Ах, качели, вся жизнь — качели, Мерный маятник, маята. Только кажется: близко к цели, Останавливает черта. И падение, как распятье, Снова сердце оборвалось, Ветер вертит тонкое платье, Крутит кольца колких волос. И по новой, полёт, забава, И зевак разинуты рты. Выше всех раскачались, браво, Я и ты. Только я и ты.
Футбольный мяч
Футбольный мяч, овальный как арбуз, Со всех сторон заплата на заплате, Попробуйте, побегайте от бутс, Не в высшей лиге, на такой зарплате. Другим мячам почтенье и уют, А мне все будто сделались врагами, Лишь стоит появиться, сразу бьют, Куда хотят, и в основном ногами. Видно был я неровно скроён, Вкривь и вкось не по циркулю сшит, Но на весь заводской стадион Очень нужен был и знаменит. Олимпийцы, те штучный товар, Их лелеют с младенческих лет, Ну а мне достаётся удар Как за качество местных котлет. Кто выше прыгнет, те сильнее бьют, Чтоб показать, что тоже с головой, А мой удел — катись, куда пошлют. И не моги свернуть на угловой. Крутись, пока не дали, глупый путь, Не чувствую не рук своих не ног, Нет-нет да попытается надуть Какой-нибудь зарвавшийся игрок. Я завидую даже бичу, По ночам снится страшный кошмар Что опять, задыхаясь, лечу, Нарываясь на встречный удар. И пусть камеру надо латать, И ободран я курам на смех, Не беда, я умею летать Выше всех, дальше всех, лучше всех!
Где сад, ствол берёзовый? Дым над далью розовой, День слеп, всё туманнее, Дом — склеп без желания... Там звон — не венчания, Мой он — от отчаяния, Пал сон злыми росами, Чей стон под колёсами?
Мимо автобусов с гарью бензиновой, Мимо продрогших домов, Мимо знакомых с улыбкой резиновой, Умных, но пыльных томов, Мимо привычек, пожатий, подробностей, Спичек, окурков, огней, Мимо забот, откровений, нескромностей, Долгих непрожитых дней...
Быль, боль — не воротятся, Пыль, моль, чьи пророчества? Лишь смех не по поводу, Дней тех злые проводы... Был бал, было вечное, Мир пал в небо встречное, Где сад, ствол берёзовый? Дым над далью розовой...
Мимо автобусов с гарью бензиновой, Мимо продрогших домов, Мимо знакомых с улыбкой резиновой, Умных, но пыльных томов, Мимо привычек, пожатий, подробностей, Спичек, окурков, огней, Мимо забот, откровений, нескромностей, Полных надежды дней...
Шла темнота
Шла темнота, тиха, Роняя грусть на лица, Ещё в саду густом Сквозил беспечный смех, В преддверии греха Задумались блудницы, Наверное, о том, Зачем им этот грех. В чарующей заре Стыдливо никли плечи, Бокалов кольца вниз Клонились невпопад, О смерти на костре Напоминали свечи, Ласкал волшебный бриз И ждал далёкий ад.
Летний мотив
Что с вами, вы сегодня не в себе? Что с вами, сомневаетесь в судьбе? Что с вами, удивлённые глаза? Ну что ж вы, в нашем возрасте нельзя...
А может это лето виновато, А может скуки повседневный хлам, Как жаль, что не звонил из автомата, И воли не давал своим... Словам.
Да, я придумал все, ну что ж такого? Ведь сказки это не игра с огнём, И доброго в них больше чем плохого, Как впрочем, и во всём, чем мы живём.
Что наша жизнь, забавы и заботы, Проходят дни, и где-то там итог, Всё верится, что повстречаешь что-то... Не то, что вы подумали, не то...
А впрочем, как сегодня солнце светит! И зелень сумасшедшая кругом! И я ведь не бросаю слов на ветер... Автоответчик, блин, магнитофон.
За порыв
За порыв, за надрыв, За попытку взлететь — Топоры да костры, Что крамолу жалеть! Чёрный выгорел круг У распятья — столба, Сердце бьется: а вдруг? Только вдруг — не судьба. Вдруг давно для других. Пламя лижет, урча, Из ладоней моих Гвозди взглядов торчат. Жгут огонь не спеша, Смехом сводит живот. Впрочем, это душа. Тело вовсе не в счёт...
Я пальцы неловкие аккордами сковывал
Я пальцы неловкие аккордами сковывал, И песенку хрипло Вам пел, как дурак, Ну да, очаровывал, Вас очаровывал, Я так очаровывал, но вижу — никак.
А месяц из облака язык мне высовывал, На улице холод, сугробы и мрак, А я очаровывал, Вас очаровывал, Я так очаровывал, а Вы, ну никак.
И лишь на прощание обнял застенчиво, И замерло сердце, упасть — не упасть... Как всё переменчиво, как переменчиво, А Вы улыбаетесь: вот, дождалась.
Всё проходит не свят
Всё проходит. Не свят и не светел, Я живу, как когда повезёт. Время сыплет на голову пепел И толкает упрямо вперёд. Проще быть — не простая задача, Мягче быть научился уже, Только хочется кинуть "без сдачи" И проехаться на кураже. Не поэт, не дурак, не чиновник, Кто я есть и кому меня съесть? Вот растил бы на даче крыжовник Не пытаясь куда-нибудь влезть, Не гоняясь за птицами в синем, Подставляя дивану бока, Жить да жить, никаким и наивным... Только так — не умею пока.
Злой
Да пошло оно всё! Что встали? Не такой я убогий вроде! Ваши чувства — от гениталий, Ваши мысли — не по погоде. Пусть расхристанный и в раздрае, Пусть бездомная кошка рядом, Мне не катят мечты о рае, Я сегодня доволен адом. Слышьте, сытые, ваше время, Не помрите, прошу, от смеха! Только я уже выбрал тему: Вдоль по венам ножом проехать. Не дождётесь, я не заплачу, Я спокойней чугунной тумбы. Я сегодня свою удачу Взяв за хвост, суну носом в клумбу. А потом под не летним ливнем Непонятностями заверчен Буду в небо смотреть наивно, Слушать, как прорастает вечность.
Горсад
Наступила, твердят, весна! Ну, на что она наступила? У души не бывает дна Если хватит на это силы... Чуть поддатый для куражу, Променявший на шило — мыло, Я так просто, хожу, гляжу На горсад, всё не так, как было. Нет акаций, и яблонь чуть, Все столично — монументально, Знаю, прошлого не вернуть, Старый клоун глядит печально, Карусельки да детский визг, Рвутся шарики в неба просинь... Не хочу я не вверх, не в низ, У меня на сегодня осень.
Прости мне
Прости мне, память, прошлые грехи, Я новых натворить ещё успею. Кручу сентиментальные стихи, На скорости душе ломаю шею. Прости мне мой метафоричный мрак, Слагать такие выверты не ново. Прости, что я бросаюсь, как дурак На первое протянутое слово. Прости мне, совесть, постоянный спор, Души моей беспутные порывы, Ты знала и обиды и позор, Ты победила. Мы остались живы. Любимая! Единственная! Ты! Среди разлук и встреч, и далей вьюжных, Простишь ли мне бумажные цветы Тех слов: обидных, глупых и не нужных?
Кружит жёлтого вальса осенний синдром, Намекая на то, что придет, Я с тобою так долго знаком-незнаком, То ли век, то ли день, то ли год.
Города, поезда, это всё ерунда, Если в сердце звучит этот вальс, Я сегодня поверил что жизнь — навсегда, Остальное, как дождик, на час.
Что заботы — забава, и грусть не с руки, Даже ветер холодный притих, Зажигает берёз золотых маяки Наша осень, одна на двоих.
И по тихой аллее, листвою шурша, Убежим мы, вдвоём навсегда, Разве может быть холодно, если душа Молода, молода, молода!
А воздух свеж
А воздух свеж, а небо звёздно. Учись, ведь никогда не поздно Учебник за основу взять И хоть немного полетать.
Глаголы. Глупые по сути. Что есть, то есть, не обессудьте.
Ты говоришь лишь первый курс? Что будет дальше, я боюсь Представить. Есть седьмое небо, Где были нет, где только небыль, Где нам не нужен парашют, Где вечность сжата до минут, Минуты вечностью струятся, Где невозможно притворяться, Всё остальное просто муть. Свой трепет. Было. Не забудь.
Ах время, странная вещица. Прошло. Вернуть? Не возвратится.
Я не готов принять зачёт. Влюблённый всё-таки не чёрт. Обманывать я не умею. Хочу тебя. Люблю. Немею. Умею. Может покажу, Когда поддам для куражу. В переплетении двух тел Лишь то, что бог придумать смел, А мы, наивные, мечтаем И раз за разом повторяем.
Опять глаголы, вот же мрак. Прости, какой же я дурак.
На страшный суд вещественной уликой
На страшный суд вещественной уликой Притащат ангелы твою ко мне любовь, Ту, что была покорной и великой, Нежнее ласки, выше всяких слов.
Да, узнаю, и признаюсь покорно: Я грел её дыханием нежным губ, Не шутки ради, не от злобы чёрной, Не потому, что был настолько глуп,
А просто так. Поймёте или нет вы, Мне было скучно. Было всё равно. Ну, словом так, когда берут билеты На старое знакомое кино.
Байка про Ивана, не совсем дурака
Сильно строго не корить, тапком автора не бить, А случится улыбнуться, значит, так тому и быть.
Предисловие второе: не читайте с перепоя.
В третьих: я лишь записал Как мне филин складно врал. * В царстве, типа тридесятом, шайка весело жила, Как ГАИ, по всем дорогам популярная была. У ГАИ — свои законы, у разбойников — свои, Только все определённо западают на рубли.
Захирело государство, да и как другому быть, Чем такие ждать мытарства, лучше выпить, да забить. Удальцы по заграницам, по контрактам молодец, Сиднем царь сидит в столице. Что ж ты, родины отец?! (Может, правит он не кисло, да пока дойдёт до масс, То бояре, то юристы перекрутят сорок раз.) Все бы думы — чтобы в думу, а не то, чтоб по уму, Ну известно, толстосумы, (Тырят бешеные суммы), Попадутся — без раздумий купят личную тюрьму. * Впрочем, в наше время тоже терема не из рогожи, Не влезают в телик рожи, Обещанья — чистый мёд, Чада их по заграницам, а проштрафиться случится — Интерпол не достучится, Президент не пришибёт. Хоть грозил мочить в сортире, да с мочильником вопрос, Где затеет перемирье, У кого-то кресла шире, Газом пахнет по квартире, что ни почта, то донос. * Но отвлёкся я немного: наш герой — простой дурак, В царстве, позабытом богом, в это время что и как? * В деревнях не лыком шиты, У кого искать защиты? Нанимать лихой отряд, Так курей всех поедят, Девок начисто ославят, Поросят попередавят, Пьяный выставят дозор, Толку нет, один позор.
Ни проезда, ни прохода, оберут наверняка, И пошли честным народом до Ивана-дурака: Прогони ты нечисть, парень, расколотишь их на ять, Ты ж без башни, ты ж в ударе, и чего тебе терять? А порвут враги рубаху, бабка запросто зашьёт, Ну гляди, совсем со страху испоносился народ. Уговаривали веско: Свет-Иванушка, спаси, Хоть до самого до места будешь ехать на такси. Всё решали местным сходом, без бюджета на пальбу, Не такие уж расходы, по десятке на трубу! * Ну не Пушкин я, не гений, Не могу без отступлений:
Кто допёр за рюмкой чая, чтобы брать оброк с трубы, Да не той, что нефть качает, а с обычной голытьбы? Кто додумался, однако, не оставили имён, Что капусты бочка — с гаком — на год — лучший рацион? Нет от глупости таблеток, будут — будет дефицит. Всё, не делаю заметок, буду делать умный вид. * В обстоятельствах известных все расчетливы в конец, Да и то: дурак-то местный, не элитный жеребец. Ни пол царства, ни поместья, и ни с репой огород, Ни сундук добра невесте, ох, прижимистый народ.
Но дурак — не глупый парень, говорит: Ядрёна вошь, Не мешком с угла ударен, я спаситель, так даёшь: Чтоб покрыли крышу в хате да поправили забор, Чтобы тапки бабе Кате, на ворота — светофор! Ну, совсем мозги заело: Раз такое по плечу, Раз народ доверил дело, цветомузыку хочу! И портвейну два по двести! Репы стал народ чесать: Всё исполнить — много чести, но чего-то надо дать? И решили дать мобилу, всё равно уже стара, В ней ведь — музыку послушать, три картинки да игра, Дозвониться до столицы — с колокольни не вопрос, Бесполезная вещица, пусть берёт, не морщит нос.
Торговались, но не долго. Мигом вызвали такси, Запихали парня в «Волгу», в общем — господи, спаси. На дорожку — самогону, не жалея, первача, Под огурчик, да с поклоном, (вдруг да выйдет невзначай).
Хоть дурак, не пальцем делан, есть сомнения в душе: Может лучше вместо дела отоспаться в шалаше? Ну уж нет, раз подрядился, на попятки не с руки! В общем — так: Иван напился и попёрся напрямки. Мутный ум не знает страху, захмелел дурак, кураж, На груди рванул рубаху: Где те нехристи, покаж! * Замок, с виду и не новый, сорок комнат, пять крыльцов, По понятьям стол дубовый, да ватага удальцов. Удальцы — братки из байки, каждый чем-нибудь хорош, Два тулупа, три фуфайки, ну и прочий выпендрёж. Все в наколках аж до пяток, хоть заплаты у портков, Но отважные ребята, половины нет зубов, Не от старости, известно, им до старости не жить, Кистенём случайно треснут, к протезисту не ходить. * Банда ночью веселится, буйно бесится, что ей, Подсознательно не спится, если кто в душе злодей, А Ивану что такого? В голове его туман, И в разгар веселья злого завалил туда Иван. То ли шутку загадали, то ли жаль им свой уют, Враз ведёрный ковш достали и придурку подают: На, блаженный, разгуляйся, полощи живот вином, Выпьешь — с нами оставайся, а не выпьешь так сожрём! Но дыхание не спёрло. Дураку — его удел, Пил ковшами и из горла, и Камаринскую пел. (Что мне с этой кодлой делать? Морды бить — не устою, Убежать всегда успею, а давай я их спою!) Два притопа, три прихлопа, на закуску — лебеды, Ох, носите ноги жопу, кабы не было беды. * Старший глянул: Ладный парень, пригодится на подхват, завалявшимся одарим, вместо сабельки — ухват, Будет шут и заводила, и какого же рожна, Но чтоб всё надёжно было, так нужна ему жена. Да такая, чтобы дура, Чтоб не хилая фигура, А! Отбили мы у турок, Значит, так тому и быть. (Нам изрядно надоела…) Эй, Иван, такое дело: Ты и умный, ты и смелый, Так давай тебя женить! Отдадим тебе по блату, Из заначки, чем богаты, И без надобности сваты, Ты же — чистый богатырь! Справим свадебку исправно, А упьёмся — тоже славно, И тогда уж ты — на равных, Только лишнего не тырь. * Шамаханская царица всем известно, не девица, Курит, пьёт и матерится, С головою не дружна, Обернётся голубицей и давай об землю биться, Залететь в амбар случится — Полна пазуха зерна. Но, красивая, зараза, по фигуре — точно ваза, Где камения, где стразы, Ну, местами силикон, Как посмотрит мутным глазом, как крутнёт нехилым тазом, Мужиков наивных сразу Штабеля со всех сторон. * Так берёшь? Иван замялся. Если б драка — так подрался, Нет — на печке отоспался, К девкам бегать — маята, Что соседка, что царица, с тылу можно ошибиться, Поперёк найти случится, Так червонец, как с куста. Не такая уж находка, не портвейн и не водка, Сам подумай, не молодка, Какова из ей жена? И постели не заправит, щей наваристых не сварит, Трюфель точно пережарит, В общем, мне всё это на. Если правишь ты притоном, мне бы ковшик самогона, И ещё, определённо, Мне б гуся в своём жиру, Уважаю на закуску я поджаренную гузку, Да картошечки в нагрузку, В общем, паузу беру.
Старший лишь зубами скрипнул, На блаженного не цыкнул, Только бочку браги кликнул, Что тут взять, совсем плохой, Кабы не было Ивана, так братки, напившись пьяны Не впадаючи в нирвану Учинили б мордобой. Пусть пока повеселится, как напьётся, так проспится, Съест гуся, так не жар птицу, Так и выйдет так на так. А ещё, в приличном доме кроме тех, кто спит в соломе, Полудурков всяких кроме, Должен круглый быть дурак. * Веселились до упаду, кто смеялся, кто икал, Дураку того и надо, то и дело подливал. Пейте, парни, не халява, честным дОбыто трудом, Отрываться, так на славу! (Ну устроил, ну дурдом)… * После падали и спали, это ж выпито — река! А когда за полдень встали, в целом замке ни глотка. Злыдни мучились, страдали, ну хоть пригоршню воды, А Ивану горя мало: так вам надо, ироды, Ведь не зря журнал «Мурзилка» говорит, что пьянство — зло, Если кто не отравился — ставьте свечку, повезло! Жуть смотреть, какую долю вам готовит алкоголь! Он на хвост им сыпал соли, причиняя злую боль.
Это надо же такое слушать прямо с перепою, Тут не шевельнуть рукою, головы не повернуть, А Иван как на обедне, златоуст и проповедник, Не даёт врагам покою, не умолкнет даже чуть. Долго он им мозги парил, никого ему не жаль, Кто же выдержит такое: с перепою, да мораль! И сбежала на край света шайка эта, вот ведь как, Ничего ужасней нету, чем с похмелия дурак… * Где мораль? А вот вам, нет. Загляните в интернет, Там таких историй тыщи, Для ума навалом пищи: Анекдоты, неглиже, Ну а мне пора уже. Выражения простите, Что не поняли, спросите У соседа, он горазд, И уроков пару даст. Сказка — попросту брехня, Не сердитесь на меня.
Писать
Писать? Пишу. Но я не соловей. Ты отпускаешь? Ладно, я ничей. Смешное фото: рядом две вороны. Тебе важнее "до"? а как же стоны, Как мне понять, где правда, где игра? Ведь я, дурак, бросался на ура, Дарил и брал, не думая, не зная... Боюсь, мой май мне многое сломает, Заставит успокоиться в тиши. А вот теперь? Теперь вот ты пиши.
Охотница
Всё чаще виртуально мы знакомимся, Случайное стечение причин, Недавно написала мне охотница, Охотница на уток и мужчин.
Мол, дайвингом по жизни увлекается, Оклад ништяк, хоть хочется вдвойне... Так что ж тебе ещё тогда, красавица, Какого прынца, на каком коне?
Да вот мол, чад воспитывать не просто, А муж за просто так ушёл, дурак, И дальше всё такое, как по ГОСТу, И без намёков на законный брак.
Уже хотел погладить по головушке, К себе прижать, глядишь и песня вся, Но испугался, что меня, соловушку, Подстрелит из двустволки, как гуся.
Ну вот, такое странное стечение, Раз испугался, значит не рискуй, Ох, это виртуальное общение, Застрял я в нём по самый "не балуй"...
Приключения пришельцев
Зайки складывают мозаики, Белки шишками в них кидаются, Эта баинька не про заинек, Это врушенька начинается…
* * *
Скучно в долгий зимний вечер, денег нет на керосин, Кот мурлычет, воет ветер, ладно, слушай, раз просил: Не за белыми горами, не за синими морями, Не на даче по Рублёвке, всё у кума, в Костроме, Я в гостях подзадержался, самогон тогда удался, Что видал, что говорили, перепуталось в уме. … Жил да был один дурак, прост, как новенький пятак, Зарабатывал не хило, но зарплату нёс в кабак. Вышибали дурака кулаком из кабака, Утром мучило похмелье да два смачных синяка. Всё конкретно, не гоню, дураков таких на дню Встретишь семеро по лавкам, но, простите, уточню: Как-то ночью наш дурак, покидая влёт кабак, Носом рюхнулся не в лужу, а на странный артефакт. Ну и ладно, не в сугроб. Под себя его подгрёб, Задремать уже собрался… Вдруг… Огня поднялся столб! Дальше баяли двояко: — Кукарекала собака! — Матом выругался ворон первый раз за триста лет! — Упыри зашевелились! — Сорняки заколосились! — Нечто вылезло из мрака, в раскоряку интернет! — А на самом деле было — три уродливых дебила, — Не дебила, а амбала, — Кто их ночью разберёт, Плохо видно в лунном свете, опустились твари эти, Подхватили недотёпу, и опять пустились в лёт! * Долго от скуки судачили люди: — Зелень являлась в нездешней посуде, Вроде тарелки, не с нашей планеты! (Видели все, а свидетелей нету). — Что с дурака — заблудился, однако… — Через дорогу пропала собака… — Жалко, охоч был до всякой работы, Да не кобель… — Да придет до субботы… Были поминки — ведро самогона, Было похмелье с рассолом и стоном, После, дожди, как всегда, зарядили, Сеяли репу да бани топили. * Дурак, просыпаясь: — Синие стены, зелёные рожи, черти не черти, допился, похоже, Мама-горячка, спаси упокой, больше в кабак ни ногой ни рукой! Пришелец: Гутен таг, превет медвед, Взял ты правильный билет, Мы тебе всего и много, Ты всего-то дай ответ: Почему, ежа еси, Что мы где не попроси, А в ответ одно и то же: Нако-ся и выку-си? Мы имеем интерес Притаранить вам прогресс, Нас же к маме посылают, Да ещё и через лес. Ты сознательный, мужик? — Дык… — Начинай входить в контакт! — Как?.. — «Дык» да «как», ты не дурак? — Дак… Долго бы судачили, так, да не иначе ли, Хоть дурак, да не дебил, похмелиться упросил, В одиночку — не по-русски, чуды пили без закуски, Два по сто, да сверху двести, тут один заголосил: — Нам от вас со всех сторон Сокрушительный урон, Две недели пролетели, Мочи нет от оборон! Басурмане в перестрелке Раскололи две тарелки, Возле Киева, ваще, Мух подсунули в борще, Миссия невыполнима! И пронёс рюмашку мимо, Ухом капли затянул, Пал на что-то, типа стул, — Мы погуглили вчера, Все правительства — мура, Самый страшный ваш колдун Именуется Бодун, Ты к нему проводишь нас? — Щас…
Утро вечера мудрее? Кто же будет столько ждать, Хмель играет, ум хмелеет, можно посоображать: Начитались интернета, порнография одна, Всё за чистую монету, — Ладно, будем, пей до дна. — Отведу-ка я их к бабке, уж давно гостинцев ждёт, Лихо сводит бородавки, и зелёных разведёт. * Не дано понять пришельцам наш простой менталитет: Всё пропьём — не опозорим, трое сбоку — ваших нет, Если сильно изгаляться, сварим суп из топора, В поле с жабой целоваться — хоть какая, да игра, И сажали кукурузу, и рубили виноград, Не такая уж обуза делать всё через назад. Задний ум всегда был крепок, попадали в переплёт, Дед не садит больше репок, яйца Ряба не несёт, Колобок с лисой подрался, получил условный срок, Мухомор груздём назвался, презабавнейший итог, Приготовим летом сани, в зиму выйдет луноход, Как советовал Сусанин: ноги в руки, и вперёд! * * * ДиВиДишные достали истории, Злые зомби, чужаки выкаблучные, На Руси, куда ни кинь, аллегории, И Кащеюшка, злодеюшка штучная. Наш сермяжный богатырь красен ряхою, Плечи шире, чем Матрёнина талия, Ну да ладно, вытри сопли рубахою, Я пока соображу, что там, далее. * * * Не прошло ещё похмелье, на краю деревни сели, Наш дурак — почти посол, подтянул штаны, пошёл, А куда? Известно, к бабке, поворчит, так не на кол, (Морду мёдом не намажет, но чего-нибудь подскажет, Хоть работать не люблю, дров ей после наколю)… Дурак: — Бабушка, бабулечка, птичка, лапотулечка, Изведут меня враги, отвязаться помоги, Буду должен век по гроб, Подскажи, придумать что б? Бабка: — Это ж надо, что я слышу! А козу мою на крышу Кто намедни затащил? — Виноват, поддатый был. Это ладно, а в кота Влил настой от живота, Тот неделю голосил! — Виноват, поддатый был… — Кто медведю в глаз ударил, Да ещё наскипидарил, Он весь лес перепахал! — Ну, малёхо перебрал… Бабка отошла не сразу, вспомнив каждую проказу То пилила, то стыдила, ну да ладно, что уж было, Долго злиться — толку мало, поругалась, полегчало. — Ладно, баньку истоплю, так и быть, опохмелю, Я давно не веселилась, разлюлюшеньки-люлю, Приводи своих клещей, я как раз сварила щей. Что-то больно зелены, Не из нашенской страны, Местным средством враз поправим, (Заварю им белены, После баньки — суп с крапивой, Приведу в порядок живо, Самогончик под грибочки, А когда дойдут до точки, Мухоморчиков курнут, То-то будет вери гуд). * Гости, после нашей бани, словно ёжики в тумане, Глядь, тарелка на боку… Караул, кукареку! Старший вовсе спал с лица, рядом офис кузнеца, Борозда ведёт туда, ох, галактика, беда! Бластер выхватил: «Вперёд»! А кузнец себе куёт, Да про Дуню напевает, никаких других забот. Как пришельцев увидал, воздух малость завонял, То ли серы кинул лишку, то ли сам в штаны наклал. Кузнец: — Извиняй, попутал бес, мне железо — позарез, А у вас такой металл, еле-еле отломал, Все уроны возмещу, вам подпорки притащу, Как заладится рыбалка — по копчёному лещу, Вон, крючочки вышли — блеск! Задом, задом, ходу в лес. * Толку нет — в беде неловко, не сковать назад поковку, Встала троица в кружок, опустилась на лужок, (Встряну здесь некстати я, дальше — телепатия): — Нам отсюда не взлететь? — Неть. — Слать о помощи сигнал? — Кал. — Значит, надо переждать? — Ять. — Продержаться сможем год? — Ёпт… * Долго пришельцы чесали подмышки, Сказки читали и умные книжки, (Книгу в деревне найдёшь без труда, Ценятся, если приспичит нужда). Много бумаги, да всё бестолково, Верить наивно печатному слову, Щуку искали, но речка не та, В общем: печали, тоска, маята. * Вскоре с бабкой подружились, По субботам в бане мылись, Та решила им помочь (Чтоб скорей свалили прочь, Самогона не нагнать, Всё как в прорву, зелен-мать). Бабка горькую пила — сердцем добрая была, Между делом колдовала, в деревнях таких навалом, На присушку да на сглаз есть умелицы у нас. Чаю в блюдечко плеснула, с боку левого подула: «Чухи-пухи — кавардак, микросхем на четвертак»… Голос из блюдца: — Не за дальним околотком, а за нашенским болотом Древний хмырь Кащей живёт, у Кащея — телепорт, Кто злодея убедит, хоть куда перелетит, Но болото — сотня вёрст, вот зимой бы — не вопрос… Тут чего-то зарябило, Или блюдечко остыло, Или спутник в тень ушёл, Обломательный прикол. * На окраине болота два прохожих обормота, Одинаковых с лица, словно в сказке про стрельца, (Да бомжи всегда похожи, из бород не видно рожи), Прикорнули, уморясь, тут непруха началась, Разбудил какой-то псих. — Ых? — Ты, наверно, проводник? — Ик… — За болото перекинь? — Згинь! — Мы заплатим, не жульё! — Ё!!!
Знает всякий на Руси, на болотах нет такси, Про проход через трясину у кикиморы спроси. Бомжи: — Вот вам крест, но отродясь, Тут всегда, ядрёна ясь, Нет проходу по болоту, Потому — морская бязь! — Да не бязь, дурак, а зыбь, Ты на плату-то позырь, Ведь не баксы самопалы, А кристалловский пузырь! — Ну дык, ежели чего, Можно вспомнить баловство, Лихо чатился с мартышкой, Так играло естество. Водяной стал как родной, Терминатор в доску свой, Двух кикимор, точно, знал, Только адрес потерял, Ну-де здесь не точка ру, Наливайте, поору, Может, вспомнят про Кирдыка, Лебедь в дышло комару! Голоса из-за кочек: — Нефиг нафиг нам орать, мы тебе, япона мать, Сокровенное открыли, ты изволил забухать! — Эта кто? Какой фасон, нам зелёненькое в тон, Если есть за что держаться, задержать их есть резон, Чё базарить не по делу, за кустами ближе к телу… Пришелец: Извините, мы — обет: некуритель сигарет, Нелюбитель, просто нечем, вы поможете совет? — Фу, апять пришельцы эти, Вот наивные, как дети, Нет конкретных пацанов… — Чухи стопочка Смирноф, Закол-дыбится болото, заи-кается икота, Мама Фима, папа Муть… Ну, на берег раз шагнуть! * (Вот бы мне бы так уметь)! Старший выдал: «Ох, ре-неть…». Много разной волошбы по углам любой избы, А в лесу да на болоте, так и вовсе до... Найдёте. *** Птички весело порхнули, трое к берегу шагнули, Смотрят, что за красота: самобранка у куста, Хочешь — кушай, нет — бухай, сервис, Ёкарный Бабай! Хоть першило очень в горле, пить не стали, рот утёрли, Ружья дулами вперёд, и потопали, (в обход). А чудес вокруг богато: Дуб несчитанных обхватов, Надпись по стволу идёт: «Наша Раша! Здесь был Кот». На суку сидит русалка, Земноводная нахалка, Томно плечиком ведёт, Песни матерны поёт. Тропка вьётся, антураж: Слева сторож, справа страж. (Между сторожем и стражем есть отличья, прямо скажем: Сторож спит и сторожит, то, чего не убежит, Страж — недремлющее око, хоть порой зазря блажит). Страж и сторож: — Кто такие, господа, шли бы мимо, вы сюда? — Чё? От нас ничё не тащат? Остальное — лабуда. — Ты очухайся, Филипп, занесут нам птичий грипп! — Нам чего только не тащат, ты паниковать привык… — Ну и ладно, промолчу, а тебя пора к врачу! — Мне бы в отпуск, на Таити, а на клизму не хочу… Ровно тридцать три годочка сапогами мяли кочки, Держит молодость фасон, ветеранам не резон, Где служивый, где Кащей, и оклады, и ваще… * На холме стоит коттедж, (Скромный замок, для невежд), В нём — Кащей, ничуть не чахнет, Триста лет румян и свеж. Враз извёл мышей и крыс, После — наглых Василис, Фолианты хиромантов Неизвестно кто погрыз, Моль все тапочки поела, Нечто ухало и пело, Но привык, не унывал, Мух давил да колдовал, Подлость прятал, был хитёр, Всей скотины: пёс Трезор, Пара чахлых привидений, Не об этом разговор.
Кащей: — Пришли, так садитесь, ну, кости бросайте, По древне-дракульи салат испытайте, Умойтесь, устали с дороги. Сюда заносило немногих, Хазары гостили, Обрёк и Абрек, Мне очень по вкусу любой человек, (Для опытов — милое дело, На зайцах уже надоело), А бластер мне в пузо не надо совать, Щекотки боюсь и могу осерчать, Реките же ваши заботы! (Уж я помогу, идиоты). Пришелец: — Нам бы, это, ёжин мать, телепорт минут на пять, Мы в контакт уже не хочем, мы домой хотим слинять. Стопка нам не на здоровье, чахнет наше поголовье, Каждый вечер пацсталом, да аб стену, да аблом, Подогрев гони, братан, зуба нету, Магадан! Кащей: — На окраине болот закирдычный друг живёт, Комары его достали, взял на время телепорт. Только с ним не пошалишь, он — смотрящий, местный Шиш, Две футболки, все в наколках, тапки с надписью «Париж»! До него — неделя с гаком. Помогу я вам, однако, Испытаете отвар, Ухи-мухи — гонорар…
Всем давно пора смекнуть: мантры ныть, не в этом суть, Зря не учат в средней школе про гипноз и биополе, Героин да конопля, да грибы забавы для. (Помню присказку с пелёнок: Пить так пить, сказал котёнок), Пригубили на авось, Ох, чего тут началось… * Ниоткуда появились золочёные шатры, Между ними хороводят самогуды комары, Шамаханская царица демонстрирует бедро, В гриле жарится жар-птица, ёжик плавает в ситро, Из бадьи с настойкой щука улыбается хитро, Вот же, химия-наука, как цепляет за нутро! — И куда нас понесло, Щас бы кваса, да в село… (Приоткрылся третий глаз, Разум пыхнул, ум погас)… * Справа — «ай», налево — «ой». — Мы в темнице, боже мой! — Старший, нечего кривляться, ты хотя бы глаз открой. — А какой? — Открой любой. — Вот засада, вот отстой… Ветер соснами шуршит, мушка Боингом блажит, Отходняк стоит на стрёме, тремор мелко мандражит. Ниоткуда вдруг возник неказистенький мужик. — Здравствуй, Шиш! — Я дядька, Кукиш, для знакомых просто Фиг, Местный полупроводник, к политесам не привык, Помогу вам по приколу, в ипотеку раскирдык. Вмиг туманом замерцал фантастический портал: — Шестьдесят секунд на сборы, а иначе — перекал! Открывается струна подсознанием ума, Что нужнее, представляйте, хоть Матрёна, хоть Луна. — Ну, ребятушки, пошёл!..
…Бабка, горница, рассол…
Вникнуть бы заранее в тайны подсознания… * Долго спорили потом, почему такой облом, Чуть совсем не подрались, ну да нынче не надысь, Не удался переброс, надо думать про покос. Был кузнец во всём новатор, из тарелки сделал трактор, Может, глупая идейка, а залётным всё копейка. Стали во поле пахать, выпив — местных задирать, (Наши праздники без драки — Что ошейник без собаки). Так ли, сяк ли, минул год. Приземлился звездолёт, Две зелёных кочерыжки вышли задом наперёд. (Надоело отмечать, телепатия опять):
— Милые братия, мы на подмогу! — Вот же заразы, закрыли дорогу. — Мы увезём вас из этой земли! — Столько соляры напрасно сожгли. — Мы выручаем попавших в беду! — Сгиньте, колдобина вам в борозду. — Вам же пора почковаться лететь! — Выписать в бубен, не будут греметь.
(За год пришельцы совсем обрусели). Двое, помявшись, ни с чем улетели… *** Для любителей поржать можно долго продолжать, Утомил я всех рассказом, самому пора поспать. Спросят, что все без имён? А такой вот выгибон, Хоть Ерёма, хоть Фома, не добавится ума. Чудаку всегда чудить, Пил дурак, и будет пить, У одних ума палата, У меня на нём заплата, Почка-внучек спит на печке, Вот такие… Человечки.
Не просто быть шутом
Не просто быть шутом, уж вы простите. Мотать башкой, бубенчиком звенеть, Шутить, смеяться, веселиться, петь, Влюбиться, робким стать и не посметь. Знакомо вам? Тогда ещё прочтите: Так просто быть шутом! Без дураков! Камзол нарядный, и всегда готов Своё прочесть среди чужих стихов, Ведь не заметят критики подмену, Пьяны! А что на донышке, в душе, Я спрячу. Не в раю, не в шалаше, Я закопаю глубоко. Вообще. Таким, как я, нелепо лбом о стену. Мораль? Далась вам постная мораль. Слабо через заборы прыгать? Жаль. А на душе то март, а то февраль.
Всё что было около (летнее)
всё, что было около, было, да не стало. Лето ломко смолкло, За спиной упало. Дремлет даль успехом, Лентой голубой, Или глупым смехом Над самим собой. А удачи горка- Только куча пыли. Если станет горько, Гляньте, это вы ли? Было лето около, Пелось без труда, Клокотало, смолкло, Вот ведь где беда.
Вам
Вам, девочки, которым жить, Детей растить и быть за мУжем. Нет, не совет. Совет не нужен. А вы умеете любить?
Вы — откровенности — как флаг, И на витрину то и это, Всё вами прожито и спето, А я с моралями, дурак.
Зачем вам этот эпатаж? Ведь вас полюбят. Вас! Полюбят! Потом, пожалуй, стыдно будет За свой отчаянный кураж.
Пора серьёзней стать уже, Боюсь, вы малость заигрались. Сегодня модно неглиже, А что на донышке, в душе? В душе-то нежными остались!
Не скажет небо — выбирай. Но отзовётся. Отзовётся! На дне глубокого колодца Луна покачивает рай.
О своём
Ругать не умею, жалеть не желаю, Жизнь катится, словно по рельсам состав, Я помню, как ждал окончания мая, И нёс ахинею, привычно не прав. Смешной гороскоп мне пророчил удачу: Немножечко тополь, немножечко лев, Давно уже вырос из возраста мачо, Шутом был на свадьбах своих королев, Но, всё ерунда. Хочешь светлого? Пиво. Большого и светлого? Вымой слона. Уж рожь распрямилась, отплакалась ива, Вот только тревожит зануда Луна. Для смеха — повыть? Не добавится толку. Что было, то было, о чём тут жалеть? Но буду искать в стоге сена иголку, Пока не достанет костлявая…
Осень, дураки, дороги
Дураки да дороги, беда на беде. Холодает. Пора, о которой не просим. Лабух томно мелодию мял в лабуде, Старый блюз-полуночник окурками рдел, Настроение многих «заводит» под осень.
Ненавязчивый ритм, незатейливый цвет, Ностальгия о прошлом, а прошлого много, За окошком штрихами осенний рассвет, Одиночества_net? Да куда уж без бед, Скоро снег, а зима заметёт, слава богу.
Что потом? Зарифмуем недели в года, Поседеет Билан, додымит «Крематорий», Будут частые «нет» и немногие «да», Дуракам по дороге, увы, навсегда. Снова осень. И множество летних историй.
Разговор с Дедом Морозом
Здравствуй, старый! Заходи, покурим. Может выпьешь? Нынче ночь — твоя! Мы давно детей словами дурим, Я за так, а ты забавы для. Помнишь, я просил себе машинку? Нынче есть, а радости — на грош. Мне бы скинуть лет наполовинку, Только ты такого не могёшь. И какую выбрать половину? Стрелки не вращаются назад. Ладно, вот пакет, тут мандарины. Дети ждали чуда, Но съедят.
Про морковь
В солнечной Австралии странные дела: Злая крокодилиха кролику дала! Ах, ручонки потные, мысли про любовь? Душка крокодилица отдала морковь!
Ей, как плотояднице, овощ ни к чему, Сделала приятное, типа по уму, Вот они, случайности, жаль бывает так: Кролик был талантливым, но слегка дурак.
Сколько нас, наивненьких, позванных к столу, На морковку ловится, лесть и похвалу... Кроко-крокодильница не любила драм, Выдержала паузу, и сказала "АМ!"
Песенка Синей Гусеницы
Песенка Синей Гусеницы (наше время, нелёгкая невменяемость)
Конкретно кролик забухал за грань самоконтроля, Он веером перепахал три половины поля, А поле мялось в левый спин, и электроны пели Про время выбритых мужчин на кончике недели. Стеной стояли зелюки за праведное дело, Забудь с какой ходить руки, маши ушами смело, Прибор по прозвищу домкрат дремал за косогором, Как продувной аристократ мечтал родиться вороном, Шалтай-болтай под сталью лат напряг остатки силы, Со смеху мордами в салат промазали дебилы, Среди продрогшего добра кружили злые мухи, От камикадзе комара затрепетало в брюхе, На ногу пал ребром вопрос по поводу субботы, Сазан сочувствие принёс и наложил на ноты, Мне серафимный шестикрыл сказал: вот это сила!
Мысли вслух (Несложно рифму горевать)
Не сложно рифму горевать, Хлебай хоть ложкой Среди для смеха "вашу мать" И неотложкой, Ноябрь снега нанесёт, Ещё заботы В который раз под Новый год Придумать: кто ты, Ты мне нужна, ты мне нежна, Моя потеря, Тогда какого же рожна Себе не верю? Наивность рядышком, котом Сопит неслышно. Но я, родная, не о том. Ну так уж вышло.
Испытывает бес
Я в ответе за человечество, Без него не могу ни дня, Только что-то моё отечество Не востребовает меня.
Испытывает бес, суёт забавы: На ломтик лести — два кусочка славы, Настоян чай на вычурности снов... Спасибо, нет. Прошу без докторов.
Повезло, я богат, как морские цари: У меня на рябине огнём снегири, У меня на ладони июньская синь, И слова, что хмельнее изысканных вин,
А нежность остаётся нежностью
А нежность остаётся нежностью, И только двое в ней всё знают. Я до сих пор не понимаю... * Что вы скажете сентябрю? Отодвинусь и посмотрю. Невозможное ощущение... * Любил любить, люблю, дурак, Гормоны — покемоны, мрак, Но первый вдох твоего дыхания... * Снежность ласки упала на Окинаву. Вы всё можете, значит — правы. На "Вы" не могу, Угу... Или ага? * Обогнать колымагу — весело. Обогнать своё время — грустно. Люблю улыбку улитки.
Дурак и артефакт (сказка)
черновик предисловия Иностранные достали истории, Злые зомби, упыри бяко-бучные, А у нас куда ни кинь — аллегории, И Кощеюшка, продукция штучная, Богатырь так богатырь, морда ряхою, Плечи шире чем Матрёнина талия, Ну да ладно, вытру сопли рубахою И попробую приврать, что там, далее.
Мне артефактик, хоть бы маленький, Но все везухи — дуракам: Прищучат щуку, вырвут аленький, Не скажет дама: да не дам. Тут снова выпала пикОвая, Когда в три листика играл, Судьба, зараза бестолковая, Достал по кочкам пешедрал!
Я три дня уже постился, всё пропил, погряз в долгах, На четвёртый — сон приснился, шевеление в мозгах: Апельсин шестнадцать бочек подогнали мне бобры, Сверху — аленький цветочек, непонятные дары, Смысла в них в упор не вижу, мне бы сто на опохмел, Я как лыжа над Парижем, красный русский новодел. Съел я аленький грибочек, И по правилам игры Заблажил вдруг чудо кочет, Ниоткуда вдруг — шатры, Непомятая жар-птица перья дёргает с хвоста, Шамаханская царица крутит тазом у шеста, Слаще мятного сопрано самогуды-комары: "Во саду ли в огороде или около горы"...
Появилось вдруг дивище чудное, Говорит: ну ты просто — занудное, Дураков нынче многие тысячи, И мобильник, пожалуйста, выключи, Я пока не подушкой контужено, Все примочки даются заслуженно, На халяву — стреляй вон, в болотину, И люби потом эту живОтину. Ну понятно что жабы не нравятся, Ты ж у нас богатырь, сможешь справиться, В общем, Штирлиц ты наш, вот те карточка, А как скажешь "шабаш", жди подарочка. Поработай "волчары" водителем, А потом стань Кощея воителем, Победишь, убедишь, мне без разницы, Чтоб не видеть его больше задницы. Он не то, чтобы матом балУется, Но с программой моей не стыкуется, Тута в чудища, значицца, выборы, А кругом то бобры, то кикиморы.
Зайки складывают мозаики, Белки шишками в них кидаются, Эта сказочка не для заинек, И сама себе — продолжается.
Вы нажили
Вы нажили? Не отберут. Смешком сторонкой обойдут, Да не с мешком а с тихим смехом. Всю жизнь копили? Вот потеха, Кресты ржавеют. Незадача. Но самый искренний поэт Когда-нибудь сойдёт на нет. Хотя, по первости поплачут.
Забавное занятие
Забавное занятие — макать пакетик чая, И сахара немножечко, не ложечку, чуток, А после чаепития... Да кто про это знает, А тот, кто знает, промолчит, макая между строк.
Вы на рояле можете, отгадывать кроссворды, Вы плоско не пошутите, разумница, ценю, Растрачены на мелочи не месяцы, а годы, По сундукам распиханы, завяли на корню.
И стоило ли рыпаться, плыть строго по течению, Равняться как по бакенам, по мужу — дураку, Хотя, всё это частности, как чай и настроение, А утром перемелется, куда девать муку.
Случайному стечению обстоятельств
Случайному стечению обстоятельств задумываться не стоит. *набору молекул, бьющимся в ворде* лицу, личности, сущности, морде, осознающему, стоит ли? Ласково, холодно, выпендрёжно, Невозможно понимающему себя В мере времени. Лира — деревяшка со струнами. Будем умными, Случайные стечения обстоятельств. Есть. То есть? Глупая повесть Про невозможность выбора. Прописано, значит будь добра, Королева моя, кикимора, Иванушка — наивняк, ждёт. Жгёт. Пока. Что значит "пока"? Загадка для дурака, Случайного стечения обстоятельств.
Накопилось горькой фальши
Накопилось глупой фальши, Где любовь была светла, Я не видел, что там, дальше, За околицей села, Были веселы и смелы, Только снегом замело Наши замыслы и смыслы, И в придачу — всё село. И на санках не проехать, Где там сдуру, всё всерьёз, Я смеялся, не до смеха, Я ревел, да не до слёз. Были — небылями станут, Сны приснятся на четверг. Ох, обманут нас, обманут, Человек ты, человек.
Стёб
Как мысли интересные возникнут, Так слева грубо вякнут, справа пикнут, И мыло и верёвка тут как тут, Заботливо подставку подадут, Пятак в ладонь, ты заработал, шут! - Вот жаль, пропить пятак я не успею, И лето и петля ласкают… Шею. * Не поняли, обидно, в пору плакать, А морды бить не хочется совсем, Забью в размер банально рифму «слякоть» И побреду по разнотравью тем, Чтоб «этим» ненавязчиво накакать. - На пошлости скатился. Не поэт. Кто б этим огорчился, нет, так нет. * Минуты жизни на монеты славы Давным-давно не хочется менять, Шуметь не стоит, вы, конечно, правы, Уж тем, что встали справа от меня. Горит закат, а я прошу: огня!
Дингл-бродяга
Бродил по свету баламут, Босяк со всех сторон. Он получал со всех сторон, Дон дингл, динли-дон.
Дала весна, дала зима Объедки со стола, И ты ему дала сама, траля-ляля-ляла.
К утру растаял, как туман, Хоть был изрядно пьян. Турум-турум-тарам-тарам, Порам по бабам нам.
Бродил по свету баламут, Не так уж и бродил, Все точно знают: там и тут Он в замки заходил.
Бродяга, шут, сатир, козёл, А может конь в пальто, Слегка жалели что ушёл, И не жалел никто...
Забавен мрак
Не дописано
Опять я к теме маленьких трагедий: Насколько знаем мы своих соседей? Не гадит в лифте, «здрассте» говорит, Небрит, помят, свет до утра горит, Судачили соседки, что пиит!
(На "мастеров" не хватит Маргарит...)*
— Забавен мрак: нет правды в этом мире, Есть вымыслы, и ладно, если б так, Но каждый гений — чуточку дурак, А дуракам привязывают гири Ответственности, совести, греха… А что, идея вовсе не плоха, Нет чести в гениях. Поэты? Ха-ха-ха. Возьмем для опыта вот этого, попроще, Что накропал о соловьиной роще, О нежности, истоме и грехе, Позачеркал банальности в стихе И — ни строки, не пишет, только пьёт. Так лучше? Каждый гений — идиот. А капну-ка ему три капли страха В стакан сомнений, пусть почешет лоб. Уж не настолько он наивен, чтоб Стать трупом и пустить потуги прахом… * — Привет, мой друг! — Согласен, порублю… — Ты грозен так? — Нет, по рублю за слово, Вы — жмоты, но подставиться готовы За репортаж, а я ночей не сплю. Плати, и опишу, как вас люблю, Как суету тусовки ненавижу, Как, не бывав, тоскую по Парижу… — (За"как"ал… Явно — белая горячка). Держи, пиит, три шанса на удачу! (Один — пропьёт, второй отдаст зазря… Ох, мне пора, противная заря! Хоть петухи давно уже не те, Но быть собой могу лишь в темноте). * …
Ты была лебедем
Ты была лебедем, я был метелью, Хватит уже завирать про разлуки. Грусти оставлю дурынде апрелю, Пусть он решает, где правда, где звуки. Призрачно счастье, прозрачны виденья, Прошлое тянет немытые руки, Скоро рассвет, и всё более менее. Куклы на ниточках. Плоские шутки. Маем замаен, занюнил в июне, Грянет июль — заюлит непременно, Перебирая подробности буден Выбрал одну, где хотелось — по венам.
Сегодня поцелуй
Сегодня поцелуй — не поцелуй, А так, забава. Я сплю среди июля, не рискуй, Вон зонтик, справа. А то ещё случайно напечёт Былые грусти, И так осталось дней наперечёт, Молчи, отпустит. И завтра будет завтра, про вчера Никто не вспомнит. Забавная, но глупая игра. На тени комнат В комоде старом заперты слова. Любил. Люблю. Возможно, ты права.
Гаммельский
Юная девушка бегала по волнам, Штопала платье, хотела казаться милой. Робкого мальчика флейте и колдовству Мама учила.
Стройная девушка, ноги от волн — лёд, Верила и ждала своего капитана Грэя. Мальчик подрос, и уже не путался среди нот, Руны чертил, пальцы под мышкой грея.
Крыс уводил, и встретил её у воды, Думал — забава, минутное, зацепило. Век был серебряным, парень был молодым, Так оно было.
Многое в книжках забавно, но наяву Всё прозаичнее, проще, и по погоде. Да, я Гаммельнский, да, я с Ассоль живу, Трое детей. А Грэй? Стал пиратом вроде.
Какая, ёшь, шикарная погода
Какая, ёшь, шикарная погода! Уже гулять по вечерам пора... А я топчусь напротив перехода, В ларьке, где продают бюстгальтера. Примерка есть, и зеркало — задаром, И даже застегнуть могу, хотя... Душился "Шипром", пахну перегаром, И всякая синтетика в горстях. Ну чё вы так, не проходите мимо, Вам пустячок, а мне на "Доширак"!
Снимаю маску. Вижу пантомиму. И думаю. Какой же я дурак.
Тире
Присутствует ненормативная лексика
Уходят все, какая там игра, По глупости, по поводу, пора, Одним печаль, другим ехидный смех, Не дай нам бог стать прочерком для всех… * Родился — дата, умер — тоже дата. Одно тире. Я жил в тире пиздато. А критикам, что вякнут непременно, Скажу, что жил в тире я — охуенно!
Несмеяна своё: дураки надоели, хоть плачь, Всё Иваны да Федьки, а прЫнцы, увы, не растут. Тут вчера прицепился, как банный, какой-то палач, Элегантно одет и окончил на днях институт По специальности: "сеятель в море чужого добра". Отрубить бы ему, не по самое, но чтоб дошло! Пиво кончилось, кто-то опять запустил комара... Распускаются сказки, спускается ночь на село. Вон, царевич на волке... Ну надо же, к бабе Яге. К Василисе — Кащей, а к Дюймовочке сватался крот. Наведу марафет, и татушку на правом бедре, Больше плакать не буду, пусть замуж хоть леший берёт.
Света
Смотрю в твои глаза и улыбаюсь осени, По лету бабьему легко гулять вдвоём, И если вдруг запнусь слегка, Я знаю, есть твоя рука, Мы столько лет с тобою рядышком идём.
Встречать рассвет нам вместе не наскучило, И нежность губ любимых все еще пьянит, нам повезло не сжечь мосты Среди случайной суеты, Для нас двоих одна мелодия звучит.
Бывает все, мы пережили многое, Жизнь полосатая, но Бог свидетель сам: Любовь осталась и жива И до сих пор свои слова Диктует нам на зависть разным дуракам.
Есть в книге интересные моменты
Есть в книге интересные моменты, Идея в ней одна, без дураков: Трагичная судьба интеллигента В нелучшем из приморских городов.
Здоровый образ жизни уважая Служил, не пил и гири поднимал, Но жадность и завистливость чужая Сыграла злую шутку, он "попал".
Бригада рэкетиров дело знала, Любовь разбита, спрятаться не смог, Интеллигент! Живи без криминала! (Пришлите миллиончик в Таганрог).
Не так легко даётся благодать
Не так легко даётся благодать Быть вежливым, мне тоже не до смеха; Одним проблема, как его послать, Другим задача: а на чём доехать.
Росткам
Я, конечно, не Кобзон, Время тратить не резон, Но уж если напросился, То отметиться должон:
Ты, пока что, не зевай, Чего можно — наливай, Ну а мы порядок знаем, И поводим "каравай"
Про не пью мне не дави И супругу не зови, Юбилей бывает редко, Нынче вышла селяви.
Был весёлым моряком, Но подался в агропром, Для поднятья урожая Стал снабжать народ "Ростком".
Этот чудо препарат Можно лить на всё подряд, Грядку раз полей из лейки, Все морковочки торчат.
Бабке хватит пузырька, Урожай — под облака, Вот на деда не влияет, В перспективе всё пока.
Это шутки, мы-то знаем, Любим, ценим, уважаем, Лет до ста таким же будь! К стати, стопку не забудь.
Пусть играет
Пусть играет Играя словами Назначай мне свиданья На счастье Дело случая Вне расписаний Без купюр Заунывное лето Почему всё проходит На выдохе Пошалим Наши тени нас выдадут Вот они мы какие Пиши Это только дыханье зимы Возрастное Ноябрь Бегу Позывные весны Вышли вон Королевы не ездят в маршрутках Стоп Мечтаю Весна Просто. Шутка.
Признание
Свеча и блюз, и марочный коньяк, Шуршит прибой песком на сонном пляже, И рядом ты. Когда б всё было так... Нет острова, не рядом ты, и даже Не месяц март. Зима и две свечи, Снег за окном, а где ему ещё-то? Ах, сердце, ты наивно, замолчи, И так уже попрыгало без счёта... Хотя... Такое счастье дураку Не каждый день, не каждый год, и даже Не каждый век. Кукушечка, ку-ку! Надолго это? Всё равно не скажет, Обманет. Я поверю. Я хочу Поверить. Что коньяк, ведь ты хмельнее. Поставлю блюз, зажгу одну свечу, И помечтаю, или пожалею. Любил. Люблю. Надолго? Не скажу. Ответишь? Ну соври, а я поверю. Снежинкою случайной покружу, И лягу белым ковриком под дверью. Противоречим, словно "Ох" и "Ах", Несхожие, как прописные буквы... Мне нравится держать тебя в руках И целовать распахнутые губы.
Я все свои семь пятниц на неделе Ходил-бродил, искал вчерашний день. Мне рифмой пару раз махнуть не лень, Язык как помело, мели, Емеля. * Вернёмся к нашим... Тем, кто не баран. Ботаник жил и страсть имел к стихам, Считая, что душа важнее тела. А дама с кем-то левым улетела Туда, где можно петь и много пить. (Под караоке, «Шардоне», Гаити) Не можете — не мучайте! (Простите). Да-да, поэтом можете не быть. Я подниму за дамский прагматизм! Кто против скажет слово? Навались! * Огонь и дым — эффект побочный, Не дура пуля, целит в лоб! Любовь — инстинкт. Ведь непорочно Никто не сотворён. А гроб Для тел однажды будет, точно. (И по размеру, и к лицу, Венков наносят подлецу, И вынесут). Ах, как непрочно Стремленье к истине в вине, Тем более, когда на дне. * Нет, истина в душЕ, не в дУше, Стихи варганить — печь блины. А прагматичные нужны Для демографии на суше, Чтобы ботаников ряды Не отвлекали без нужды. (С нуждой — туда, и мимо темы.) А пошутить горазды все мы. * Империи сгорают на корню, В роду людском деторожденье — в теме. Мадам с косой листает грустно время, (Она живёт на пятой авеню И ходит в бар напротив, выпить пива). Не верите? По мне так — так правдиво ))) * Ни рай ни ад не радуют тела, А род людской рулил, рулит и будет. Копни ногой: прошли века — зола. Но угольки желаний кто остудит? * Мадам мила, как все тела, В которых зреет жажда тела, И очень жаль, что не смогла (а может быть не захотела) Продолжить тему суеты. А так хотелось с ней на ты. * Простым штрихом карандаша Не описать всю многослойность, Где рядом вычурность и вольность, Где дремлет нежность, не дыша, И темы скачут антраша, Быть на волне — ведь вот отрава, Вот ведь — иначе и не в такт. Я с Вами, искренне, (Дурак.) И уж совсем не ради славы. Жара. Игра. Сюжет. Стакан. Забава. Глупость. Графоман.
Сотню правил 3 выпад Сотню правил: как жить, Огрызаться и умным казаться, Заучил наизусть, Но слова — это только слова. Спрячу в осени грусть, Разомну её в пыль между пальцев, Но себя не обманешь, Желтеет моя трын-трава. Сам я выбрал судьбу Быть шутом на потеху прохожим, И словами жонглирую, Глядя в улыбки без лиц, Доживу до весны, Вот тогда, может быть, подытожу, И сложу самолётики Из сокровенных страниц...
А вот кот
А вот — Кот, Меховой живот, Пушистая спинка, в глазах хитринка. Ещё усы. Не ест колбасы, Ловит бантик, такой романтик, Охотник. Любит сметану, Но врать не стану, Никакой из него работник: В дом всех пускает, в шутку кусает, Играет. Погладь за ушами, Пощекочет усами, Погладь живот, он тебе споёт, Вот.
Увы, всё это для забавы, Как в первом классе вывожу: Рифмую я не ради славы, А просто с Музою дружу.
Мы отдохнём, когда нас закопают, Ну а пока покоя не дают: Соседский кот и запах яблонь в мае, Рабочий день и водка "Абсолют".
Всё было: и попойки и пожары, Вся жизнь прошла как несколько минут, Хотя не вся, ведь я не очень старый, И мне пока покоя не дают
Соседский кот, назначенные встречи, Открытый взгляд и мой нескромный взгляд, Какой дурак сказал, что время лечит, От нежности в душе не найден яд.
Кто выдумал, что счастья не бывает? Хочу любви, надеюсь и боюсь. Лукавый взгляд, и снова сердце тает, Потом пусть закопают, ну и пусть.
Ну что вам нужно
Ну что вам нужно? Тёплое плечо? Так не надейтесь, я изрядно вреден. Да-да, и не служу по пять обеден, Хотя вчера так было горячо... Конечно напишу "Навеки твой", Но, на заборе, ласка, рот закрой!
Удел шута: влюбляться, ошибаться, Избитым быть, а может убежать, В двадцатом веке можно посмеяться, А в двадцать первом — только осуждать, О-о, ловите, нежные, меня, А я ведь знаю, хочется огня! Я вам давал, а после — замуж — ждите, И говорите, ласка, говорите..
Но вот за это, То, что раньше было, Я выроюсь из собственной могилы.. Сумеете продолжить? Флаг в плечо, Хотя, все ваши вздохи ни о чём.
Задел не плох, а дальше — как хотите, Пишите, мои критики, пишите.
Всё суета-2
Вся наша жизнь — сплошная суета, Амбиции, пластмассовые лица. Иван-дурак поймал свою жар-птицу, А многим и синица, лишь мечта...
Шары послушны прихоти шута, Всё так легко, сегодня он в ударе, Мозоли, пот, работа, ремесло. А на слуху лишь те, кому везло, Харон давно устал махать веслом Перевозя скончавшихся в угаре От звания, медальки, иль поста. * — Играть — одна из множества традиций, Ведь каждый, хоть чуть-чуть, да лицедей!
— Рвать нервы для совсем чужих людей, Стоять на сцене, зал — не видно лица, Аплодисменты, вот и весь елей?
— Пятак, полушка, гонорар — не важно, Есть алый парус!
— Но корабль — бумажный, Попробуй, да потом не пожалей. * Планеты, государства, города, Скукоженные от амбиций лица, Всем хочется, завидуется, снится, И катится, смывая всё, вода.
Закос под Блока
*дежавю, дистанция, шутка, смех мертвецов.
Смех мертвецов? А я давно готов Примкнуть, приняв дистанцию, как шутку, И заглянул к вам только на минутку, Назло прогнозам умных докторов. Жжёт дежавю, там только тень от тени, Там ночь, аптека, улица, фонарь, Там ты ко мне садилась на колени, Не усидела. Жуткий перегар. Дано: кабак и ночь и просто шутка. Дистанция и в жестах и словах. Всё дежавю, но только на минутку Представь смех мертвецов, вот чудо, ах.
Победы, явно, не видать, Но не могу не рифмовать.
Хмарь
Пускай надежда с верой смотрят в окна, Пускай считают: мне не повезло, У ангела-хранителя промокло Его по жизни белое крыло, До ада — шаг, до рая — бить колени, Все злые тени — шутки для детей, Я осенью хочу листвы весенней, Весну прошу: мне осени налей… Да, знаю жизнь, и видел без одежды, И битым был, за дело, или так, Был нежным. Иногда напрасно нежным, Но жизнь не пропиваю за пятак.
Просто осень
Осень — просто осень, ну подумаешь, пришла, Ну бывает, холодно и грустно, Жизнь-то не кончается, не стороной прошла, Зацепила, чтоб ей было пусто. И любови были, увлечения за так, И судьба пинала, было больно, Я катался колобком, не умный, не дурак, Мне казалось: главное, что вольный. Знаю, если осень, то пора подбить итог, Только это очень-очень лично: Ошибался, куролесил и шутил, как мог, Скоро Новый год, и всё отлично.
Померли забавы комсомольские: два по сто наливки, и улёт... Выпил, никакого удовольствия, где та грудь подруги, что так жмёт..
Наивность, которая долго ждала, Забота, которая жгла, как пчела, На звуке наивно помешан, Любил, и увы, не безгрешен.
Мы встречаем Новый Год! Да когда же он зайдёт, Ить шампанское, с похмелья, Даже кот уже не пьёт. Я лежу у рубежа, Год какого-то ужа, Восемь тазиков салатов Еле вынес, нос зажав, А потом-то, на, под дых: Целых восемь выходных...
Лишь в конце решил признаться: Год две тысячи тринадцать — Грустный юбилейный год. Всё, что выше, под компот, Может шутки, может ересь... Будет. Верую. Надеюсь.
Шут
Шут. А что остаётся? Солнце на дне колодца, Радость на дне времени, Возраст клюёт по темени, Память ранит, и совесть жжет, Не могу я наоборот: Срублю тополя, Под которыми целовались! Не буду, пускай растут. Мне этих пяти минут Хватило на двести каюсь.
Сам дурак
Слов пустых немую стаю — отпущу. Что ищу? И сам не знаю, но ищу. Жизнь плетётся, косолапо, грязь да ил. Не ценил я маму с папой. Схоронил. Сколько было поцелуев, всё прошло. Дальше даже не рискую об стекло. То по комнате осколки, то бабах! Вот, живу на верхней полке, сам дурак.
Непоследовательное
У тебя своя голова, у меня своя, Мы ведём друг друга вполне этично. Прятать ум за разум для нас — практично, Я по жизни уж, ты моя змея. * Было, было да прошло, словно лестница В небо шла, оборвалась. Околесица Приголубит, всем назло, да не надолго. Одиночка — моя масть, моя каторга. * Я улыбчивый, отзывчивый и добрый, Мне бы телик, чипсы, пиво да диван… Быть шутом перед глазами грустной кобры, Перед вечностью, которой океан… * Я живу, как глупый кот, многожизние. В каждой жизни есть своё многосмыслие. Выпускал из рук синиц в небо — стаями, В след им весело свистел. Кем же стали мы? * Давай закроем двери между нами. Всё было в юности, но это между снами, И жажда нежности, и жар упругих рук, А нынче счастью просто недосуг: Есть юные, весёлые, лихие, Которым первый поцелуй — стихия! Судьба, прошу, меня к ним не ревнуй, А счастье есть: последний поцелуй.
Тюмень
Рябиновый иней, нет места стихам от простуды, И в горле першит, и шагается с жизнью не в такт… Дурак я, дурак, мне мерещится¨сколько я буду? А всё остальное придумаем, если немного не в такт. А яблони будут цвести, наши яблоки, вместо мелодий, Им, яблокам, падать, и кто их заставит всё знать.. Мы просто проснулись среди всепонятливых улиц. Любовь? Ты иди, а я так себе, буду ходить погулять.
Собирал по буквам сказки, да свистел в свирели, Дамы строили мне глазки, возраст, надоели. Был шутом и славным малым, робким был и смелым, Видел белое на алом, алое — на белом, Продал душу за бутылку, выкупил, покаясь, Вот и возраста развилка, что ж я спотыкаюсь? Что мне море, по колено, надоели пули, Жизнь, она, конечно, сцена, дали роль, надули: Счастья нет и колет слева, да идёт всё прахом. Королева? Королева — баба с прибабахом.
Жизнь прожил, для выводов нет повода, Так хотел. Эта осень — просто лета проводы, Не предел. Хочется дурачить и дурачиться, Просто так. Жизнь махнула на мои чудачества, Ну, дурак. Суета забавна: лайки копятся, Рейтинг жмёт, Жаль, меня ночное одиночество Не поймёт.
Я не хотел, но мне сказали
Вот надо же так выпить в понедельник, Тринадцатого чёртово числа, Понятно, реют мысли мимо денег, И муза попой мимо ремесла Так дунула, (Ей можно, небожитель, Кому назло, кому за жизни год), А мне всё это вынюхать, Спаситель! Смеётся гад, на стенке, идиот. Просроченные на столе консервы, Пропитая в тарелке сохнет жизнь, Тринадцатое напрягает нервы, О, кот учёный, будешь, кис-кис-кис!
Рассказывать о выпитом не буду. О снах и словоблудиях потом. Русалка об котейку бьёт посуду, А Ёжка стол накрыла: суп с котом.
Летели мысли, на макушку сели, Сон спать манил, наивный, мне не прёт. Судьба такие крутит карусели, Что идиот, дурак, кривой урод — Кусочек счастья, пролетевший мимо, Метеорит в орбите не у нас, А Муза до сих корчит пантомиму, Ну надо же, досталось между глаз.
Змий зелёный, мой слушатель грустных стихов, Мысли искренне бродят по кругу, Побуяню чуток, сочиню про любовь, Предпоследний аккорд про разлуку.
Ну дойдёт же до вас, то, что здесь — это там,
Свой последний аккорд посвящу дуракам, Строчкам — нежности, глупостям — вечер,
17.01.2022
Идите нафиг, всё моё со мной: Черёмухи и яблони весной, Ласкало лето, осень золотила Дорожки, где к чертям меня носило, А, вы там были? Да, красиво очень, Шуршишь себе, ничем не заморочен, Пол неба звёзд, сегодня упадут, А я такой иду, и царь и шут... * Не стоит в столбик множиться обидам, К делению на ноль я не готов, А плюс на минус — бубенцы зубов, Купите лифчики кариатидам... * Метель мечты гоняет со двора, Наступит завтра, и пройдёт вчера.
Вышел ноль без палочки: Поиграем в салочки, Впереди, все знают, мрак, Кто догонит, тот дурак.
Кому судьба как мачеха, кто сам себе дурак, Одним-то сладко, остальным-то кисло, А я пенсионер уже, гуляю просто так, Удобный, как корове коромысло.
Я никакой для жизни и для смерти ни к чему, Меня футболят шариком пинг-понга, Листаю дни, но все они ни сердцу ни уму, А рифмы — погремушка для ребёнка.
Но знаете, мне нравится с балкона вдаль глядеть, Не хочется считать, где чёт, где нечет, Смерть, это тоже женщина, попробуйте ей спеть, А жизнь вам предположит рядом вечность.
* К чему я это? Так, зарисовка дня. Старый, седой, и сегодня ездил за водкой. Надеюсь что вы вдруг вспомните про меня, Мальчика, неуча, что получил селёдкой.
* Мимо мгновений, мимо любимых дам, Мысли летают, морщась от чёт до нечет, Если бы М было с водкой напополам, Можно, минуточку, память судьбу не лечит.
* Помните? Помните. Память такая тварь, Не увернуться, возраст давно не детский, Шустро шуршит страницами антиквар, Мне по записи — королевство.
Рядом
Небо 171 звёзды, луна, солнце Судьба 155 доля, рок, удача Рифма 152 строка, ритм, перо Дом 142 стены, дверь, порог, угол Бог 139 рай, ангелы, молитва Сад 134 сирень, черёмуха, трава, лес Зима 127 снег, мороз, метель Любовь 112 просто любовь Хмель 110 водка, вино, самогон Нежность 106 ласка, поцелуй, свидание Звери 98 собаки, кони, волки, мыши Осень 96 сентябрь, листопад, слякоть