Там, далеко, не имеет значения где, Двое бродили, подставив под звезды ладони, Им повезло, им досталось по яркой звезде, В синем тумане, где бродят усталые кони.

Знаю, на завтра в тумане не видно следа, Где они нынче, по всякому в жизни бывает, Да и звезда, только тем, кто поверил, звезда, Так, уголек от костра, да и тот догорает.

Было давно, так давно, что не вспомнить лица, Двое бродили, и звезды им путь освещали, Только дорога и небо и ночь без конца, Только дорога, и ночь, и немного печали.

Свечи, видные едва, отцвели. Речи — глупые слова, не мели. Обручальное кольцо на виду. Я случайное лицо, я пройду. Я пройду, и все пройдет, ты поверь, На беду тебя ведет эта дверь, Слезы капают, в беде нет плота, Звезды в небе, а в воде теплота...

Ё — моё, а за моё дайте мне хоть половину, А вторую половину дайте так, ведь пропадёт. В невеселое житьё я судьбу свою подкину, С разворота прямо в тину, пусть соленого хлебнет. Ну а если что не так, ё — моё берите просто, посмотрите, покрутите, потрошите, не беда, Только видите ли я — это я, такого роста, Просто жить — ужасно просто... Так всего вам, господа!

Любовь, а может быть тоска-зануда, Но снова на свидание ведёт Зима, метель и ожидание чуда, Ступенек скользкий лёд. Твоё окно. Ты ждёшь меня, я знаю, Душа светла и глупо рвётся в высь. В тепле уютном мило утопаю, Так, по привычке просто, обнялись. Не заходил? Дела. Опять простуда? Такой пустяк, до свадьбы заживёт… Зима. Метель. Святая вера в чудо. Ступенек скользкий лёд.

давно

Палые листья — дворникам — сор, Старые письма кучей в костёр, Кружатся дымом, видным едва, Лето — любимым, мысли, слова... Прошлое помнят и берегут Сумерки комнат, тени минут, Чуткие свечи, отсветы слов. Пламя не лечит, если любовь...

О любви не говорю, Фразы рвутся в час прощаний. Я себя тебе дарю Без взаимных обещаний. Слово свяжет нас губя, Промолчи, ведь так честнее. Я тебе дарю себя, Это всё, что я имею.

Опять сомнения, тревоги, Среди бездумной суеты Такие дальние дороги, Такие редкие цветы...

Что я такое, что я значу? Нет мне покоя, нет удачи. В сплетнях базарных, в шуме листвы, Среди бездарных, хуже, чем вы...

Лета малиновый полог, Солнца слепой уголёк. Радости ветер не долог, Грусти рубеж недалек. Ах, сумасшедшие судьбы, Где растеряли тепло? Горечью, грешные губы, Не поцелуем, свело.

Подведена черта. Корабль направлен в док. А, впрочем, ни черта, ещё покруче мог! Случалась благодать, и боль не как в кино, Всего себя отдать — не каждому дано. Неровность грубых слов, банальность громких фраз, Наивный графоман... прости меня, Пегас!

Где бы водки взять да коня украсть, Под весёлый свист прокатиться всласть, Чтобы бубенцы звоном до зари, Чтобы знать: на руках нынче козыри...

Но в который раз оборвал струну, Водка кончилась, всё ни тпру, ни ну, И костёр горит, только жара нет, А душа опять прёт на красный свет,

То ли спать пора, то ли вешаться. Снова звон топора стал мерещиться, На чужую дверь точат ножики, Не в цене теперь мы, острожники...

Хоть бы ты подошла, душу вынула, Отряхнула пыль, чисто вымыла, Только эта масть не моя опять, Не коня украсть, хоть бы водки взять.