* * *
Я в темноте тенёт, где страх себя боится, Где ужас не живёт, а слабость — не вина, Но снова слева боль, она уже гнездится, Вот выведет птенцов, тогда совсем хана.
Я в темноте тенёт, где страх себя боится, Где ужас не живёт, а слабость — не вина, Но снова слева боль, она уже гнездится, Вот выведет птенцов, тогда совсем хана.