку забижать, И пришлось мне мокрым полотенцем Пасть его тупую завязать.

Ни в каком кошмаре не приснится, Это ж, сколько времени и сил, И сдалась мне эта Василиса, Лучше бы с Алёнушкой дружил.

Здравствуй рыжая знакомая осень, Как делишки, не тая расскажи, Ну давай с тобой по листику бросим, Пусть их ветер по двору покружит.

Видно выпала забавная фишка, Мы сегодня повстречались не зря, Между лужами ты скачешь вприпрыжку По дорожкам моего сентября.

Кто придумал вдруг, что ты золотая, Это в небе тополя так желты, Пёстрых листьев перелётная стая, Пёстрых судеб исполнение мечты.

На диване — ты с гитарой Сочиняешь про меня: Он и глупый, он и старый, И с талантом не родня. У него не мысли, мыши, Появились — и бежать, Хоть убейся, не услышит, Что хочу ему сказать. Просто всё, как три аккорда, Что тут скажешь, ну и ну! За окном сугробов морды Грустно смотрят на луну...

Мы всё придумали. Нам тесно в этом мире, И хочется немного полетать... Наивно, но не стыдно показать... (Всё глупости, бери проблему шире.) Мы всё придумали. Что, возраста синдром? Слова, которые так мало значат, И сердце, что как заяц в поле скачет, И мысли, что уж вовсе не о том? Мы всё придумали? Да ладно завирать. Слова — пустое, руки честно скажут, И не стесняясь, бантики отвяжут, Чтобы душа сумела полетать...

Мы в разных измерениях живём. Нет острова, чтобы забыть заботы. Неделя — от субботы до субботы Невыносимым тянется шитьём. Ах, дедушка, стихи тебе зачем? Не поздновато бес в ребро ударил? Затеяли играть игру без правил, Как будто нет порядочнее тем. Нет. Чёрта с два. Я выплесну слова: Хочу, люблю, от нежности сгораю, Взлетаю в небо, таю, умираю, И как сейчас кружится голова... Ох... Хватит душу рвущих в клочья слов. Ты, умница, облей холодным душем, Вдруг стану дрессированным, послушным? На задних лапках? Я почти готов. Но нужен ли тебе беспутный пёс, Которому плевать, какая шкура, Который в небе скачет, как придурок, Стихи читает, не скрывая слёз...

С каждым днём — поводок короче, С каждым годом — заборы выше...

Ошейники — мы сами надеваем, И подаём покорно поводки, И с этих пор не думаем о рае, Нам нужно лишь тепло родной руки.

Как хочется до одури влюбиться, Дарить себя, от нежности пьянеть... Опять глагол, ну, что там: ошибиться, Обидеться, расстаться, пожалеть.

Как мы похожи на собак. Но всё же Пойди, луна, лицо своё умой, Свобода ошибаться — мне дороже! Не привязать меня, хоть день, да мой!

Я перепрыгну через злую скуку, Я Что? Барбос? Тогда не вешать нос! Пожму с трудом протянутую руку, И губы в губы, до крови, в засос...

Нет, мы не оторвёмся, вышел срок Когда душа была светла и свята, Когда не волновала нас расплата, Забор высок и крепок поводок.

Что, подкопать? Пролезть и воровать? Вот был бы псом, всё было бы иначе. А нынче солнце с крыш сосулькой плачет, Припомнились ненужные удачи, Давай по сто, и скажем "наплевать".

И будем жить. И будем не любить. Не будем вспоминать, что не досталось. Твой трепет? Он прошёл. Такая малость. Что, не со мною сонная усталость? Так обрывай запутанную нить!

Прости. Я не хотел так говорить. Прости! Ну хочешь, встану на колени? Ах как тонка связующая нить, А там где свет, всегда найдутся тени. Прости. Как глупый чайник закипел. Лишь после смог понять, и смог увидеть. Ну как я мог такое, как посмел Тебя, такую нежную, обидеть. Я провожу тебя, издалека, И псом бездомным лягу у порога. Не вычеркнуть твоё "к руке рука", А ты моя! Такая! Недотрога...

Рассказал за пол бутылки Мне сосед, заклятый друг: Мастера чесать затылки Доктора крутых наук,

Где ракеты — там богато, Там киты, кого ловить, Но не сеяно, не жато Что собрались есть и пить.

До чего дошла наука, Враз ответит на вопрос: Почему ползёт гадюка, Для чего собаке хвост.

Мы не лапти, мы поспорим, Отвечайте не таясь: Где растёт ядрёный корень, Как цветёт ядрёна Ясь?

Который день удачи нет в делах, Пою никак, не попадаю в ноты, Запутываюсь в струнах и словах, Всё суета да глупые заботы.

Лукавый бес, как не пыхтел, не спас, Но чтобы я в запой, так это враки, И не смотрите, что смотрю сейчас Глазами потерявшейся собаки.

Хочу, могу и буду просто жить, Настанет судный день, за всё отвечу. Но вот узнать, поверить, полюбить... А, как там говорят? Ещё не вечер.

В старом домике сонный покой, В деревеньке собаки не лают, Гриф привычно мозолю рукой Да прошедшие дни вспоминаю.

Вот и май на дворе, Звёзды в старом ведре, А вокруг ни души, Только мышка шуршит.

Не идут на аккорды слова И гитара не строит немного, И в печурке сгорели дрова, И калачиком ночь у порога.

Мне бы дверь на крючок Да тебя под бочёк, А вокруг ни души, Только мышка шуршит.

Всё пройдёт, заметёт, улетит, Тает прошлое в вечном движении, Только зеркала память хранит Нашей нежности робкие тени.

Снег черёмух в окно, Без тебя — всё равно, На душе — ни души, Только мышка шуршит.

По телику-то голые красотки, То лысые до блеска мудрецы, А на столе почти бутылка водки, И в банке трёхлитровой огурцы.

Шлея под хвост попала, день восьмой Я пью как лошадь, вёдрами, всё мало, Всех разогнал, не бил, ни боже мой, Я ж избегаю бытовых скандалов.

По телику-то лысые красотки, То голые до блеска мудрецы, А на столе опять бутылка водки, Плевать, что задубели огурцы.

Какой там год недели, или день? Кот — сволочь, сделал лужу у порога, А на душе такая дребедень, Наверно поскандалю хоть немного.

Чего мне телевизор бормотал? Добавил двести, прямо без закуски, Последний огурец коту отдал, Обидеть живность — это не по русски.

С балкона телик, Мерседес — дебил, Запарковался, гад, на тротуаре, Да я б и холодильник запустил, Когда б он был, пока душа в ударе…

утром:

На синяки — компресс — остатки водки, Кот с голодухи слопал огурец, Нет телика, и где теперь красотки, И что мне не успел сказать мудрец…

Ты кто сегодня, мышка или кошка? Ах, маленькая, разве этим жить, Что б ни было, но лев и козерожка, Которые придумали любить...

Ещё, о клятвах: "не хочу давать", "любую дам, но только вот не эту"? ворованные яблоки поэту гораздо слаще, стоит продолжать?

Кто раз любил, захочет продолженья. Кто разлюбил, надумает опять: Летать, желать, стремиться, ревновать, И целоваться до изнеможенья.

Загадывать на завтра — это слишком, Врёт гороскоп, умён он и хитёр. Нет, ты не кошка. И давно не мышка. Калейдоскопа крутится узор.

Всё чаще виртуально мы знакомимся, Случайное стечение причин, Недавно написала мне охотница, Охотница на уток и мужчин.

Мол, дайвингом по жизни увлекается, Оклад ништяк, хоть хочется вдвойне... Так что ж тебе ещё тогда, красавица, Какого прынца, на каком коне?

Да вот мол, чад воспитывать не просто, А муж за просто так ушёл, дурак, И дальше всё такое, как по ГОСТу, И без намёков на законный брак.

Уже хотел погладить по головушке, К себе прижать, глядишь и песня вся, Но испугался, что меня, соловушку, Подстрелит из двустволки, как гуся.

Ну вот, такое странное стечение, Раз испугался, значит не рискуй, Ох, это виртуальное общение, Застрял я в нём по самый "не балуй"...

Я зайцем еду в поезде твоём, Прошло немало дней, а мне всё мало. Настырная мораль зудеть устала — Ругаемся, надеемся. Живём? В банальном миксе тем, ночей и нот, Мы кружимся с тобою в бальном танце: — Ах, солнышко, твои протуберанцы… — Ах, заинька, какой ты идиот… Базар, вокзал. С годами всё смешней. В одном вагоне: зайцы, люди, волки, Бессонницей шуршат на верхней полке, А ты, как прежде, нежного нежней...

Жарким летом на полянке Зажевал кусок поганки, Ноу комент, что потом. Обменяюсь опытом.

Закатил два колеса, И не зацепило. Только в лес, как колбаса, Уползла мобила.

Я курю да чушь несу, Эхо ухнуло в лесу, Я хи-хи, оно ха-ха, Значит, травка не плоха.

Возле речки на лугу Три коровы спят в стогу, Вот же окаянное Счастье конопляное.

Скачут козлами между машинами Серые люди, маски мышиные, Удача — дача, там урожай, Деньги кончились, хоть рожай, Рай? Это там, это вовсе не вам, Вы повзрослели, вам не до драм, Дети, внуки, отвисшие руки От пакетов, покупок, харчей, Муки творчества? Что за штуки? Это, видимо, для бичей? Над Москвой однозначно смог, Над Тюменью опять течёт. Дал же бог, что поднять не смог, Дал же чёрт отвечать зачёт...

Но если убежать от суеты В тот уголок, где только я и ты, Где нежности прилив ласкает душу, Я снова повторю, а ты послушай: Люблю. Люблю! Что? Нет банальней тем? Ах, критики, пошли вы нынче, право, Не тема здесь, а сладкая отрава, А вы-то, сами? Да, а вам зачем...

Баю баюшки-баю, Про кикимору спою, Девушку болотную, Глупую животную: Ей весною маята От пустого живота, Молодцы прохожие Очень толстокожие, Ой… Надо внучке засыпать, Снами щёчки щекотать, Подрастёшь и тихою Станешь лешачихою. У берёзы у куста Тропки путать — суета, Прынца тебе выловим, Замуж тебя выдадим, Ой… В гости совы прилетят, Принесут вам лешачат, Придёт старенький медведь, Будет деткам песни петь. Дремлет серенький волчок, Поролоновый бочёк, Спят игрушки до утра, И тебе давно пора, Тссс…

Шаро, Таро, зодиак... Овен придёт, или рак? Да кто бы ни был — козёл. Пришёл, нагадил, ушёл. И что потом, надо знать? А тянет. Тянет в кровать.

ну никуда без бармена Уныние — вообще оно, его я выброшу в окно, хандра — мура, сложнее лажа, не облажаться бы, кто скажет: вот это да, вот это нет, здесь ты сапожник, здесь поэт... (Сам у себя — не плагиат.) А я обманываться рад, Я верю в нежность, ласку, смело Дарю себя. При чём здесь тело, Когда звенит строкой душа! Наивность? Как ты хороша! Удачу в санки посадив, Себя конём вообразив... (Прости, великий, пару строк, Но лыко в строку, видит бог). Что, конь в пальто? Да ну вас, право, Рифмовок сладкая отрава Ведёт туда, где белый лист Как первый вдох, где воздух чист, Где робко рук прикосновенье... Где я — творец! Замри, мгновенье! Додумай, или додыши То, что на донышке души... Что? Плагиатор? Графоман? Да ну вас всех. Бармен, стакан!

От скуки две взрослые кошки Условившись, что понарошку, По дому двух мышек гоняли, Как бантиком в детстве, играли.

А мышки метались, потели, Стать кошками очень хотели, Молили мышиного бога: Ну дай нам силёнок немного!

Что дальше? Придумайте сами, Тут многие, знаю, с усами, Из мышки пытаются в кошку… Но это всё так, понарошку.

Стылый август. Прохлада, не ад. Душу сушит отсутствие смысла. Волку — водки. Вино — виноград. Равновесие = коромысло. Но! За битого — Двух "битюгов". Позабытого кто позабавит? Батраку надают батогов. Баламут балом искренне правит. Всё всем ясно, Катран не шалман. Как катрены колбасят каталу! Восхищение! Браво! Шарман! Две шестёрки = генералу.

Ипо так ипо, попотам гипо, Склепы — нелепо, в наше-то время, Глупо шагая в ногу со всеми: Ну да ваще паццталом типа...

Этот поезд слишком скорый для меня. Всё вы видите, с талантом не родня. А я помню, говорила бабка мне... Ну уж бабку-то я знаю, Шагане!

Чтобы зря не изнашивать стены, Для прохода придумали двери. На котлеты прокручены звери. Для вампиров — талоны на вены.

Но это — детали, А прочие стали Выглядывать в дали Пугаясь огня. Время циклично. Ты не цинична. Стелешь привычно Степь для меня.

Во поле ли чистом запутались смыслом, Судьба коромыслом на плечи легла, Дорог не нарушу, дала, так не душу, Зачем да чего да насколько тут зла?

Я кошка. Я бреду. Прохожим на беду. От папы масть, непостоянство мамы. Плюётесь. Боже мой, какие драмы! А мне сейчас важней найти еду. Я чёрная. Я зимняя. Душа Непонята. За шкурой ни гроша. Мышь, мышечка, мышулечка, мыша! Ну жрать охота, Вам бы — эпиграммы...

У коровы в глазах бездна неба, Она снова жевала травку. Будут веселы дети очень. * заглядевшись в рассветы вишни Я стал неприлично пахнуть. Невоспитанная собака. * По утрам холодной водою Обливаться — полезно очень. Фервекс приятно лимонен. * Все ищут мягкое место Не думая оглянуться. Сова — мудрейшая птица. * Прекрасна стезя самурая До самого харакири. А Просто, зараза, русский. * продолжать бесконечно — можно, провожать бесконечно — скучно. Две белых гвоздики — прекрасны...

Поздравлять блядей, Посреди идей Поскользнуться в луже. Кому ты нужен? Им, замужним, Потанцевать, Выпить, пофлиртовать... Эмоции рвут штанины? Малчег, ты — Буратино! Искреннее — интимно. Здесь — есть корпоратив. Нужен презерватив? Будь, и домой, К той, которой Ты не дарил цветы. Свинья, и всё-таки ты. Она живёт твоим запахом, Думает твоим голосом. Верит в светлые полосы, Любит, наверно, дура. Вечная Кама сутра Сознания и рассудка.

Я не чёрт и не ангел, я не прав и не лев, Неваляшка, не Ванька, не змея да не лев, Я люблю как умею, я дышу как дают, Я несу ахинею в непотребный уют. Шторы замерли в ужас, небо снегом темно,

Моя любовь как свечка на костре, Наивных чувств пожар задуть ты можешь, Но всё сильнее ты меня тревожишь Гулянием с собакой во дворе.

Собаке легче, у неё любовь Проста как куст, который метит часто, Когда увижу, закипает кровь Твой профиль что анфас родит любовь.

Я не поэт, но жду что ты войдёшь Ко мне, наивному, подаришь свою ласку Собаке, в миску супа я налью, И мы с тобой сольёмся без прикрасу...

Я не по чину нынче заскандалил, Я на корню карьеру зарубил, Сказал что хвалят только «трали-вали», И хлопнул дверью, сколько было сил.

Писать попсу мне не хватает тяму, Картавый критик, пробуя кефир, Сказал: фигня, отпгавтье это в яму, И я ушёл, и выбросил в сортир.

Захлёбываясь в приторности быта Запил всем злопыхателям назло, Нетрезво сеял рифмы через сито, А вдохновенье так и не пришло.

Замученные с детства три аккорда Задумчиво терзал по вечерам, Сидел на табуреточке нетвёрдо, На кухоньке, свидетельнице драм…

Нагрянет май соблазнами сирени, Бессонница пойдёт встречать зарю, Пегас — козёл, нет музы, я не гений, Но я свою нетленку — сотворю!

А-б * А снег ничуть не холоднее, чем лёд. А грусть пройдёт между было и мне приснилось. А левый тапок больше, чем правый, жмёт. А, просто вспомнил, забыл, и опять случилось. Бегут по проводам-годам города, Балдеют мыши, что их не поймали кошки, Блажат сокурсники, вспомнив портвейн "Агдам". Блядь, можно я поживу, ну чуть-чуть, немножко?

Продолжение Мерлезорского балета

Все понимают, что не доживу до ста, Вонь поднимают, а чувство понять — не катит, Выдра выхухоли, выдумали, сестра, Вечно так, я к поэзии просто катет. Грач в гнезде, им на юг улетать пора, Грусть в узде, но пока не настало срока Гнусь да выгнусь с отметиной топора, Голосистый, задиристый, как сорока.

День как ночь, если нечего дню надеть, Дон не выдаст, лампасы пришил, и фиглость? Да неуж мечты изойдут на нет Деревянными пулями, мимо виска, на вырост. Если Ева была, так и Змей искуситель жив, Ежли грех случился, так что уж так горько плакать, Ерундой в голове с похмелия позитив: Еремеевской девке, гляди ко, нашёлся хахаль.

Жизнь железом по темечку, я привык, Жесть, конечно, но не разводить же слякоть, Жаль что мысли с рельсами стук не в стык, Жало в жопе, и как бедной пчёлке какать?

За зимой, как обычно, придёт весна, Залюбуется цветом черёмух белых, Зайка с нежностью, только идёт всё на, Задумчиво, очумело...

Индикатором инея лёд в руке. Или я или нет, мне шипы, вам розы. Извините, просто крупнее нет, Иллюзорно, глупо, но небо в звёздах.

Конь по краю, но дата — лишь календарь, Ковырять в душе — да к чертям собачьим, Колокольня рядышком, лишь ударь, Кошка чёрная, значит вперёд, к удаче!

Л-М в добавку.

Лжи в любви не бывает, бывает блуд, Ляжешь с принцем, принцессой, увы, не станешь. Ласки-нежности утром так плечи трут, Лабутены? Чем ты себя обманешь?

Маята у кота блох ловить с хвоста. Мята мается над заговорным зельем. Мерный маятник хочет пробить до ста, Меня не трогайте, я с похмелья.

Н-О Ночь накосячила: мысли прокисли, Некто незлобно шуршит камышам: Не от наивности падают листья, Но не стесняйтесь припудренных дам.

Осень — понятно, всем ёжики в зад. Очень. Опять. Все фантазии детства, От напридуманного королевства Осликом серым везут в детский сад. П -Р Помните: "попа полна огурцов"? Память туманят загадки из детства, Принцу — принцессу и пол королевства, Пришлому память великих отцов.

Рыкнуть? Да кто мою рыкность поймёт. Рыть и рыдать? Да кому это в тему. Радость любви, расставания лёд, Рвётся сложиться в "прощай" теорему. С-Т-* Сон не приснится, пока не заснёшь. Серое небо и осень как плесень. Стоит лишь мысли мечтами завесить, Снова в секундах которого ждёшь.

Тварь тишина растворяет до дна, Тихо, товарищи, духом воспрянем, Ты не жена мне? Почти не жена, Только давай всё пройдёт и помянем.

Интермеццо. * Волк выл так долго, что выковырял звезду. Кубарем падала, клетку кота задела. Часто мне блазнится близость души и тела. Кот убежал, нет звезды, может, после их заведу. * Как целовались на выпускном, взасос, Ширина проспекта не шире комнат, Я цветы с соседних клумб преподнёс, Ты сказала адрес, жаль, не запомнил. * Жизнь бежала: будто бы от собак, Память прёт и прёт, покаянья просит, Понимаю, многое шил не так, Понимаете, что ещё не осень. * У-Ф

Утром, с похмелья, ну, знаете сами, Утки походка но мысли как сани, Утюшки-путюшки, гусю не в пасть, Ум был вчера, умудриться б не пасть. Фифа сморкалась в платочек укромно, Флаг, засмущавшись, пореял негромко, ,

У меня, у меня в огороде ни хреня, Рифмоплётство — ремесло, что садил, то выросло.

У меня сегодня вторник, У тебя уже среда, Ты смеёшься: вот негодник! Я в постскриптум: навсегда. Вдруг негодник будет годен, Неназойлив и лукав, Мы в который раз проходим Про правописанье прав. Падать в небо проще с крыши, Ты боишься высоты? Мыши? А при чём здесь мыши, Если души вы-мы-ты... Я под банный лист подстрижен, Кровь любовь, и все дела, Любишь? Очень. Ненавижу. Не просил. И не дала. Так со вторника на среду Ненавязчивый четверг По следам, да не по снегу, Нету правил. Правил нет...

Бродил по свету баламут, Босяк со всех сторон. Он получал со всех сторон, Дон дингл, динли-дон.

Дала весна, дала зима Объедки со стола, И ты ему дала сама, траля-ляля-ляла.

К утру растаял, как туман, Хоть был изрядно пьян. Турум-турум-тарам-тарам, Порам по бабам нам.

Бродил по свету баламут, Не так уж и бродил, Все точно знают: там и тут Он в замки заходил.

Бродяга, шут, сатир, козёл, А может конь в пальто, Слегка жалели что ушёл, И не жалел никто...

Навеяло Снова в ссоре Опомнись, Верка, перегрелась всяко, Кончай блажить, жара, упадок сил. Я ж съел твой борщ, что не смогла собака, И даже мусор утром выносил.

Чего так тарахтеть в припадке пыла, Ну да, я тёщу мамой называл, Ну да, собачьей дочкой, тоже было, Что, сукой? Ненароком оплошал.

Пропить бабло — решенье коллектива, Ты против, а Витёк и Генка — за, Дались тебе заморские Мальдивы, Ну нафиг эти слёзные разливы, Вот заведу жигуль, рванём за пивом, Плевать, что отказали тормоза...

Уродилась лабуда в этот год, Значит было ей в достатке дождей, Каждый третий то пиит, то поёт, Остальные кто танцор, кто ди-джей. А у критиков ядрёный елей, Кроют всех, кто наложил между строк, Рифмы вольные, лажай, не жалей, Вот и я тут приложился чуток. Авторессы поэтессы — навзрыд, Запустили, мол, козла в огород, А животное жуёт да лежит, И блажит, ну, это так он поёт. Только грустно: скоро снова зима, Мне бы в баню, а не банят, враги, Дай ты, господи, сумы да ума, Верных слов насобирать помоги.

Отобрали крылья, затолкали в тело, Срока не сказали, вечности оскал. Я любить учился: робко, неумело, После — закружило: маски, карнавал. * Хвост, рога, копыта, Тема так избита, Видимо не ново: Чёрт, или корова. * Кот орёт дурниной, Денег дать — пропьёт. Марта половина: Нечет или чёт? * На самом дне, в смятении мишуры, Себя жалеем и к другим добры, Врагов лелеем и друзей прощаем, И с наслажденьем ядом угощаем.

Созрели яблоки в Раю, Работа змею. А я на паперти стою И в портупее. На фейс-контроле. Пропускать Лишь Ев невинных. Ну это ж надо, вашу мать, Одни Мальвины.

Принца ждала, а припёрся какой-то конь. Замок, оно конечно, аж два окна. Знаки судьбы рисуют тебе ладонь, ты их стираешь и снова сидишь одна. Знать бы да подстелить бы, а может, пусть? Конь, он ведь тоже лошадь, почти как ты, помнит всего Онегина наизусть, жаль, забывает к дате дарить цветы... Конь заходил опять, но не снял пальто, видно стесняется, (вроде бы все свои). Лето болеет осенью. Под зонтом холод и пожелание: доживи

Юная девушка бегала по волнам, Штопала платье, хотела казаться милой. Робкого мальчика флейте и колдовству Мама учила.

Стройная девушка, ноги от волн — лёд, Верила и ждала своего капитана Грэя. Мальчик подрос, и уже не путался среди нот, Руны чертил, пальцы под мышкой грея.

Крыс уводил, и встретил её у воды, Думал — забава, минутное, зацепило. Век был серебряным, парень был молодым, Так оно было.

Многое в книжках забавно, но наяву Всё прозаичнее, проще, и по погоде. Да, я Гаммельнский, да, я с Ассоль живу, Трое детей. А Грэй? Стал пиратом вроде.

Дедулечка, здравствуй! Надвинулся праздник, Пишу эСэМэСкой стишок: Давай, надевай полушубок свой красный, Бери бутафорский мешок, Мы ждём тебя очень, наш старый проказник, Снегурочку только смени: Та, прошлая, губы накрасила ваксой, Кричала: «Банзай хомини». * Часть сообщения потеряна * Рубанок и гвозди принёс Буратино, Мальвина явилась в белье, А Хрюша опять притащил апельсины, И ослик — салат оливье. Подарков не надо, мы все тебе рады, И Лунтик, и Кузя, и я, Когда осчастливишь детей из дет-сада… Опять Винни-Пух как свинья * Часть сообщения потеряна * Шалтая болтает, а Шляпник и Соня Не могут встать из-за стола, А кролик посеял перчатки и веер И вдруг превратился в осла. Меня закачало, а чем, я не понял, Вот номер, вот взрослая жизнь! Ну ладно, ты, дедушка, как там, не помер? Давай, заходи, похмелись * Получатель находится вне зоны действия

Когда заползёт бессонница Чешуйчатою змеёй, Не дай-то вам бог, всё вспомнится, Так вспомнится, боже мой. Мечталось. Мечты расплывчаты. Наивненькие мечты. Зачёты ушли на вычеты, И сам ты давно не ты. С той, первою — были-небыли, Последнюю — не нашёл. Манили полётом лебеди, Но сам-то ты, брат, осёл. Пойду пускать пароходики. Мне шило не променять, Вам рано готовить гвоздики, И чётно гвоздики брать.

Знакомиться, с годами, всё сложней: И пыль пустить, и имидж обозначить, Стереть с лица печать прожитых дней, Очаровать, влюбить, вот сверхзадача.

А за спиной скулит радикулит, Морщины не скрывает крем «Нивея», И всё сложней принять бездумный вид, А главное — поверить — всё сложнее.

Забавны игры в смыслы и в слова, Волнуют поцелуи в старом сквере, Ещё чуть-чуть, и я тебе поверю.

Не надо провожать меня до двери, Начнут шептаться, не соседи — звери… И всё таки, кружится голова!

Жуткий кризис в российском лесу: Волк сухую жуёт колбасу, И в шале, (без обмана), Запивает чинзано, Распоясался кризис в лесу.

В старом-старом-старом доме, Где хозяин дрыхнул в коме, Был всего один стакан, Из него пил таракан. Тараканище усатый, И в тельняшке полосатой, Хоть на монстра не похож, Но детей бросало в дрожь. Отыскал он грамм-пластинку И задумал вечеринку, Ну, а как знакомых нет, Обратился в интернет. И припёрлись, глупо глядя: Леди, Золушка, два дяди, Пьяный ёжик, три ужа, Ну, и я для куража. Было весело в начале: У ужей хвосты торчали, Водка, пиво и коньяк, Только с дамами никак. То есть танцы, обжимансы, Под Митяева романсы, Всё катило, а интим Говорят, обговорим. Таракану было внове На коммерческой основе, Но, другие времена, И всему своя цена. Всё закончилось печально В этой байке виртуальной, Ночью вдруг петух завыл, И хозяин глаз открыл. Отряхнулся от пылищи, Не найдя достойной пищи Зажевал, увы, ужей, А компанию в зашей...

А мораль? Морали нету, Только хочется сказать: Доверяйте интернету Осторожно, вашу мать...

У меня всего добра — кот босой, В холодильник влез паук на постой, А чего коту, наловит мышей, Вот меня, сказал не так, так взашей. Затаю и намотаю на ус, Скоро лето, может ягод дождусь, А потом грибы да сад-огород, Так, гляди, к зиме и кризис пройдёт.

Поздний вечер, уставшие свечи чадят, И пора расходиться, надеждам назло, И на клавиши, черные с белыми в ряд, Загрустивший рояль опускает крыло.

За окном, в темноте, притаились цветы, Как собаки, готовые никнуть к ногам, Где им, ласковым, знать, что прощаешься ты, И уходишь к заботам, делам и долгам...

Только тени в углах да испуганный свет, Только темень таращит из окон глаза, Не спеши, вдруг рассвет нам подскажет ответ, Если выйдешь, обратно вернуться нельзя.

Что за вечер, и что эти свечи чадят? И зачем расходиться, надеждам назло? Но на клавиши, чёрные с белыми в ряд Загрустивший рояль опускает крыло...

Не думай о сусеках свысока, У каждого своё предназначение, Кому хранить муку для колобка, Кому лишь муки жажды похудения... * В доме видимо неладно, Все сусеки подмели, Что там говорить, Взяли колобка за гланды, И на краешек земли, Некого винить. Глупо верить в чудо, хуже, чем простуда, Хоть с волками, ну да ладно, был бы жив, Выйдешь из сусека, злобным человекам Однозначно попадёшься на ножи... * Колобок, колобок, что ж ты бросил меня, Я ж хотел тебя больше коня, Колобок не рыбачка, но нам, морякам, Вся путина ведёт к косякам. Полем, полем, полем колобочек пролетел, Полем, полем, полем я давно его хотел, Полем, полем, полем, там трава да сорняки, Кони ржут на воле, но они не моряки... * На ковре из прелых листьев, прямо под кустом, Колобка лиса небрежно уболтала, Подкатила в ритме вальса, мол, почём бостон, А потом, ни о чём, и грустно пел патефон...

Мы дойдём, нам осталось немного, Я тебя подытожу плечом, Продержись, ну не падай, Серёга, Было пиво, но пиво при чём?

Не нужны нам ни Верки ни лодки, Как по льду, по асфальту скользя, Девяносто два шага до водки, Девяносто три смерти ферзя.

Бог не съест, а свинья нас не выдаст, Вот он, рядышком, супер-киоск, Мы возьмём там по литре на вырост, Чтоб фантазии кинулись в рост.

Был бы шест, продержаться до точки, Сделать шаг, и ещё накатить, Небо в клочья и звёзды в кусочки, Но осколки в: "так хочется жить!!!"

Закат с огнём себя мешал, а дом вовсю пылал, Кота забыли, вынесли посуду, Сосед не поздоровался, наверно не узнал, Раз не узнал, гляди — богатым буду. Ведро, держу, куда нести, эх, Господи спаси, Махало пламя жадной жаркой лапой, Да нахрен тебе валенки, ты ноги уноси, Воды в колодце нынче — кот наплакал, Беги, дымятся валенки, бросай свой самовар, Спасли посуду, а кота — забыли… * Стихия — это страшно, огонь или потоп, Жара за тридцать — нам и это слишком, Но если жар до палева и пламя пулей в лоб: Посуду нахрен, а кота под мышку. * Наверное, поэтому нет песен про пожар, Чтоб лихо невзначай не разбудили.

Спит за печкою сверчок Ножки бегали, устали, Громко топать перестали, Под щекой ладошка Отдохнёт немножко...

Манит мягкая кровать, Время деткам засыпать, Глазки закрываются, Сказка начинается.

Дремлет дедушка сверчок, Легла мышка на бочёк, Спят игрушки до утра, И тебе давно пора

Баю-баеньки, засыпаеньки, Баю-баюшки, засыпаюшки

Я парнишка хоть куда, сапоги со скрипом, Вчера коня украл, продал, да купил гитару, В кабаке, по вечерам, цыган, друг, со скрипкой, За игру — по медяку, а душа задаром.

Курочка по зёрнышку, а мне б вина да воли, То, что стоит вспоминать, то, что нужно помнить, Стопку кверху донышком, и не видно боли, Всё притрётся, всё мука, сколько уж смололи.

Струн — семь, зазвенят, каблуки с подковками, На четыре стороны, хоть куда гуляй, Эх, как не чисти сапоги, да не станут новыми, Как не кайся к старости, да не пустят в Рай.

Рысь шагов сплетается с ритмом улиц Шум шагов мешается с ритмом улиц, Я иду, весь такой, на себя любуюсь, Только дождик нарочно промочит ноги, И в итоге совсем не мёд. А ведь это: всего-то, настало лето, Пру походкой выпившего корнета, (Под рукой стрекоза из кордебалета,).. Только надо душе два по сто не это, Если три, то совсем пройдёт. Ищешь, мечешься, скачешь, а что в итоге? Врёт Глонар: "здесь направо", а нет дороги, И какое, к чёрту, дано не многим, Были, пробовали, всё муть. Мышкой шмыгнут воспоминанья, И ведут совсем уже не желанья, Нет соломки, не знал заранее, Дождик, лето, любовь чуть-чуть. А любовь — это лето, заботы, чудо, Целовать, ревновать, вместе бить посуду, А покуда вместе — тепло и томно, И причём тут какой-то дождь, Шум шагов мешается с ритмом улиц, Я иду, весь такой, на тебя любуюсь, Ну молчу, ну стесняюсь, слегка сутулюсь, А ты слов моих молча ждёшь.

Сорвало крышу. Тема не нова, Но в данный час до тошноты причастна К игре в слова. Уж эти мне слова, Стремящиеся к вечности напрасно. Поэты!.. Между прочим, тоже был. Вперёд, ловить Пегаса, компас в руки. А между нами улицы разлуки И нежности невыдуманной пыл. Забыл, любовь давно уже прошла По переулкам, пять минут обхода, Чтобы меня, морального урода Не встретить. Я же выгорел. Дотла. Осталось вспомнить и зарифмовать Как ты пришла, как нежничали страстно, А может, это было не напрасно? Да-да, я знаю, вёл себя ужасно, И старую скрипучую кровать Я просто выдумал для рифмы в данном месте. Допустим, мне милее два по двести, Чтоб обмануть себя на два часа. Сорвало крышу, но спасать не лезьте, Могу, в конце концов, попсиховать, Да, муки творчества, да, абсолютный бред, А что же вы хотели, я ж поэт! По рыжим листьям осени лиса Крадётся к нежности. Поймает, не поймает? Меня сам чёрт порой не понимает, А я наивно верю в чудеса.

Я — ангел, но бывают в жизни кочки. Как только замечаю слабый пол, Фиксируется взгляд на пятой точке, И я уже не ангел, а козёл.

Конечно, будь немного помоложе... Опять же, стоит мне взглянуть на грудь, Размер и рифму ощущаю кожей, И хочется в богатстве утонуть.

Не Херувим, другим не стану сватать, Имею честь и с крыльями мундир, Но так и тянет нежничать и лапать. Наверно гены, папа был Сатир.

Рвут нерв провинциальные актёры, Традиции незыблемой верны, На сцене — дуэлянты и фразёры, В гримёрке — болтуны и ворчуны. Потом, в насквозь прокуренной кафешке, Под водку, сигареты и пельмешки Отеллы с чебурашками на "ты": Обсудят смысл наставшей суеты, Политику, инфляцию, ботинки, Взгляд Штирлица. Усталые блондинки Идут ловить последний свой трамвай, А, ну их. Там осталось? Наливай. Всё суета. Где истина святая? По одному, не надо так орать. Пусть ключник у ворот раздутых рая Успеет вникнуть. Выслушать. Понять. Случайный гость среди чужих сомнений, Продолжу я по правилам игру, Ищу пять лепестков в цветах сирени. Навеки ваш. Собака, mail. ru

К трём часам дня мне надо прийти в себя. Будет немного больно, не стоило столько пить. Совесть собой довольна: заставила дальше жить, Скромно в сторонке курит, долги мои теребя. Телу б опохмелиться, да нету в бухле тепла, А без тепла нет лета, морозит мои мечты, Придуманный нами остров невиданной красоты Я ненавижу больше, чем ненавидишь ты. Звёздные карты в печке, игральные на столе. Мысли совсем как мыши: прячутся и шуршат. Знаю, ещё не вечер, вымазавшись в золе Снова пойду на берег, спихивать лягушат.

День недели — никакой, на судьбу махну рукой, Ночь недели интересней, а пока: Не за рупь, не за пятак, всё берите, просто так, Утром капните мне в кофе коньяка.

Намечается раз вод, мышка с нами не живёт, И кукушка не уверена в ку-ку, То ли осень, то ли ночь, то ли ёжику помочь, Как барсук, развешу душу на суку.

Где заботы, там дела, раньше б мышка помогла, А теперь — тоска, сегодня третий снег, Даже водка не к душе, я как слон на вираже, Только пятками по кочкам: бек-бек-бек.

Ничего, придёт весна, доживу, пошлю всё на, Уберите похоронный пошлый грим, Я не молод и не стар, жаль, что кем хотел — не стал, Встречу мышку — обо всём поговорим. * Лето кончилось. Буду и честен, и смел: Соблазняться любил, соблазнять не умел. .

А пойду я во поле, Да срублю три тополя, Распилю их на дрова, Ох, дурная голова. Чем дурней, тем веселей, Гуси мои гуси, Бульончика налей, А страховка — пусть им.

Кони строем ходят в ряд, И никто вприсядку, Хорошо, на первый взгляд, Только нет порядку. Неположено ежу Задирать лисицу, Ляжу в гробик, полежу, Может жизнь приснится:

Тот край, где рай, Где душой вместе, Струна, рыдай Пока гриф не треснет.

Третью оборвал струну, Мне бы в омут, в глубину, Не подумайте плохого, Только я не утону. Кот не лопает сметану, Подавайте вискас, Я судьбе грубить не стану Ежели не высплюсь!

У тебя своя голова, у меня своя, Мы ведём друг друга вполне этично. Прятать ум за разум для нас — практично, Я по жизни уж, ты моя змея. * Было, было да прошло, словно лестница В небо шла, оборвалась. Околесица Приголубит, всем назло, да не надолго. Одиночка — моя масть, моя каторга. * Я улыбчивый, отзывчивый и добрый, Мне бы телик, чипсы, пиво да диван… Быть шутом перед глазами грустной кобры, Перед вечностью, которой океан… * Я живу, как глупый кот, многожизние. В каждой жизни есть своё многосмыслие. Выпускал из рук синиц в небо — стаями, В след им весело свистел. Кем же стали мы? * Давай закроем двери между нами. Всё было в юности, но это между снами, И жажда нежности, и жар упругих рук, А нынче счастью просто недосуг: Есть юные, весёлые, лихие, Которым первый поцелуй — стихия! Судьба, прошу, меня к ним не ревнуй, А счастье есть: последний поцелуй.

Тюмень

Что любовь, какая-то мутация, Века два, и вымирает нация. * Чего не буду? Бить в гостях посуду. * Я не серо-бурый, не чалый, Неудачливый конь в пальто. Рифмы: Можем начать сначала, Было лето, и всё не то. Про любовь мне втирать не надо, Тело, и много брызг. Я видел ворота ада, Весело, зашибись.

В холодильнике шуршит. Может, грусть? Вдруг зелёная змея, я боюсь. Видел я свою тоску наяву. Не понравилась. Влюблюсь, поживу.

Ощущение, что время таких стихов прошло. Я вам авансы не верну в момент. Да, кстати, не просил, но вы давали. Зачем унылый медный звон монет, Вкусней гораздо капелька печали В бокале недопитого вина, Наутро. Вы и сами замечали. Про реверансы, это не ко мне, Умею пить, но не стоять на сцене, И если душу выкурю до дна, Меня легко на встречного заменят. Давно нет привередливых коней, Оврагов и обрывов — выше крыши. Бог есть? Поймёт, поверит и услышит: Я помню всё, я думаю о ней. О чём стихи? Да, в общем, ни о чём. Какие вам стихи такою ранью. Так хочется, чтоб тёплое плечо, И чтоб на ушко нежное дыханье.

Конь на воле пасётся, а я в суете, И живу, где придётся, вокруг все не те, А душа хочет лета, зима не прошла, Но, синица, примета приближенья тепла.

Кому собаки, кому коты, (Я с мелким бесом давно на ты, Но нету сэлфи, и фоток нет, Словам не верит сэр Интернет.) А все котейки — такие няшки, Щенята с детства растут в тельняшке, Вот мелкий бес, это мелкий бес, Опять, кусачий, к душе подлез, Но я лелею его и холю, Даю и воли и алкоголю, Он мне рифмует, а я шуршу, Добро пожаловать к шалашу: Здесь рай для беглых бездомных кошек, Собак обиженных, но хороших, Для мелких бесов с набором рож. А ты-то там для чего живёшь?

Как рожи похожи на лица, Явились, незваные, в сон: Чиновник, собачка, девица, Зелёный от злости вагон. Колёса стучат, не смолкая, Стаканы без чая звенят, В дороге от ада до рая Укоры с грехами стоят.

В дороге от рая до ада Похоже, но чуть веселей: Разносит всем рюмочки яда Весёлый, до чёртиков, змей. Кому анекдотик расскажет, Кому простыню подоткнёт, Трубы паровозная сажа На рожи похожие льнёт.

Мелькаются зимы сквозь лето, Судьбы напридуманный хлыст Бьёт в спину: пора стать поэтом, Пусть больно, скажу: от..... Колёса, колёса, колёса, Мне нравится эта езда, Пойти в никуда, это просто, Сложнее пойти в никуда.

Меня не ждёт признание в Париже, Я лапоть, лапать будут не меня, Зря этот конь, в пальто, который рыжий, Улыбится, бубенчиком звеня.

Я в лес хочу, где ёжики да белки, Суп на костре, конечно, подгорел, На ёлках улыбаются хотелки, Ловить? Как будто нет серьёзней дел.

Ноябрь — как чемоданы на вокзале. Смотрите, для души таможни нет. Слова, слоняясь, топчут тусклый свет Обид, ошибок, глупостей, моралей...

Да, рыжий конь нашёл себе седло. Наезднице не очень повезло, Принц прискакал, был озабочен снами, Был твёрдым дуб. А я шутил стихами, Сон оробел, смешинки ждали дня, Не для меня — пел хор, не для меня. * Напишите, если поняли,

Не скажу что с перепою, Распечатал литра два, Тараканы волком воют В голове, а голова Не хотится насладиться Днями, небылям не сбыться, Зря гаишникам не спится, Чуть чего — давай права. Пел задумчиво мотор, Мысли в кучу. Перебор. Пили пиво, ели лето, Жаль, мороженки сбегли, Если бы я был поэтом...

Собиралася наука: Мажут мёдом, машут ухом, Трёх пришельцев привлекли, Три в одном, один в дали. Мыслям не за что цепляться, Поверти в карманах яйца, И отправишься в тудысь. (может в низ а может в высь).

Из развлечений: рюмка да окно. Молчит гитара, видимо не хочет Соседей сон аккордами морочить, А мне не спится. Времени? Темно.

Ну да ну да, мне завтра не вставать. Сюжеты память представляет в лицах, Сто раз смотрел. Увы, не возвратится То время, где с тобой могли летать.

Читателям хотятся завитушки Моралей, смыслов, откровений дно, Не отвлекайте, я гляжу в окно.

Простите, зря я в глупости зашёл. Пел понедельник песни про субботу, Был кролик белым и искал работу, А мне часы сказали что козёл.

Осень, а мне не грустно, Я принимаю время Вытянуть пусто-пусто, Чтобы другим везло: Клюнет удача в темя, Имя не спросит, в сене Мыши шуршат (не в теме), Трём четвертям назло. Счастье — такая лажа, Радость — корабль бумажный, У кочегаров сажа, У капитана сон. Памятью лыжи смажем, Может приснится даже Розовый в клетку слон.

Сатурны валторны успели едва подхватить, И в звуках засыпавшись ждали гладильщиков платья, Среди пострадавших три горничных, лошадь и сватья, Какая такая моя путеводная нить? Года не годятся, им холодно возле меня, Века, сковородкой приласканные, ждут, что будет, Так чёрт учудил среди тысяч изменчивых судеб, Дав мне самому непонятный осколок огня!

Вальсируйте, но только осторожно, Тут глупости среди грехов растут, Тупые мысли лезут в институт, А мягкие спать манят так безбожно... Простые вслух не видел и не знал, Пока на чердаке не приключилось, Мысль мыши неопознано двоилась,

На гитаре — как могу, В нервы — как умею, Рифма — лошадь на лугу Щиплет ахинею, От колодезной воды Помогает водка, Кабы не было беды От авось да вот как, И рубашка нараспашку, И без пуговок душа. Сны осенние взатяжку Курят листья не спеша, Листьев дым неотличим От вина с похмелья, Не хочу я стать другим, Возраст невеселья.

У седьмого неба ждёт нас птица, Посинела, ожидая душ, Думаю: не стоит торопиться, Винограда я хочу и груш, Да, ещё неробкого дыханья, Губы в губы, (перегара жуть), Память в бок пихает: утром ранним Ты коня с покоса не забудь.

Кому судьба как мачеха, кто сам себе дурак, Одним-то сладко, остальным-то кисло, А я пенсионер уже, гуляю просто так, Удобный, как корове коромысло.

Я никакой для жизни и для смерти ни к чему, Меня футболят шариком пинг-понга, Листаю дни, но все они ни сердцу ни уму, А рифмы — погремушка для ребёнка.

Но знаете, мне нравится с балкона вдаль глядеть, Не хочется считать, где чёт, где нечет, Смерть, это тоже женщина, попробуйте ей спеть, А жизнь вам предположит рядом вечность.

* К чему я это? Так, зарисовка дня. Старый, седой, и сегодня ездил за водкой. Надеюсь что вы вдруг вспомните про меня, Мальчика, неуча, что получил селёдкой.

* Мимо мгновений, мимо любимых дам, Мысли летают, морщась от чёт до нечет, Если бы М было с водкой напополам, Можно, минуточку, память судьбу не лечит.

* Помните? Помните. Память такая тварь, Не увернуться, возраст давно не детский, Шустро шуршит страницами антиквар, Мне по записи — королевство.

Деревья вокруг, сорок лет скоро старому дому, Пейзаж подрастает под шелесты шин и шагов, Мой поезд отходит, но поздно мне жить по другому, Грустинки снежинками падают между стихов.

Ладошку подставлю, снежинка грустинка растает, Судьбу загадаю, чтоб мёдом она не была, Боюсь высоты, но встаю возле самого края, (Здоровье не то, чтобы лихо косить под орла.)

Стихи ни о чём. Мало смысла и образов мало. Другой бы кто спорил, а лирику — стопка и спать, Но есть предложение: залезем, давай, под одеяло! Да я не про это, там в ладушки можно играть.

Как смыслы метались, совсем как от веника мыши, Берёзы белели, осины февраль укачал, А то, что подумали вы, я случайно услышал, И чувства, как мог, между рюмками зарифмовал. * Машины шуршат, переплавка им будет итогом, Деревья растут, кто им может расти запретить, Однажды я встану босой перед Господом Богом, Захочет ли он хоть в кого-то меня превратить?..

Мысли по локоть в слякоти, И на душе г... темно, Дамы, в подол не плакать, Цирк уезжает, но * Желания прут на запах: Несбывшееся жевать. Бывали все в зоопарках? Попробую описать: Спешите увидеть, граждане, Гражданки, вам скидка есть; Вот совести непродажные, Обида лезет на шест, Всегда на арене глупость, Бессменно коза-любовь, Есть жадность на вашу тупость, Жуёт, как стадо коров. Надежду не надо лапать, Вот злость можно чуть позлить. Куда же ты в нежность, лапоть, Баранками соблазнить?.. * В анализах обнаружится С рифмами лёгкий флирт. Пусть критик от злости тужится: "Где зоопарк, где цирк?!", Снег принесли синицы, А мне пора на вокзал. Задумчивые страницы, Записывал? Написал?

Такая моя планида, Придумывать куражи. Улыбка, она для вида. Понравилось? Флаг держи.

В общем, жил да был Котей, Не придурок, не злодей, Утром — лапкою умыться, И айда смешить мышей. (В пузе сущий Гондурас, Завтрак кто коту подаст, Что сопрёт, тем подхарчится, Не сопрёт, так бог подаст.)

Не по возрасту умён, Колотушками учён, Знамо дело, жил на дубе...

* Текст, что ниже, сочинён Под лапшу, что снял с ушей, шуршание камышей, И под "пряники" взашей, Под советы корешей, И с похмелья, и в отрубе, Под селёдочку, что в шубе, Я ж профессор кислых щей.

* Снег летел, сирень цвела За околицей села, (Рифмы — через пень колоду, Это муза не дала).

Всё бухло да суета, Аж отвлёкся от кота, Тот блажит под три аккорда Про сердечные дела:

у пристенка дома сено да солома, Мурка мне клялась в любви, Бегала к другому.

Ворковали гули, Загуляли гули, Ворковали-ворковали, отхватили люлей,.. * Детство у кота прошло: Не деревня, не село, Мухосраньский городишко, Но сто гениев взошло. Девяносто мужиков Матерясь, пасут коров, Девять девок — харе Кришна, Ну и этот, из котов. * На пригорочке церквушка, В ней огурчиков кадушка, Их похмельным по утрам Раздают по двести грамм. Солнце светит, груши зреют, Дрыхнут с браги ротозеи, Дремлет конь, корова срёт, Лепота, полено в рот. Топот, пыль, пердёж, атас, Манька Ваньке между глаз, Кот из дома, мыши в пляс...

Зачитал гонец указ:

( Царь бухал, и тех гонцов Слал, не сосчитать концов, То подать с рябины подать, То бражки от коров,)

Выпив пива во хмелю, Я придумал и велю:

Пуныкт первый: не галдеть, И перечить мне не сметь, Позарез мне в царстве надо Шишки, золото и медь, Запрягайте ворота, Рупь на водку, босота, Изловите за неделю Говорящего кота.

* Жили и полночно и полуденно, Выжили назло и как-нибудь, Говорят, за всё спасибо Путину. Дай прилягу, ноги протянуть. * На грядке радости разлука Не поливали, проросла, Пустили к хрумкости козла, - Жили были, водку пили, Разнесли три казино, В луже сапоги помыли, А потом сообразили Что удача не оно, А она. Ну, радость в руки, Шифоньер разбит от скуки, Двум любовникам фингал, Третий был, но опоздал.

Среди сюжета спать? Трубят валторны, Сварились среди ночи макароны, А мясо ещё надо наловить, Короче есть что есть и нет что пить. * Два по двести — греет тело В середине ноября, Жаль, листок календаря Оторвали, день зазря. Чем шучу, тем не махать, Был придурок, будет зять, Про Иванушку летело Три судьбы, упасть не встать.

Не месите девки сочень Если муж без бороды, Он дурак и ты не очень, Как бы не было беды, Рви рубаху по залёту, Рви, когда невинная, Три лягушки в рот болоту, Сказка будет длинная. - Ну какого же рожна К ночи ластится луна, Половиной быть невинной, Половиной — ни хрена. Мысли висли, спал орёл, Пять возможностей в камзол, Три медали, шесть не дали, Понедельник, чей посол?

-

Мозоли на руках — лопате легче.

-

— На пригорке деревенька, Семь сараев, пять дворов, Из придурков — парень Сенька, Восемь бабок, пять коров. - Но не будем отвлекаться На придирчивых невест, Организму нужен кальций, Басни соловей не ест,..

Однажды в энтой деревеньке Завёлся, или завели, Короче, шили бабы веники, На шило шлёп свои вареники, И вот вам, люлюшкам, люли. - Закуси душа, сварганим, Три пельмешки — семь рублей, Кто-то выжил, кому память, Выжил — кофею налей. - Кто любил рулить по трассам, Не поедет третий раз: По кустам дымятся асы, Мне бы памперсы сейчас. - Приютился при дороге (присобачился вполне) Дом — не вытирайте ноги, Кормит пришлых и убогих, Для голодных по цене. -

Предисловие, отвлечённое от сюжета, или Мозоли на руках — лопате легче.

* Не дёргайте ежа за жопу. Козе понятно, что во сне. Мысль заметалась. Мышьи тропы По кораблям, вокруг Европы, Пират прищурился в пенсне... Короче, захотелось сказку Придумать и издатым быть. Я не скажу, что бросил пить, Мечты сажаю на коляску, Прошу лелеять и любить!

Нужны сюжету персонажи Как алконавту опохмел. Хочу чтоб мой пострел поспел: Кому наврал, кому набздел, А некоторым, это, даже, На кураже и в неглиже В средневековом антураже ...

Важна роману героиня, Шампанское кто будет пить? А грудью у окна грустить? Мой морок говорит про вымя, Не мне фантазии судить.

Герой конечно, тоже нужен, Одна в соплях, другой простужен, Почти вся сцена в героине, Четыре кадра на перине, И каскадёры не у дел. (На титрах режиссер ел мел). - Ну, солнце брызни, он и с ним она, (Ритм рван, но как камзольчик скроен, Сопят, построившись, герои) Сверкали в загсе ордена Невесты, молодец скромнее, Ему бы суть да свет туши, Вы помните, как от души Несли любимым ахинею...

А розам что, они цвели, Одна поближе, три в дали.

Да, нужен царь, руководить, С послами чтобы есть и пить, Кого на кол, кого казнить... Добавить подлого злодея, Такая клумба ахинеи, Что водкой хочется полить.

Короче тот, что жаждёт, тот обрящет, Тот, кто не ждёт, молчком сыграет в ящик, Придворные, вносите пианино, Проникнитесь, как жизнь проходит мимо.

* Баба Дуся прибежала (эта баба — три скандала И тротила килограмм). Постучалась: можно к вам? Ели сено уси-пуси, Кто не выпил, тот не суйся, По сюжету — дрыхнут гуси, Присоседились к Марусе, (Только сватаются зря): Шишел вышел, и заря. В общем, много не бухайте, Квасьте, думайте, решайте, От сумы и до тюрьмы Идиоты, это мы.

* Было дело: жили были, Самогонку в меру пили, Чаще бражку и рассол, Кто трезвее, тот посол. Но послам стелили, к стати, Три дерюги на полати, Под подушку сапоги.

Ночью не видать ни зги, То ли волки мне приснились, То ли попадья на вынос Будит тех, кто может пить? Драмы нет, хана сюжету, Осень косится на лето, Лето косами косит. Извиняйте внешний вид.

* Мысли мяли деревеньку, Доллар, это ж сколько веников, Но мы справимся, нас рать!

* Как сон скользит, так ладушки лопочут, Я не настолько стар, чтоб между прочим Просиживать за прожитым штаны. А чёли разомнёмся, пацаны, Пошли шугать соседнюю деревню! Весна, тепло, стакан под настроение..

Деревенька — просто слово, Есть прозванье — это честь. Вот отелится корова, Подадим заявку снова, Денег мало, мысли есть. Вся деревня на пригорке, Семь халуп, сарай Егорке, И общественный клозет. (Сколотили ерунду Чтоб Европам ду ю ду).

Маня меня засуетились блёстки, Встал светофор столбом на перекрёстке, Гаишник дунул, плюнул, рядом лёг, Какой-то плохо вымытый сапог В измятый протокол прочёл итог: Пять медвежат, лютует нынче осень. Мы мыслей на три четверти подбросим, Дрова? Вон голова, рубите на всю зиму! Кто кролик кто король, шагают смыслы мимо.

* Восемь дней моя родня Свадебку гуляла, Пили ели, бес ронял, Спали без одеяла,

Распустилось знание По кружкам вязания.

Маньку звали на любовь, Она согласилася, Без присмотра семь быков Выросли на силосе.

Лижут коты яйца, Мыслями меняются, Были мысли, мыслев нет, В пору вспомнить про сюжет.

* Сказку представляют в лицах: Богатырь, его девица, Ну не девственница, так, Так и он Иван-дурак. Ни в дугу богатыри Что снаружи, что внутри, Протереть от грязи рожи, Дети в слёзы: упыри.

Не сюжет а наказанье, Где сраженья, где кураж? Не садись девки в сани, Сани вынесут на пляж.

На пляжу для куража Лечь хотел, там два ежа. Это только предисловие, Всем привет, пока, с любовью!

Я пел вокалу в зло, мы были откровенны, Которые могли, подумали что зря, Хотел придумать мысль, она змеёй по венам, А мысли расплелись на можно и нельзя...

Мы писали, не устали, Наши пальчики из стали, Козни строят короли, Нам попроще, в дым, в люли...

Богатырь со смайликом Дрался, да ушибся, Вылечили валенком, Всех не глядя валит он, Но овец боится.

Жарят мишки детям пышки, Крутит калачи пурга, Мышки прячутся в подмышки, Через чур шагают шишки, Если надо, я — ага.

Это я пока к чему — не пойму, Загрустила баб Яга, нет врага, А уж бабушка такого нальёт, Спросит ласково: вам яд или мёд?

В смысле: мысли быть могли, но вдали. Прётся богатырь, ну ай вам люли, Вянет сказка, нет придуманных стран, Значит глупостям на печь, мне стакан.

Дым был — выговорить, не сказать. Мысли мылись, пока не сказались, Положите причуды на малость,

На луну не время выть, На судьбу без толка, С детства душу бередит Песенка про волка. Спал и с краю, и один, И в лесу и в поле, А волчок не укусил. Обманули, что ли?